http://newcaucasus.com/ ru Общество - Newcaucasus.com | Независимое интернет издание http://newcaucasus.com/yandexlogo.gif http://newcaucasus.com/ DataLife Engine http://newcaucasus.com/index.php?newsid=5764 Российско-грузинская война 2008 года, сегодняшние отношения между Россией и Грузией, стремление Грузии к НАТО и Евросоюзу, грузино-польские отношения. Об этом и многом другом рассказывает в эксклюзивном интервью newcaucasus.com польский аналитик и журналист Войцех Гурецкий. Политика Sat, 12 May 2012 02:22:19 +0400 Российско-грузинская война 2008 года, сегодняшние отношения между Россией и Грузией, стремление Грузии к НАТО и Евросоюзу, грузино-польские отношения. Об этом и многом другом рассказывает в эксклюзивном интервью newcaucasus.com польский аналитик и журналист Войцех Гурецкий. - Вы принимали участие в работе комиссии Тальявини, расследовавшей причины российско-грузинской войны 2008 года. Что вы можете сказать относительно выводов доклада комиссии, который вызвал противоречивые оценки разных сторон, дает ли доклад ответ на вопрос – кто виноват в войне 2008 года? Были ли во время работы над докладом моменты, которые не попали в прессу? - Что касается интересных моментов, котрые не попали в прессу, я до сих пор обязан не разглашать их, не могу раскрывать подробностей нашей работы. Но могу рассказать о своем вкладе в работу комисcии. По образованию я историк и в рамках работы комиссии занимался историей российско-грузинских отношений вплоть до 2004 года до прихода к власти в Грузии Михаила Саакашвили. Моя лепта – как раз исторический экскурс, начиная от периода заключения Георгиевского договора и до «революции роз» в Грузии. Работа комиссии во многом основывалась на свидетельствах, предоставленных сторонами конфликта – Грузией, Россией, a также непризнанными республиками. На вопрос, кто все-таки начал войну невозможно ответить однозначно, так как в августе 2008 года были как непосредственные действия, так и «замедленные действия» до начала вооруженной фазы конфликта. То, что первой выстрелила грузинская сторона, как об этом говорится в докладе, не обязательно означает, что войну начала Грузия. В докладе четко зафиксировано, что первые выстрелы осуществила Грузия, но вместе с тем говорится о том, что за период до этого происходила эскалация напряжения, в чем виновата отюдь не только грузинская сторона. В докладе говорится о незаконной российской паспортизации, о вводе так называемых железнодорожных войск в Абхазию, о провокационных действиях российской стороны в целом. Можно придти к такому выводу, что напряжение создавалось обеими сторонами, но все-таки российская сторона прилагала больше усилий к нагнетанию обстановки, что, конечно, также стало причиной войны. Мое мнение и мой личный вывод таковы – грузинская сторона повела себя так, как этого хотела Москва. В докладе также говорится об ответе российской стороны, который не являлся пропорциональным. Грузия произвела выстрелы в сторону Южной Осетии. Россия в ответ ввела войска не только на территорию непризнанной республики, но и пересекла административную границу между Абхазией и Грузией и Цхинвальским регионом и Грузией, оккупировала на определенный период собственно грузинские неоспариваемые территории. Последним местом вне конфликтных территорий, которое покинули российские войска только осенью 2010 года, через более двух лет спустя войны, стало грузинское село Переви в Западной Грузии. Внимательно читая доклад, можно придти к выводу, что ответственность за нагнетание обстановки, за подготовку к тому, что произошло 8 августа 2008 года лежит все-таки больше на российской стороне. Хотя нельзя отрицать, что и грузинская сторона в это внесла свою лепту. В докладе Тальявини подчеркивается, что обе стороны не воспользовались возможностями мирного урегулирования конфлита. Как мне кажется, для госпожи Тальявини было особенно важно, чтобы доклад смог помочь сторонам в будущем избежать подобных ситуаций. Хочу подчеркнуть, что комиссия такого рода была создана впервые в истории и ее доклад является беспрецедентным. - Какими из Варшавы видятся нынешние российско-грузинские отношения? - С формальной точки зрения их не существует. Женевские встречи и переговоры касаются только текущих проблем сохранения мира на территории Грузии. Осуществляются определенные контакты между сторонами при посредничестве Швейцарии. Я бы оценил россйско-грузинские отношения на данный момент как прагматичные. Почему? Несмотря на отсутствие дипломатических отношений как таковых, тем не менее, осуществляется авиасообщение между двумя странами, в 2010 году открыта сухопутная границы через Ларс. Грузия сняла вето на вступление России в ВТО, что я считаю огромнейшим успехом грузинской дипломатии, так как в обмен на это вся информация о товарообороте на границе, в том числе, на абхазском и югоосетинском участках, будет поступать в Тбилиси. Я говорю про успех грузинской дипломатии, потому, что Москва согласилась на условия грузинской стороны и впервые за 20 лет Тбилиси получит полную информацию о том, какие товары попадают на территорию, находящуюся вне его фактического контроля, несмотря на признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии. Я бы хотел подчеркнуть очень умный шаг грузинской дипломатии – отмену визового режима для граждан России. Это хороший жест доброй воли. Если вначале визы были отменены для жителей республик Северного Кавказа, то затем последовала отмена и для всех граждан Российской Федерации. Это демонстрация того, что Грузия хочет и стремится к нормализации отношений. И этот шаг ставит Россию в неловкое положение, так как она должна как-то ответить. В этом отношении грузинская сторона осталась в выигрыше. Говоря о российско-грузинских отношениях, нельзя не затронуть вопрос проведения Олимпийских игр в Сочи. Я думаю, что Россия в ближайшее время всячески постарается избегать напряжения отношений, потенциального конфликта. Во-первых, Москва имеет достаточно серьезные проблемы на Северном Кавказе. Во-вторых, хочет избежать дестабилизации обстановки накануне Олимпийских игр. Мне кажется, что сегодняшняя ситуация продлится как минимум до 2014 года и вряд ли что-то произойдет экстраординарного в течение ближайших двух лет. Хочу еще раз подчеркнуть прагматизм отношений. Несмотря на отсутствие посольств, дипотношений, стороны в состоянии принимать выгодные обеим сторонам решения. Политика Грузии является достаточно активной и она готова предпринимать неординарные шаги, как, например, отмена виз. Международное сообщество это видит и очень положительно оценивает. - В настоящее время Россия концентрирует войска на Северном Кавказе. Не несет ли это риски возобновления войны? Кроме того, некоторые эксперты прогнозируют возможное начало боевых действий России против Грузии в случае войны в Иране... - Да, об этом говорил известный российский эксперт Павел Фельгенгауэр. Но то, что Россия перебросила часть своих внутренних войск из Чечни в Дагестан, как раз связано, как мне кажется, с возможными рисками обострения обстановки в регионе. Одним из последствий потенциальной войны в Иране могут стать потоки беженцев в Россию и эти войска могут быть размещены с тем, чтобы проконтролировать ситуацию в таком случае. На Северном Кавказе идет, по сути, гражданская война. Одной из сторон в противостоянии выступает вооруженное подполье исламистского толка и с другой, как мне кажется, не столько Москва и федеральные власти, сколько власти республик Северного Кавказа. Местные власти, думаю, являются главным противником для подполья. Естественно, чтобы избежать дестабилизации обстановки в предверии Олимпийских игр, Москва сделает все, чтобы сохранить относительную стабильность. В то же время то, о чем говорит Фельгенгауэр, мне представляется маловероятным, так как Россия хочет этого избежать. Любая дестабилизация ситуации может поставить под угрозу проведение Олимпийских игр. Конечно, определеную опасность обострения обстановки может создать проведение Россией военных учений «Кавказ-2012». Но учения проходят каждые два года и Москва не может их не провести, так как это продемонстрировало бы слабость России. Так что эти учения пройдут и, думаю, будут, как обычно, масштабными, но не приведут к новой волне конфликта. - Варшава всегда поддерживала стремление Грузии к вступлению в НАТО и ЕС. По-вашему, насколько реально вступление Грузии в эти структуры? - ЕС и, в большей степени, НАТО выдвигают потенциальным членам определенные конкретные условия, при выполнении которых обещают прием стран в свой «клуб». Но на самом деле прием той или иной страны в эти организации – это всегда политическое решение. Были случаи, когда не все условия до конца выполнялись некоторыми странами, но все-таки они становились членами ЕС или НАТО. Все зависит от международной ситуации, от глобальной обстановки в мире. Конечно, Грузия должна стараться выполнить все условия, чтобы показать свою заинтересованность и стремление к членству. Я достаточно часто бываю в Грузии, последний раз приезжал в ноябре прошлого года. Я в восторге от того, как быстро эта страна меняется в лучшую сторону при всех существующих у нее проблемах. Впервые я побывал в Грузии в 1993 году и абсолютно не поддается сравнению, что было тогда и что есть сегодня. Последние заявления генерального секретаря НАТО Андерса Фога Расмуссена дают определенную надежду на вступление Грузии в Евроатлантический альянс. Но все-таки это зависит не столько от Тбилиси, сколько от международной обстановки в целом. Если ситуация сложится таким образом, что большинство членов этих организаций придет к выводу, что им выгодно иметь Грузию в своих рядах, то такое решение будет принято. Но позволю себе и такую мысль – если Грузия даже выполнит все условия, но международная обстановка будет не в пользу принятия Грузии, то она не будет принята. Это большая игра, в которой задействовано очень много актеров. Подобная ситуация складывается в процессе нормализации армяно-турецких отношений, где не все зависит от этих двух стран и на ситуацию влияет очень много разных факторов. Грузия должна демонстрировать свою волю, как она это и делает. Нужно продолжать делать ту работу, которую она ведет. Необходимо ждать нужного момента. - Как вы оцениваете сегодняшние польско-грузинские отношения? - Они остаются очень близкими и теплыми. На первый взгляд может показаться, что они не настолько интенсивны как это было при покойном президенте Лехе Качиньском. Но мои друзья из посольства Польши в Грузии утверждают, что интенсивность контактов остается так же высокой. Контактов не стало меньше. Наши отношения я могу назвать образцовыми. Сегодня в Тбилиси очень часто можно услышать польский язык. Каждый день абсолютно случайно я встречал на улицах польских туристов. Могу сказать, что в Польше Грузия очень популярна. Грузинское направление туризма постоянно развивается. Грузия сделала очень хорошую рекламную кампанию, что привлекает очень много польских туристов. При Лехе Качиньском Грузия для многих поляков являлась терра инкогнито, чего нет сегодня. В Польше были изданы книги о Грузии, в том числе и моя - «Тост за предков», которая будет переведена на грузинский язык. Есть книга Марcина Меллера «Гаумарджос», которая пользовалась в Польше очень большим успехом. После прочтения этой книги многие поляки решили посетить Грузию. Дружба Польши и Грузии постоянно укрепляется и имеет очень прочную основу. Ираклий Чихладзе, специально для newcaucasus.com Фото newcaucasus.com http://newcaucasus.com/index.php?newsid=5738 В Армении пройдут выборы в Национальное собрание (парламент). Процедура выдвижения кандидатов в депутаты Армении по пропорциональной и мажоритарной системам завершилась 22 марта, а избирательная кампания кандидатов - 4 мая. В выборах примут участие восемь партий и один партийный блок. Кроме коалиционных партий - Республиканской партии Армении, «Процветающей Армении» и «Оринац Еркир», в выборах участвуют Армянская революционная федерация Дашнакцутюн, партия «Наследие» (объединенный список с партией «Свободные демократы»), Армянский национальный конгресс (партийный блок), Демократическая партия Армении, Коммунистическая партия Армении и партия «Объединенные армяне». Предвыборная кампания завершилась, обещания кандидатов избирателям остались... Политика Thu, 03 May 2012 16:12:34 +0400 В Армении пройдут выборы в Национальное собрание (парламент). Процедура выдвижения кандидатов в депутаты Армении по пропорциональной и мажоритарной системам завершилась 22 марта, а избирательная кампания кандидатов - 4 мая. В выборах примут участие восемь партий и один партийный блок. Кроме коалиционных партий - Республиканской партии Армении, «Процветающей Армении» и «Оринац Еркир», в выборах участвуют Армянская революционная федерация Дашнакцутюн, партия «Наследие» (объединенный список с партией «Свободные демократы»), Армянский национальный конгресс (партийный блок), Демократическая партия Армении, Коммунистическая партия Армении и партия «Объединенные армяне». Предвыборная кампания завершилась, обещания кандидатов избирателям остались... Встреча с избирателем – всегда праздник. И не нужно портить удовольствие слишком частыми встречами. А чтобы те, заветные, запомнились, готовиться к ним нужно по всей форме. Вплоть до «послематчевых» песен. «С ветерком» льется из динамиков новинка – беззаботная босса-нова Республиканской партии Армении (РПА). Бравый марш приветствует сторонников «Оринац еркир». Тревожно прорезаются звуки дудука в песне «Наследия». Танго пока не звучит. Зато в текстах программ его поискать можно. Который раз его танцуют с избирателем... А кто-то решил заглянуть прямо в глаза и разъяснить: «Какую ставриду? Ничего я вам не обещал!» Обещания из заявлений Республиканской партии Армении исчезли, уступив место напоминанию о сделанном. А если не вспоминают – не нужно перечислять. И не нужно обижаться на короткую память избирателя. Великодушие стало новым стилем партии. Сторонники экс-президента Левона Тер-Петросяна, под овации собравшихся, перечисляют обиходные прозвища кандидатов от РПА. У РПА позиция прямо противоположная: ни о какой другой политической силе на предвыборных встречах не упоминается. Ответных упреков оппозиции за «холодные и темные» 90-е годы не произносится. Партия призывает к взаимному уважению и терпимости. А в одном из избирательных округов глава государства даже призвал голосовать за беспартийного мажоритария оппозиционной «Дашнакцутюн» Араика Григоряна - по совместительству и совладельца крупного Авшарского винзавода. От конкретных обещаний РПА, видимо, решила отказаться еще и потому, что, как видно, столбцы цифр из предвыборных брошюр 2008 года избиратели могли и забыть. А вот оппозиция не раз напоминала: план горит. Причем отклонения от цифр приводились настолько cерьезные, что сами цифры теряли смысл. Нынешняя программа - тезисная: об инвестициях, достойной жизни, рабочих местах, бизнес-климате. Два-три конкретных прогноза, правда, осталось, но не макроэкономических, а отраслевых, и предвыборную прграмму они на себе не несут. Недаром и во время кампании о них ни разу упомянуто не было. Это трехкратное увеличение площади тепличных хозяйств и рыбоводческой продукции (см. заголовок). «Дашнакцутюн», критиковавшая РПА за «не достроил и устал», сама выдвигает конкретные и далеко идущие покзатели. минимальную зарплату предполагается повысить вдвое, с 32,5 тысяч драмов до минимального бюждета жизнеобеспечнеия - 63 тысяч (с $85 до $160). К этому же уровню планируется подвести и среднюю пенсию. В промышленности очерчены кокретные шаги: на основе государственно-частного партнерства будут возрождены системообразующие отрасли экономики: химическая и металлургическая. Всемерную поддержку предполагается оказать и неметаллическому сектору (базальт, перлит, туф и др). По всей стране предлагается создать 200 тысяч новых рабочих мест. От цифр и предметных обещаний отказалась и «Процветающая Армения». А во время одного из выступлений ее лидер Гагик Царукян повторил кредо РПА - обещаний не давать. А сотни тыcяч рабочих мест - и вовсе дело нереалистичное, в постиндустриальную эру оптимизации персонала. В качестве утешения предлагается оптимизация кошельков, по технологии: «Левый вираж - за правое дело» Целевая аудитория была выбрана максимально широкая: бюджетные работники, фермеры, и - снова фермеры. В январе 2012 года каждому из 120 тысяч работников государственной системы (значительной части) из бюджета было выделено по 132 тысячи драмов(около $330) - каждому! - в виде сертификата на социальные услуги: медстраховку, обучение в госвузе или ипотеку. Затем руки раскинулись еще шире: все задолженности по налогу на землю до 2008 г. были амнистированы. Третий шаг правого правительства оказался самым что ни на есть левацким - до 15 мая предприятиям предложили закупать фермерское молоко не ниже, чем по 140 драмов за литр. Бизнесу это не понравилось, но бюллетеней в урны от молочных менеждеров ляжет около сотни, от скотоводов - десятки тысяч. Регулирование цен применяется не впервые: каждое лето государство - что правда, то правда - защищает интересы виноградарей, договариваясь с виннонконьячными заводами о приеме технического винограда минимум по 130 драмов за кг. Но здесь мера оказалась однозначно синхронизированной с выборами, с запасом прочности всего 9 дней. В противоположность этому, все социально непопулярные меры успели провести в «межвыборные» 2009-11 годы. Это повышение цен на газ в 2009 и 2010 годах (в год выборов президента 2008 г. она осталась прежней, хотя объявлено было об этом через несколько дней после выборов). В 2009 году под НДС попало промышленное сельское хозяйство (в т.ч. такой социальный продукт, как яйца). Но здесь опять-таки, справедливости ради, следует заметить, что подобная договоренность была достигнута еще в 2003 г. и стала одним из условий вступления Армении в ВТО. Наконец, в 2011 г. было внедрено ОСАГО. Которое критиковал, а в предвыборной программе собирается отменить возглавляемый Левоном Тер-Петросяном Армянский национальный конгресс (АНК). Бакалавры осенних вечеров Осенью 2011 г., поблагодарив последователей за верность в жару и холод, АНК решил сплотить электорат общими знаниями о прошлом и настоящем страны, объявив митинги своеобразным университетом под открытым небом. Главными лекторами стали экс-президент Левон Тер-Петорсян (на политические темы) и экс-премьер Грант Багратян (на экономические). Идея развития не получила: политэкономические выступления не ложились на митинговую канву. Ругать чужое оказалось популярнее, чем говорить о своем. Именно потому, что свои обещания - как просчитала и правящая коалиция - отклика не встречают. И то, что коалиция обещаний не дает, служит еще одним сингалом будущей победы. Ведь если победил, то обещания придется выполнять. А «проигравших не судят».... Арам Гарегинян, специально для newcaucasus.com Коллаж newcaucasus.com http://newcaucasus.com/index.php?newsid=5580 Россйско-грузинские отношения то и дело оказываются в центре внимания политиков и общественности, так как непримиримые соседи то и дело будоражат общество то громкими заявлениями, то обвинениями. Своим мнением о том, как будут развиваться отношения между Россией и Грузией в новых политических реалиях, и ситуации в регионе в эксклюзивном интервью newcaucasus.com делится публицист и политолог Леонид Радзиховский. Политика Fri, 09 Mar 2012 21:12:29 +0400 Россйско-грузинские отношения то и дело оказываются в центре внимания политиков и общественности, так как непримиримые соседи то и дело будоражат общество то громкими заявлениями, то обвинениями. Своим мнением о том, как будут развиваться отношения между Россией и Грузией в новых политических реалиях, и ситуации в регионе в эксклюзивном интервью newcaucasus.com делится публицист и политолог Леонид Радзиховский. - Выборы президента в России состоялись. Победитель уже оглашен. Как, на ваш взгляд, будут развиваться отношения между Москвой и Тбилиси в 2012 году с учетом того, что первые лица обеих стран говорят о желании нормализации отношений, но регулярно обмениваются колкостями? - Развиваться отношения будут также как и сейчас. Может быть, решат пустить грузинское вино в Россию и примут другие существенные для грузин поблажки. Может, это даже сделают «бесплатно», ничего не потребовав взамен. А принципиально ничего не изменится. - Соглашение по ВТО, которое с трудом, но было достигнуто, на ваш взгляд, в чьих интересах? Чья дипломатия одержала победу - грузинская или российская? - Это обоюдная победа. Насколько это разумно или неразумно с точки зрения российской экономики - отдельный вопрос, но Россия стремилась в ВТО, Грузия стремилась, чтобы продукция вернулась на наш рынок. В результате все выиграли, никто не проиграл. - Как вы оцените внутриполитическую ситуацию в Грузии? На продолжении многих лет в Грузии регулярно проходили митинги, акции протеста, а сейчас все тихо, спокойно. Это временное затишье или некоторый признак стабильности? - Я не специалист по внутригрузинским отношениям. Мне кажется, что стратегически ситуация постоянная. То есть, власть Саакашвили стратегически не сломается. А тактически ситуация не стабильна. Когда в Грузии будут выборы (президентские и парламентские), начнется политическая борьба, намного более острая чем в России, или других странах СНГ. И демонстрации будут. Куда же они денутся? - Некоторые эксперты считают, что не очень-то Грузия и нужна России. На ваш взгляд, Грузия нужна России? - По-моему, Грузия абсолютно не нужна России: торговля между странами достаточно ничтожна. Энергетические интересы России подорвать не удалось. Многое делалось, чтобы трубопровод «Набукко» не шел по территории Грузии, все это оказались неопределенными материями. Здесь мало что зависит от воли Грузии. Трубу реально газом наполнить не могут. В общем, единственный важный стратегический пункт - «Набукко», который мог быть слабенькой ниточкой с точки зрения связей экономических и политических отношений между Россией и Грузией. Других экономических интересов у России в Грузии нет. Геополитические интересы, скажу откровенно, я не понимаю, что это означает в переводе на простой человеческий язык. Россия никогда не будет командовать Закавказьем. Никогда Азербайджан не будет подчиняться России. Идея рассматривать Грузию, как трамплин на Азербайджан, это - ерунда. Что касается Армении, то она полностью зависима от России. Будет Грузия с Россией или нет, на отношения с Арменией это не повлияет. Да и Армения России тоже, по большому счету, не нужна. Так в чем интерес России к Грузии? Остаются просто понты. Грузия - такой повод показать кукиш Америке. Что-то вроде, смотрите, Грузия была ваша, а стала наша, мы перетянули ее на свою сторону. Это борьба за царицу Тамар. В России у многих есть такой комплекс: как же так, нас не любят, как это нехорошо, что грузины смеют нас не любить, неблагодарные и т.д. Но за этим встает другое чувство крайне неприятное для русского человека: мы виноваты перед Грузией, мы вели себя неправильно перед Грузией, и что мы слабы и не привлекательны, поэтому нас не любят. Это неприятные чувства, безусловно. Но что делать? Бывают чувства гораздо более неприятные. С этим можно смириться. Да, где-то мы поступили неправильно. Да, нас не любят. Да, мы не привлекательны. Ну и что? С этим можно жить дальше без проблем. Тем более, что, на мой взгляд, Россия никогда себе окончательного отчета не даст и будет говорить «какая сволочь Саакашвили» и т.д. Что касается Грузии, тут дело другое. Она, как мне кажется, гораздо больше заинтересована в России. Это огромный рынок для вина, это возможность для граждан Грузии здесь работать. Да и грузинские певцы, актеры, танцоры находили широкое применение в России. Не в Америке же. Но Грузия очень быстро меняется. Надо подождать и посмотреть, насколько глубоки эти перемены. Если это не поверхностная лакировка, если это в сущности перемены и грузинская экономика реально интегрируется в европейскую или турецкую, то зачем ей Россия. Если грузинская интеллигенция реально преориентируется, будет знать английский язык на уровне, как знали русский, найдет себе нишу в европейской или американской культуре (сравнимой с российской), то Грузия ни при каких условиях не будет интересоваться Россией. Сейчас, по крайней мере, будет поддерживаться образ врага. Тот самый образ врага, который есть в Эстонии, и в Латвии, и в Литве. Хотя уже давно понятно, что ни Эстония, ни Латвия, ни Литва никогда с Россией не будут и никогда Россия на них не нападет и никуда их не присоединит. Но образ врага нужен. Поэтому или Россия для Грузии будет выполнять образ врага, если Грузия реально сумеет переориентироваться на Запад, или Грузии придется искать к России какие-то подходы. Но это очень трудно, потому что все проблемы легко решаются, кроме проблем территориальных. - Эта проблема не разрешима? - Территория принадлежит либо одной стране, либо другой. Если речь идет о сокращении вооружений, то это просто бесконечный треп. Когда речь идет о понтах и обидах - это вообще бред (мы обиделись, вы обиделись, вы извинились, мы извинились и т.д.). А когда речь идет о территории – она или ваша или наша. - То есть, поссорились официальный Тбилиси и Москва навсегда? - Да, можно так сказать. По крайней мере, в вопросе, касающихся территорий, компромиссов ждать не стоит. - Насколько вероятно, что Грузия может стать плацдармом для США в случае войны с Ираном? - Вопрос слишком трудный. У Грузии свои шашни с Ираном. Известно, что Саакашвили поддерживал до последнего времени с Ираном неплохие отношения. Если ситуация будет обостряться, придется выбирать. Но отказаться от Америки для Грузии означает совершить национальное самоубийство. Грузия, конечно, будет с Америкой. Но вариант, что с территории Грузии наносится удар по Ирану, а Иран взамен получает ценную возможность отвести душу на Грузии столь же вероятен, что Иран порвет Америку. Иранцы понимают, что есть система приоритетов. Если они умеют и знают как каким-то техническим чудом нанести удар по Штатам, то это означает ядерный апокалипсис. В таком случае американцы просто сотрут Иран с лица земли. Конечно, не погибнут все жители Ирана, но основные города будут уничтожены и всех руководителей Ирана ожидает виселица. Удар по Европе со стороны Ирана принесет такой же результат. Удар по Израилю - это ответный термоядерный удар со всеми вытекающими последствиями. Если Иран в такой ситуации наносит удар по Грузии, тоже американцы им этого не простят. Но все-таки удар по Грузии, это не удар по Израилю. В любом случае положение Ирана абсолютно безнадежно. - Насколько вообще вероятна война с Ираном? - Это большой вопрос. Они так долго, столько лет кричат, что невольно возникает сомнение, а будет она или нет. Еще вопрос, что называть словом война? Война понятие растяжимое. Обмен термоядерными ударами - это одно, и означает стопроцентную гибель иранского режима. Точечные удары со стороны Израиля - не термоядерных, мне кажется, более вероятная вещь. Можно себе представить, какая начнется в Иране и не только там пиар-кампания. Но поорут и успокоятся. Возможен вариант, что все так и ограничится в обозримом будущем очередным предупреждением. Дело заключается в том, что задушить Иран экономически вполне можно. Очень мило, когда они говорят, что ничего не будут продавать в Европу, это поднимет цены на нефть и т.д. Но всю нефть Китай не купит. Экономические удары по Ирану могут быть для них страшно болезненными. Сейчас они хорохорятся, но если начнется реальная война Ирана с США и ЕС, то я плохо представляю, как Иран эту войну выдержит. Да, Грузия выдержала экономическую блокаду со стороны России. Но потому, что Америка помогала. А кто будет помогать Ирану? Китай? Вряд ли. Китай связан с Ираном торговыми отношениями и не более того. - А Россия будет помогать Ирану? - Россия не сошла с ума до такой степени. У России что - завалялись лишние триллионы? В Иране 70 миллионов жителей, и как это Россия будет помогать Ирану? Как бы Иран не помог России. Доходы на душу населения в Иране не такие как в Южной Осетии. Понятно, что они ниже чем в России, но это вполне благополучная страна. Какими бы они не были фанатиками, исламистами и антиамериканистами, но жить они привыкли прилично. Можно проклинать Америку сколько угодно, можно ненавидеть Израиль 48 часов в сутки, но есть-то надо. А они привыкли есть не так как жители Северной Кореи. Поэтому мне кажется, что есть шанс, хотя и не очень большой, но экономически придавить Иран. А вообще, если американцы серьезно хотят покончить с Ираном, то, как мне кажется, можно заключить союз с Китаем. Понятно, что в этом случае Китаю нужны будут определенные гарантии по закупкам нефти. Но если американцы и китайцы сумеют создать новый договор Молотова-Риббентропа, то тогда Ирану конец. Но пойдет ли на это Китай - большой вопрос. А Россия в любом случае тут роли на самом деле не играет. В Совете Безопасности ООН Россия все будет блокировать. Воевать за Иран она не будет. Давать средства она тоже не будет. В общем, ничего Россия тут сделать не может. - Каков ваш взгляд со стороны на качество демократии в Грузии? Согласны ли вы с тем, что это один из успешных результатов цветной революции на постсоветском пространстве? - Это разные вещи: успешность сценария революции и качества демократии. Качество демократии в Грузии, по-моему, далеко не блестящее. Страна более демократична, чем Россия и, тем более, Азербайджан, но примерно на уровне Украины. В Грузии не демократия в европейском и американском понимании. О качестве демократии я могу судить только по свободе слова. Когда был Бадри Патаркацишвили, существовали независимые оппозиционные каналы. Другое дело, насколько они были объективны, они давали информацию или просто занимались прямой пропагандой против Саакашвили – это отдельная тема. Но они были. Теперь, насколько я понимаю, таких независимых каналов нет. Говорят, что Саакашвили хочет повторить фортель Путина и стать самовластным премьером. Это тоже, естественно, никакого отношения к демократии не имеет. - А возможен такой вариант в Грузии? - А почему нет? Если выборы выиграют парламентские, то вполне возможен такой сценарий. А Саакашвили (его партия) эти парламентские выборы выиграет. Так что демократией в европейском понимании этого слова в Грузии не пахнет. Демократия в европейском понимании – это спокойная, рутинная, без малейших вопросов процедура смены главы государства. Никому же в голову не приходит кричать, что если уйдет Меркель, то это геополитическая катастрофа. В России это кричат как само собой разумеющееся. При этом Конституцию никто менять не собирается и объявлять пожизненное правление. Я думаю, что Грузия в этом смысле ближе к России, чем к Европе. Что касается успешности социально-экономической, то с этим действительно большие достижения. Я делю на 10 все вопли Акунина, Иларионова и Новодворской и прочих Саакашвилифилов, которые спокойно ставят его в один ряд с Наполеоном, Вашингтоном, Александром Македонским и Бог знает с кем еще. Но если поговорить с обычными людьми, то картина возникает весьма симпатичная: неподкупная полиция, максимально простой механизм регистрации всех мыслимых и немыслимых сделок, предельно упрощенный административный режим. Рай для твердокаменных либералов. Да, уникальный эксперимент. Но какие плоды получит страна в итоге? Пока что Грузия сидит на американской помощи. Сможет ли она с нее слезть и начать крутиться сама, не имея ни полезных ископаемых, ни конкурентоспособное сельское хозяйство, ни развитую туристическую инфраструктуру - это вопрос. У Грузии есть действительно один неисчерпаемый ресурс, если верить либеральной теории. Это максимальное освобождение от всех административных уз, что должно включить, как сказал бы Ленин, трудовой энтузиазм масс. - То есть, жители Грузии должны работать не покладая рук? - Да, работать на максимуме человеческих возможностей, потому что либеральная теория говорит, что люди творят просто чудеса, если государство не мешает. Социалисты и консерваторы рассуждают по-другому: они говорят, что людей надо подпихивать, подталкивать. Грузия как бы ставит идеальный либеральный эксперимент. Людей не мучают, людям не мешают, все облегчено до предела, правила простые, они выполняются. Вперед – и с песней! Посмотрим, каков будет конечный результат. Пока рано судить. Но перемены, безусловно, очень большие. Хотя, я должен вам сказать, если считать по сухим цифрам, то результаты далеко не блестящи. По сухим подсчетам, ВВП в Грузии за годы правления Саакашвили вырос, по-моему, почти так же как в России в процентном отношении. Понятно, от такого низкого старта когда расчет, то эффект другой. ВВП России, конечно, в огромной степени халява – отросток цен на нефть. Но не надо забывать, что ВВП Азербайджана за эти же годы вырос фантастически. - Реформы и преобразования, о которых так много говорят, проходят и в Азербайджане, который сближается с США. Почему все, что касается Грузии, происходит на гране фола, сопровождается скандалами. Происходящее в Азербайджане не вызывает реакции отторжения у России. Почему все так сложно с Грузией? - Здесь несколько моментов. Саакашвили способный и успешный деятель. Но в чем он действительно велик, так это в пиаре. Я не знаю, подкупает он российских либералов просто деньгами или подкупает их улыбкой или чем-то еще, но факт, что они слегка сошли с ума от Саакашвили. Кроме того, Саакашвили сделал выдающийся пиар-ходы. Он резко противопоставил себя России, чего никогда не делает Азербайджан. Саакашвили публично, громко, с шумом, с треском переориентировался на Соединенные Штаты. Чего тоже никогда не делает Азербайджан. При этом надо сказать, с точки зрения практической политики, Азербайджана абсолютно независим от России. Он более чем Грузия зависим от США, от Европы, от компании British Petroleum и т.д. То есть, Азербайджан совершенно независим от России и у нас не такие уж дружественные отношения. Но формально Баку все соблюдает. Ильхам Алиев очень вежливо (не почтительно, ни снизу вверх, а вежливо) общается с большим братом, большим братом его при этом не называя и не считая. Поэтому мощь российского пиара не касается Алиева. Что касается Саакашвили, то на него работает вся мощь российского пиара и значительная часть информационных мощностей американского. Для России он - главный враг, давно затмивший жалкую Эстонию и Латвию. Для Америки Грузия - образец успешных, четко под американским руководством проведенных блестящих рыночных реформ. Саакашвили сделал ставку на коллективную мощь российской антипрессы и американской положительной. Эта пиар-качели вознесли его до небес. Есть, конечно, и реальные результаты. Но по цифрам они несопоставимы с результатами в Азербайджане. Справедливости ради сказать, что азербайджанские результаты тоже в огромнейшей степени нефтяная халява. Но деньги эти пущены в дело и в строительство. - Вы сказали, что, в общем-то, Грузия не интересна для России. А Кавказ интересен? Как вы оцениваете политику России на Кавказе? - Я человек простой и не понимаю, какие могут быть у России внешние интересы. По моему скромному мнению, России ни одна страна не должна быть интересна. Ей должна быть во всем мире интересна только одна страна под названием Россия. Все эти безумные проекты объединиться непонятно с кем, непонятно зачем, непонятно на каком основании мне кажутся лишним вышвыриванием денег. Зачем России годами сжигать деньги на поддержку преиздента Лукашенко, например? Это что - неспособность до сих пор понять, что это иностранное государство? Глупейшая идея объединиться с государством значительно более бедным, чем Россия. Объединиться ради чего? Поэтому, с моей точки зрения, ни одно государство бывшего СССР России совершенно не интересно. Единственное государство, которое России было бы крайне интересно - Туркменистан. Но мало ли кому что интересно. Понятно, что туркмены свой газ России больше не отдадут. В 90-е годы они его просто дарили «Газпрому». Но сейчас Туркменистан так же не подарит России свой газ, как Азербайджан «Лукойлу» свою нефть. Поезд ушел. Но Россия огромная, неосвоенная страна, с громадным внутренним рынком. Если говорить о внешних экономических партнерах, то это, в первую очередь - Европа, которая покупает сырье и страны, которые могут помочь развивать российскую экономику. Ни одна страна СНГ здесь России – не помощник. Дешевая рабсила? Да, она России нужна. Но она шла, идет и будет идти из Средней Азии. Для этого России никаких серьезных усилий предпринимать не надо. Военные проблемы? По-моему, ни одна страна в мире, включая Китай, Иран и т.д. не угрожают России ничем. О том, что России не угрожают США и НАТО, даже нечего говорить. Это надо быть проплаченным параноиком, чтобы бесноваться и орать, что нам НАТО угрожает. В 90-е годы, когда Ельцин, в отличии от Путина, вел действительно антизападную политику, тогда НАТО ничем не угрожало России. Да, Путин расшвыривает направо и налево громкие антизападные заявления. А Ельцин ими не расшвыривался, хотя тоже бывало. Но дело в том, что Ельцин не подпустил ни одну западную компанию, когда была приватизация российского нефтегазового сектора. И что на это ответил Запад? Угрожал? НАТО предъявляло военные, территориальные, экономические или еще какие- то претензии? Если тогда Запад молчал, что сегодня об этом говорить? Я уже не говорю о том, что любой вариант силового столкновения с Россией для Запада означает просто самоубийство. Китай тоже и не думает покушаться на российскую территорию. Для Китая это бессмысленное самоубийство. Китайская экспансия, о которой в России говорят все - миф, фобия. Экономическую экспансию они в России тоже не осуществят. Так что ни одного военного противника у России нет. - То есть, расширение НАТО Россию не очень-то беспокоит? - Нет, конечно. Это бессмысленный пиар для внутреннего пользования. Такой же лживый и бессмысленный, как истерические вопли по поводу оранжевой революции. Была на Украине оранжевая революция и что? Чем Украина Ющенко угрожала России? Восстановлением памятника Степану Бандере? Я уже не говорю о том, в проамериканской Украине, все экономические рычаги вовсе не попали в руки американцам или европейцам, а остались в руках все той же разбойничьей украинской олигархии. Через 4 года Ющенко ушел, и четко, по закону, на его место пришел другой президент. Что от этого выиграла Россия? Что она проиграла с Ющенко и что она выиграла с Януковичем? Ответ: ничего не проиграла и ничего не выиграла. Выбросила деньги на содержание Черноморского флота. Пытается выколотить деньги за газ. Так было при Кучме, при Ющенко, так сейчас и Януковиче. Злейший враг России - оранжевая принцесса Тимошенко оказалась лучшим другом России и сейчас сидит в тюрьме за то, что подписала кабальные для Украины, но выгодные для России соглашения, а Россия не думает за нее вступаться. - Россия будет усиливать свое влияние на постсоветском пространстве? - Что означает усиливать влияние? Я не понимаю, что это означает. Увеличивать свою долю во внешнеторговом обороте этих стран? Наверное, Россия была бы не против. Но поскольку Россия на свете не одна, и идет жесткая экономическая конкуренция, то ей нужно постараться. Страны Средней Азии сейчас ориентируются на Китай. Если речь о политическом влиянии, опять-таки, что это значит? Что президент России может снять трубку, позвонить Назарбаеву, например, и сказать, чтобы он поступил именно так или проголосовал в ООН в угоду России? Никто не будет слушать. Когда была война в Грузии, как российское руководство из штанов выпрыгивало, из кожи вон лезло, чтобы получить поддержку соседей. И кто поддержал? Лукашенко и тот не поддержал. И правильно сделал. Кому охота влезать в чужую склоку, да еще и поддерживать чужих сепаратистов. У всех свои проблемы. Да, конечно, когда придет час Назарбаева и Каримова, и им придется передавать власть детям, строить монархию, то от России, безусловно, многое будет зависеть. Но не стоит преувеличивать. Это только в больных мозгах революции делаются по заданию ФСБ или ЦРУ. Лина Вискушенко, специально для newcaucasus.com Фото kommersant.ru http://newcaucasus.com/index.php?newsid=5520 Признание независимости Абхазии и Южной Осетии со стороны России стало вынужденной мерой, а целью Москвы в войне 2008 года не было свержение президента Саакашвили, говорит в эксклюзивном интервью newcaucasus.com преподаватель кафедры прикладного анализа международных проблем МГИМО (У) МИД России Андрей Сушенцов. По его мнению, восстановление благожелательных отношений Грузии с Абхазией и Южной Осетией гораздо сложнее, чем примирение Москвы и Тбилиси. «Люди все чаще замечают существующую пропасть между официальными позициями и политическими отношениями и реальными отношениями между людьми. Думаю, что дистанция между плохими и нормальными политическими отношениями между нашими странами может быть пройдена довольно быстро», - считает эксперт Политика Wed, 15 Feb 2012 13:27:16 +0400 Признание независимости Абхазии и Южной Осетии со стороны России стало вынужденной мерой, а целью Москвы в войне 2008 года не было свержение президента Саакашвили, говорит в эксклюзивном интервью newcaucasus.com преподаватель кафедры прикладного анализа международных проблем МГИМО (У) МИД России Андрей Сушенцов. По его мнению, восстановление благожелательных отношений Грузии с Абхазией и Южной Осетией гораздо сложнее, чем примирение Москвы и Тбилиси. «Люди все чаще замечают существующую пропасть между официальными позициями и политическими отношениями и реальными отношениями между людьми. Думаю, что дистанция между плохими и нормальными политическими отношениями между нашими странами может быть пройдена довольно быстро», - считает эксперт. - Как вы могли бы охарактеризовать внешнюю политику России по отношению к Грузии? - Существует три уровня этих отношений, на каждом из которых политика России имеет свою специфику. Первый - уровень межгосударственных контактов на высшем уровне, т.е. между премьерами и президентами двух стран. С точки зрения российского правительства, эти контакты на данном этапе невозможны. Ни президент Медведев, ни премьер Путин ни при каких обстоятельствах не будут иметь дело с президентом Саакашвили. Их аргументация такова: этот человек совершил преступление против российских граждан и против своего народа. Потому его квалифицируют как преступника и не хотят иметь с ним дело. На втором уровне осуществляются межправительственные контакты по рабочим вопросам, преимущественно усилиями чиновников второго ранга. Именно здесь достигаются договоренности и осуществляются проекты, в которых заинтересованы обе стороны. Это видно по примеру успешных переговоров по ВТО, возобновлению прямого авиасообщения, по решению отдельных вопросов технического характера. Чаще всего это вопросы «бытового уровня». Даже если нет полного взаимопонимания и консенсуса, то по прагматическим точкам взаимного интереса стороны могут вести диалог. Это не та ситуация, когда отношений нет совсем. Третий уровень отношений это уровень гражданских обществ, академических и гуманитарных обменов, и именно на этом уровне происходит определенное оживление по сравнению с периодом после 2008 года. Если говорить о динамике, можно сказать, что наиболее интенсивно развиваются второй и третий уровни. В Тбилиси проводится фестиваль российского кино, осуществляются совместные театральные постановки, приезжают различные российские делегации людей искусства. Между гражданскими обществами происходит постепенное оживление связей. И российский МИД этому не препятствует. Вообще, аллергии на грузинское в России сейчас нет, и если ты собираешься делать что-то совместное с грузинской стороной, то власти не возражают. Однако при текущей политической конъюнктуре ряд крупных и, может быть, прорывных для российско-грузинских отношений проектов, неосуществимы. Например, невозможно сейчас представить упразднение визового режима между нашими странами. Невозможно говорить о рывке в урегулировании политических разногласий в российско-грузинских отношениях. В Москве очень болезненно воспринимают последние шаги грузинского правительства по политизации отдельных эпизодов истории наших стран, в частности признание геноцида черкесского народа, акцентирование концепции «советской оккупации» Грузии, однобокая трактовка содержания Георгиевского трактата. В России это воспринимается как искажение общей истории. В российском МИДе иногда создается впечатление, что грузинское правительство, если и не ведет курс на эскалацию напряженности, то, как минимум, не настроено на конструктивный диалог по вопросам двусторонних отношений. Судя по всему, «грузинский вопрос» сейчас не входит в пятерку главных для руководства России, его актуальность существенно снизилась после войны 2008 года. Если представить, что входит в ежедневный брифинг президента по вопросам внешней политики и безопасности, то Грузия попадает туда не часто. Правительство России сейчас гораздо более озабочено проблемами отношений с США, ситуации на Ближнем Востоке, в Афганистане, проблемой ПРО, отношениями с Китаем, вновь актуализируется направление Арктики и т.д. Поэтому нельзя сказать, что РФ сейчас находится в активном поиске путей политического урегулирования отношений с Грузией. - В таком случае не совсем понятно, почему Россия вкладывает громадные средства, в том числе и в военную инфраструктуру, размещенную на территории самопровозглашенных Абхазии и Южной Осетии. В самой России ведется много разговоров относительно нецелевых трат этих средств... И несмотря на столь объемную помощь со стороны России, на выборах президентов как в Абхазии, так и в Южной Осетии побеждают не фигуры, поддерживаемые Кремлем, а относительно независимые кандидаты... - Во-первых, в предоставлении помощи правительствам Абхазии и Южной Осетии нет императива контроля общественной жизни этих республик. Мне кажется, нет установки ни из администрации президента, ни из МИДа, что эти деньги должны определять социально-политическую атмосферу на местах. Другое дело, что «вхожесть» отдельных абхазских и югоосетинских политиков в некоторые кабинеты в Москве позволяет им заявлять у себя на родине, что они имеют определенную поддержку в Кремле. Такое часто происходит и в Приднестровье, и в Абхазии и в Южной Осетии. Иногда это работает в обратную сторону - когда некие фигуры из Москвы, далеко не самые видные, даже без ресурса «вхожести» в высокие кабинеты, создают впечатление, что они привезли с собой некую волю из Кремля или определенные сигналы оттуда. В случае Абхазии и Южной Осетии видно, что у российского руководства нет жесткой позиции по тому, кто должен руководить республикой. Все, что нужно правительству РФ сейчас – надежное, желательно, легитимное правительство, с которым можно иметь дело. Кто именно будет править – по большому счету не очень важно. Важно, чтобы он не испытывал проблем у себя на родине и население признавало бы его легитимность. Чтобы его власть не стала бы еще одной проблемой для Москвы. Поэтому нет прямой взаимосвязи между помощью, предоставляемой Москвой и сценариями, которые она якобы пытается навязать политическим системам в этих республиках. Другое дело, что у самих республик очень ограничен люфт маневра – они не могут развернуть свои внешнеполитические оценки на 180 градусов, по крайней мере, сейчас. Можно сравнить эти отношения в определенной степени с отношениями Израиля и США, когда при всех обстоятельствах, США никогда не откажутся от поддержки Израиля. Хотя, если спросить у американских дипломатов, кто является для них наиболее трудным партнером, они ответят, что Израиль, который выбивая все возможные объемы помощи у США, одновременно остается очень неуступчивым. Что касается признания независимости Абхазии и Южной Осетии, то российское руководство неоднократно посылало сигнал о том, что это было вынужденной мерой. Эта формулировка есть и в тексте обращения президента России по случаю признания двух республик. Это была очень вынужденная, локальная мера, которую в Москве рассматривают как прецедент. Ее не собираются переносить на Карабах, на Приднестровье, тем более, на Косово. Единственным предназначением признания является предотвращение рецидива военной операции против Южной Осетии и Абхазии со стороны Грузии. Материальная помощь этим республикам обусловлена тем, что совершив шаг, который сжег многие мосты, Россия не может себе позволить, чтобы эти регионы деградировали в изоляции. Я помню свои беседы с абхазскими экспертами в 2007 году, когда они жаловались на то, что объемы помощи Москвы совершенно ничтожны и высказывали свое недовольство пассивностью России. Мне казалось это странным, так как я считал, что мы помогаем достаточно серьезно, а они утверждали, что помощь мизерна. - А насколько адекватна помощь России Абхазии и Южной Осетии по сравнению с финансированием собственных регионов? Можно ли сказать, что Москва, по крайней мере, равноценно их поддерживает? - Наверное, в данном случае не площадь территории играет роль, а количество населения. Например, на поддержку Южной Осетии, несмотря на крайне малую численность населения, идут достаточно большие средства. Но еще большие средства идут на поддержку российских военных, размещенных на этой территории. Действительно строится военная инфраструктура, которая позволит осуществлять полноценное дислоцирование там российских войск. На это уходит гораздо больше средств, чем, скажем, на выплату пособий, пенсий, гражданское строительство и т.д. Есть свидетельства, что в Южной Осетии многие погорельцы до сих пор не получили обещанного жилья. В России нет ощущения избыточной помощи для Абхазии и Южной Осетии. С одной стороны, это основано на незнании того, какие суммы там тратятся. С другой, Абхазия и Южная Осетия, как ни странно, российским обществом не включается в общее понятие «Кавказ». Сложно сказать, насколько он популярен, но в России часто цитируется лозунг «Хватит кормить Кавказ!» - это зачастую не относят к Южной Осетии и Абхазии. Уровень поддержки решения руководства о начале военной операции в 2008 году, а затем и признания независимости Абхазии и Южной Осетии в российском обществе достаточно высок – на уровне 67-70%. - Как вы оцениваете последние события в Южной Осетии? Штурм штаба Аллы Джиоевой, увольнение с поста главного тренера сборной России по вольной борьбе Джамболата Тедеева - не говорят ли эти факты о прямом вмешательстве Москвы в дела признанной ею же Южной Осетии? - В эти дни ситуация в Южной Осетии из конфликтной стала кризисной. Ряд по меньшей мере недальновидных, а часто просто криминальных шагов группы лиц из окружения бывшего президента Кокойты создали конфликт на пустом месте. Надо сказать, что и госпоже Джиоевой не хватило трезвости и взвешенности – именно ее радикализм дал импульс последнему витку противостояния, который перерос в кризис. Джиоева показала себя хорошим борцом, и я надеюсь, что ее усилия не пропадут даром. По крайней мере, заставить оппозицию в ЮО умолкнуть местным властям теперь будет сложнее. Однако этот кризис нанес существенный удар по стабильности политической системы в Южной Осетии. Не похоже, что в этой ситуации у Москвы ведущая роль. Как показывают примеры Абхазии и Приднестровья, единственное требование России к победителю президентской гонки – победить легитимно. Т.е. не испытывать дополнительных проблем с поддержкой местного населения. И в Приднестровье и в Абхазии к власти пришли кандидаты, которые одержали победу над условными «кандидатами Кремля». Были основания ожидать такого же сценария и в Южной Осетии, но люди в окружении Кокойты откровенно злоупотребили доступными им организационными ресурсами. Адекватной реакции на это из Москвы не последовало. Визиты замглавы администрации президента РФ С. Винокурова были попыткой урегулирования конфликта, однако этим усилиям не хватало системности. Возможно, из Москвы не был вовремя послан сигнал о том, что попытка узурпации власти любой из элитных групп будет иметь уголовные последствия для них. Так было сделано в Приднестровье, но не в Южной Осетии. Поэтому со стороны России это скорее халатность и недосмотр, чем намеренное вмешательство. - Занимается ли МГИМО исследованиями путей урегулирования российско-грузинских отношений? - Исследования ведутся отдельными специалистами, которые занимались Кавказом еще до начала конфликта. Как таковой, рабочей группы или группы аналитиков, которые занимались бы этой темой предметно, на данный момент не существует. Вполне возможно, в рамках проекта, который осуществляет «Кавказский дом» («Диалог российских и грузинских профессионалов», 15-26 января 2012 г., Тбилиси, Грузия – Ред.), нам удастся собрать группу исследователей, которая осуществляла бы подобный проект. С одной стороны, нет заказа со стороны правительства, с другой - нет политической воли с российской стороны, чтобы урегулировать эти конфликты, в частности в предвыборный и поствыборный период. Почему не существует политической воли в этом направлении – отдельный вопрос. Но если бы она возникла, то я убежден, что на российско-грузинском треке выход был бы найден довольно быстро. Однако при изменении ситуации особую значимость обретут грузино-абхазское и грузино-югоосетинскоем направления. И, может быть, готовясь к будущему улучшению отношений с Россией, общественным силам в Грузии, а также в Абхазии и Южной Осетии, следует подумать о том, как подготовить почву для постепенного восстановления благожелательных и взаимодоверительных отношений. Это гораздо сложнее, чем примирение Москвы и Тбилиси. - Вы приняли участие в проекте «Кавказского дома» - «Российско-грузинский диалог молодых профессионалов», провели 10 дней в Грузии. Что вас привлекло в проекте, какие у вас остались впечатления, намерены ли российские коллеги продолжать сотрудничество? - Проект, который осуществляет «Кавказский дом» в партнерстве с правозащитной организацией из Петербурга «Ресурсный правозащитный центр» я полагаю успешным по многим показателям. В нем приняли участие специалисты из разных областей, в том числе, журналисты, гражданские активисты, представители академических кругов. Я, признаюсь, впечатлен программой, которая была подготовлена грузинскими коллегами. Для российской группы были открыты если не все, то большинство дверей государственных учреждений, министерств, неправительственных организаций. За 10 дней мы посетили пять министерств, имели возможность услышать мнение как государственных чиновников, так и представителей оппозиции, экспертных кругов. Нам показали примеры успешных реформ, проведенных в Грузии – это действительно впечатляющие наблюдения. В то же время организаторы смогли сбалансировать программу таким образом, чтобы у нас не создалось однобокого и искаженного представления о Грузии. Мне показалось, что нас не стремились ввести в заблуждение. Крайне важно для нас было услышать и представителей оппозиции, познакомиться с их видением происходящего в Грузии. Я считаю, что это была одна из наиболее хорошо подготовленных по содержательному наполнению программ, которые касались российско-грузинских отношений. Особо отмечу, что россияне имели редкую возможность работать вместе со своими грузинскими коллегами. Мой собственный интерес к российско-грузинским отношениям получил существенный импульс. Надеюсь, опыт данного проекта позволит нам создать на уровне общественных организаций, академических кругов некий формат, который условно можно было бы назвать российско-грузинской группой по сложным вопросам. Если бы нам удалось наладить подобный канал, он смог бы сыграть положительную роль в двусторонних отношениях. Считаю, что хорошо было бы создать подобные группы на грузино-абхазском, грузино-югоосетинском направлениях. Политика взаимной открытости мне видится наиболее эффективной. Подобная группа была организована в МГИМО совместно с польскими коллегами – «Российско-польская группа по сложным вопросам». Действуя на протяжении нескольких лет, группа смогла подготовить почву для начала процесса примирения двух народов. В ходе работы группы удалось найти консенсусные варианты понимания сложных моментов общей истории. Это дало импульс развитию российско-польским отношениям и сегодня они находятся в гораздо лучшем положении, чем, например, пять лет назад. - Согласно некоторым российским социологическим исследованиям, Грузия признается частью российского общества страной – врагом России. Насколько укоренился образ «Грузии-врага» в российском обществе? - Мне кажется, что Грузию как врага воспринимает меньшинство россиян. Стоит сделать комментарий относительно опросов общественного мнения. Крайне важно обращать внимание на формулировку задаваемого вопроса. Существует опрос «Левада-центра», согласно которому, 57% россиян якобы недоброжелательно относятся к Грузии. В ходе пребывания в Грузии я несколько раз слышал этот аргумент от правительственных чиновников. Если вчитаться в формулировку вопроса, то становится понятно, что здесь лукавство. Вопрос звучит так: «Какие страны, по вашему мнению, недоброжелательно относятся к России?» То есть, это не отношение самих россиян к той или иной стране. После войны у многих возникло ощущение, что грузинское правительство ищет поводы пренебречь интересами России. К сожалению, само правительство Грузии дает богатую почву для антигрузинской пропаганды в России. Одновременно есть положительные сигналы со стороны грузинского руководства, но они не такие сильные и потому не освещаются в СМИ. Существует другой опрос, проведенный «Фондом общественного мнения», который, как мне кажется, более адекватно отражает ситуацию. Вопрос звучал так: «Есть ли у России внешние враги и если есть, то кто?». 47% опрошенных ответили, что у России есть внешние враги. Но из этой массы всего лишь 5% считают одним из внешних врагов Грузию. В абсолютных показателях получается, что около 2,5% россиян считают Грузию врагом России. Никакой неприязни к Грузии, и, по большому счету, к грузинскому правительству, на бытовом уровне не ощущается. - Как вы оцениваете отмену визового режима для жителей Северного Кавказа со стороны Грузии? Известно, что этот шаг получил негативную оценку в Кремле... - Я не вижу в этом ничего плохого. Может быть, кто-то в этом по инерции искал какое-то стремление правительства Грузии как-то уязвить правительство России или сделать мелкую пакость. Но параллельно с противостоянием между Грузией и Россией между ними продолжает осуществляться сотрудничество по целому ряду вопросов. Это видно по переговорам по ВТО, по свободному присутствию российских компаний в Грузии. Обмен электроэнергией между нашими странами осуществлялся даже во время войны. Россияне очень легко и быстро получают визы при въезде в Грузию. Связи бизнес-сообществ наших стран продолжают укреплять тот фундамент наших отношений, который рано или поздно даст политический эффект. Люди все чаще замечают существующую пропасть между официальными позициями и политическими отношениями и реальными отношениями между людьми. Думаю, что дистанция между плохими и нормальными политическими отношениями между нашими странами может быть пройдена довольно быстро. Я не вижу непреодолимых разногласий. - Могут ли российско-грузинские отношения измениться в ту или иную сторону после президентских выборов в России? Возможна ли очередная эскалация в период выборов и после выборов? - Российское руководство не так часто использует тему конфликта 2008 года для внутриполитических целей. Откровенно говоря, этим конфликтом не очень хорошо гордиться... В России вряд ли найдутся благодарные потребители этой темы. В стране существует ряд других конфликтных вопросов преимущественно этнического характера, по сравнению с которыми политические проблемы российско-грузинских отношений кажутся незначительными. Единственный вопрос, который тревожит правительство России, это чтобы территория Грузии не была использована для размещения ряда военных компонентов НАТО и США, которые могут угрожать безопасности России. Российское руководство систематически высказывает недовольство наращиванием военного потенциала Грузии. Но я не вижу, чтобы антигрузинская риторика заняла бы большое место в предвыборной кампании. - Президент Дмитрий Медведев в одном из своих выступлений признал, что российско-грузинская война преследовала основную цель – не допустить вступления Грузии в НАТО. Не означает ли это, что Москва продолжает смотреть на Грузию не как на равноправного партнера, а воспринимает ее в качестве временно потерянного вассала? - Я бы хотел пояснить, что в словах Медведева очень часто меняют местами причины и следствия. Он отвечал на вопрос одного майора, находясь в штабе 58-ой армии. Сам вопрос был поставлен бравурно-молодецки и начался с благодарности президенту за то, что он отдал приказ о применении силы против Грузии. Потом майор заметил, что Грузия продолжает проводить милитаризацию и спросил - что будет, если Тбилиси опять попытается использовать силу? По сути, президент был поставлен в ситуацию, когда от него требовалось убедить российских военных в том, что их усилия и жертвы в 2008 году не были напрасными. Поэтому нужно трактовать слова Медведева таким образом, что препятствование вступлению Грузии в НАТО не было главной целью России, но именно это стало один из последствий войны 2008 года. Лично я сомневаюсь, что это было основной целью той войны. Когда мы встречаемся с американскими экспертами, занимающимися кавказскими конфликтами, они часто задают нам два вопроса. Первый, почему президент Саакашвили применил силу против Южной Осетии и второй – почему Москва не довела «дело до конца». Им не понятно, почему это началось и почему это не закончилось. Но целью той военной операции было далеко не свержение Саакашвили и даже не превращение Грузии в лояльный и подконтрольный режим. Видимо, правительство России понимает, что в XXI веке подобный механизм контроля обходится очень дорого. Это наглядно видно по крохотной Южной Осетии, где расходуются значительные ресурсы, в том числе военные, чтобы, скажем так, «запломбировать» эту проблему. В Москве понимают, что если бы Россия осуществила сценарий смены власти в Грузии, то здесь ситуация здесь была бы не лучше, чем на Северном Кавказе. Это просто невыгодно, не говоря уже про международную реакцию. Когда принималось решение о применении силы, это преследовало четкую цель – выдворить грузинские войска с территории Южной Осетии и Абхазии и пресечь подобные рецидивы в будущем. - Но грузинские войска не входили в Абхазию. - Действительно, не входили. Но в Москве в тот период, видимо, посчитали за лучшее одним махом снять и эту головную боль, что очень в стиле нынешнего российского руководства. Конфликты на Южном Кавказе, конечно, находятся в поле внимания российского руководства. Но это далеко не те проблемы, которыми хочется заниматься ежедневно. Москву раздражали постоянные сигналы о каких-то провокациях в зонах конфликтов. В Москве не всегда понимали, с чем это связано, а политические механизмы не работали. Потому в какой-то момент, особенно в ситуации эскалации конфликта, в Москве, вспылив, решили снять эту проблему именно таким образом. И сделали то, что сделали. Сейчас от этих мелких неприятностей они избавились. Но встают проблемы совсем другого качества. - А как бы вы ответили на те два вопроса, которые вам задают американские эксперты? - Почему президент Саакашвили пошел на военную эскалацию конфликта... Я это объясняю исключительно грузинским внутриполитическим контекстом, ощущением в Тбилиси того, что решить проблему сепаратизма таким образом было возможно. Вероятно, власти Грузии посчитали, что в Южной Осетии возможно то, что удалось в Аджарии. Правительству Саакашвили удалось создать впечатление у тех стран Запада, которые поддерживали военную реформу в Грузии и выделяли средства на оснащение и обучение армии, что грузинская армия не будет использована в конфликтах. Что ее предназначение – участие в военных операциях в Ираке и Афганистане. По состоянию на 2008 года грузинский контингент по численности был третьим среди всех стран, чьи войска принимали участие в компании в Ираке. Судя по реакции многих американских экспертов, они не предполагали, что грузинские войска могут быть использованы против Южной Осетии. Думаю, что у правительства Джорджа Буша не было желания провоцировать Россию, хотя в России есть и другие мнения на этот счет. Все понимают, что XXI веке война создает гораздо больше проблем, чем их решает. Гораздо дешевле и легче добиваться поставленных целей не военными способами. Почему не дошли до конца... У меня создалось впечатление, что Москва не ориентировалась на международную реакцию на свои действия в ходе 5-дневной войны. Ситуация зашла так далеко, что в Кремле пошли на принцип и делали так вне зависимости от того, кто что подумает. Я уже говорил, что целью операции не было свержение режима в Грузии. Вполне доверяю словам Медведева, который говорит, что судьбу Саакашвили должен решать грузинский народ. Если бы это сделали русские солдаты, то Саакашвили, скорее всего, вошел бы в историю как народный герой, а обстоятельства войны 2008 года были бы искажены. - Каким вы видите урегулирование конфликтов в Абхазии и Южной Осетии, есть ли некий идеальный для всех сторон рецепт их решения? - Мне не кажется, что сегодняшний «завал» в урегулировании этих конфликтов совсем уж непроходим. В мире существует по-настоящему затяжные и действительно тупиковые конфликты, в которых света не видно в конце тоннеля. На первом этапе я бы порекомендовал правительству Грузии, находясь в полном информационном взаимодействии с российскими властями, начать неконфликтную, не провокационную линию на сближение с нынешними властями Абхазии и Южной Осетии. Порекомендовал бы признать их право на существование, что не означает признания независимости. Условно говоря, начать разговор с теми людьми, которых избрал народ, проживающий на данной территории. Начать переговоры, которые затем могут стать платформой для переговоров о статусе Абхазии и Южной Осетии в рамках Грузии. Начиная с распада СССР и до августа 2008 года включительно, президенты России повторяли, что территориальная целостность Грузии не подвергается сомнению. Сегодня президент Медведев говорит, что признание независимости Абхазии и Южной Осетии было вынужденной мерой, к которой побудили обстоятельства 2008 года. Мне кажется, что вопрос о статусе Абхазии и Южной Осетии в долгосрочной перспективе не снят. Президент Медведев говорит, что вопрос о государственности в этом регионе должны решать народы Грузии, Абхазии и Южной Осетии. России было бы выгодно, если бы удалось выйти на уровень доверительного диалога между Грузией, Абхазией, Южной Осетией и они бы поняли, что им лучше жить вместе, решать вопросы суверенитета в составе Грузии. Но нынешняя политика правительства Саакашвили создает в Москве впечатление, что оно пытается решить эти вопросы в одностороннем порядке, без консультаций с Сухуми и Цхинвали и вопреки их воле. Я надеюсь, что после президентских выборов в России и Грузии, электорального цикла 2012-2013 годов, стороны найдут в себе силы переступить через собственные амбиции. Думаю, что даже если партия Саакашвили одержит верх в парламентских выборах и это не вызовет вопросов у грузинской общественности, т.е. результаты выборов будут признаны легитимными, то, при некоторой корректировке грузинской политики, власти России могут пойти на диалог. Беседовал Ираклий Чихладзе, специально для newcaucasus.com Фото newcaucasus.com http://newcaucasus.com/index.php?newsid=5460 Российско-грузинские отношения, налаживание контактов между представителями гражданских обществ двух стран, перспективы урегулирования конфликтов и оценка вероятности новой войны. Об этом и многом другом в эксклюзивном интервью newcaucasus.com рассказывает директор правозащитных и антикоррупционных программ российского Центра развития демократии и прав человека (Москва) Андрей Калих. Общество Sat, 28 Jan 2012 23:43:43 +0400 Российско-грузинские отношения, налаживание контактов между представителями гражданских обществ двух стран, перспективы урегулирования конфликтов и оценка вероятности новой войны. Об этом и многом другом в эксклюзивном интервью newcaucasus.com рассказывает директор правозащитных и антикоррупционных программ российского Центра развития демократии и прав человека (Москва) Андрей Калих. - Какова, по-вашему, внешняя политика России по отношению к Грузии? - Мне кажется, что никакой внешней политики по отношению к Грузии у России нет. Заморожены все контакты, нет дипломатических отношений, границы перекрыты и пропуск работает в очень ограниченном варианте. Никакой стратегии у российского внешнеполитического ведомства, по-моему, по отношению к Грузии нет и люди там не знают, что с этим конфликтом делать. Особенно на фоне событий, происходящих в самой России – президентские выборы, неизбежная смена президентов или, как мы ее называем – рокировка, когда заморожены не только внешняя политика по отношению к Грузии, но и внутренняя политика, не принимается никаких решений до тех пор, пока не появится новый президент. Никто не знает, чего захочет новый президент. То же самое касается политики по отношению к Грузии. Тем не менее, мы продолжаем обмениваться резкими заявлениями. ситуация напоминает серьезное внешнеполитическое противостояние, холодную войну или напряженность между двумя странами, если бы речь шла о двух действительно равных противниках. Например, между Россией и США или Россией и Евросоюзом. В данном случае, речь идет о маленькой Грузии. Также внешняя политика базируется на пропагандистском мифе – любое внешнеполитическое действие Грузии расценивается как антироссийское. Также, к сожалению, и наоборот – грузинская официальная сторона жестко и, на мой взгляд, совершенно напрасно реагирует на порой неадекватные высказывания нашего руководства. За последнее время можно было наблюдать постоянные перепалки, обмен уколами, провокациями. К сожалению, обе стороны как поддерживают провокации, так и поддаются на них. - По-вашему, векторы внешней политики России и Грузии по отношению друг к другу схожи? - Россия должна стать страной, которая сделает первый шаг по направлению к миру, к снижению напряженности. Грузия уже сделала много в этом направлении. Было обещание, что конфликты в Абхазии и Южной Осетии не будут решены вооруженным путем. Звучали заявления о готовности к диалогу со стороны администрации президента Саакашвили. Либерализация визового режима, особенно в отношении жителей Северного Кавказа, – очень серьезный шаг навстречу. С российской стороны практически никаких ответных шагов нет. Раньше российские визы гражданам Грузии практически не выдавались, сейчас стали понемногу выдавать. Продолжает господствовать враждебная риторика в речах официальных представителей обеих стран, продолжается милитаризация региона – в Абхазии и Южной Осетии. Я считаю, что конфликт поддерживается искусственно, подогревается с обеих сторон жесткими и провокационными заявлениями и ответами на них. Искусственна эта ситуация именно в том, что Грузия и Россия – не враги. Это искусственный конфликт, появившийся на остатках советской империи, советских нерешенных проблем. И, вместо того, чтобы с обеих сторон приложить честные совместные усилия для разрешения этого конфликта мы наблюдаем обратный процесс, когда конфликт раздувается... - Каково отношение гражданского общества России к войне 2008 года, а также к признанию Россией независимости Абхазии и Южной Осетии? - Гражданское общество относится резко негативно в целом к ухудшению российско-грузинских отношений. Ведь войне предшествовало ухудшение отношений в 2006-2007 годах, депортация граждан по национальному признаку. То есть, была целая цепь конфликтов, кульминацией чего стала война... К сожалению, война – большой эпизод противостояния между двумя странами. Я помню, как в 2006 году на демонстрации на Пушкинской площади в Москве сам ходил с надписью «Я – грузин», и таких людей, как я, было очень много. Ухудшение грузино-российских отношений расценивалось в контексте общего роста антипутинской критики со стороны гражданского общества и на фоне мощнейшего роста ура-патриотизма в России. Пропагандистская машина работала не переставая над тем, чтобы убедить российское общество в том, что Грузия является маленьким агрессивным государством, которое куплено Америкой, что за ней стоит Запад. Что враги напали на наших граждан в Южной Осетии и прочую ерунду, которая на деле оказывается пропагандистским мифом. Но гражданское общество давно не смотрит телевизор, оно получает информацию из других источников. Налицо был обман, большая государственная ложь и, конечно, мы все понимали, что во всем том, что произошло, есть и наша вина. Мы понимали, что у нас мало контактов с грузинским гражданским обществом, на тот момент мы мало контактировали с грузинским неправительственным сектором, недостаточно внимания уделяли тем процессам, которые происходили в грузинском обществе, так как было много чем заняться в собственной стране. Я помню, как сразу после пятидневной войны был интенсифицирован российско-грузинский гражданский диалог и сразу возникли новые контакты. Не было прямых рейсов, и я, например, в 2009 году добирался в Тбилиси через Стамбул, многие – через Киев. И, если раньше мы почти ничего не знали о Грузии, то после войны возникла большая потребность ближе познакомиться с Грузией, увидеть наших грузинских друзей, узнать, как они живут. Мы стали получать больше информации, читать грузинские источники.Странно, но «благодаря» этому конфликту Грузия стала намного более узнаваемой в мире. В этом случае Россия, конечно же, проиграла пропагандистскую войну, резко упало одобрение российских действий в мире, имидж России получил страшный удар. В пропагандистском плане Грузия выиграла, Россия же, наоборот, – проиграла. Если абстрагироваться от гражданского общества, то в целом признание Южной Осетии и Абхазии не вызвало особого ажиотажа среди россиян ни в негативном, ни в позитивном плане.Была истерика со стороны прокремлевских организаций: вот, мол, посмотрите, как правильно мы заступились за маленькие, но гордые государства. Россия признала их независимость, но это повлекло обострение отношений со всем остальным миром, США, Евросоюзом. Из-за этого признания, мы в очередной раз остались в одиночестве. Эскалация конфликта вокруг Южной Осетии и Абхазии произошла далеко за границами Грузии. Недаром один из известных российских экспертов, глава Совета по внешней оборонной политике Сергей Караганов в своей статье после конфликта писал с горечью, что очень жалеет, но не получается навсегда задвинуть «ядерную дубину» на задворки истории. А вот когда Южную Осетию и Абхазию стали признавать разные островные государства вроде Науру и Тувалу, после диктаторской Венесуэлы, наступило «полное очарование» и ощущение позора. Было стыдно за свою страну. И это чувство остается до сих пор. Когда я принимаю участие в различных встречах, конференциях, в кулуарах меня часто со смехом спрашивают о том, какое еще островное государство признало Абхазию и Южную Осетию. Люди откровенно смеются. И мне, как гражданину России, действительно стыдно... - На фоне оппозиционных протестных настроений и предстоящих президентских выборов в России, существует ли опасность эскалации российско-грузинского конфликта? - Я так не думаю. Страна изменилась, изменилась ситуация. Война не популярна в российском обществе, как и в грузинском. Мало того, я догадываюсь, что власти также стыдно за эту войну, и она пытается оправдываться. В прошлую годовщину войны президент Медведев давал интервью трем телеканалам, в том числе и грузинскому ПИКу. Конечно, присутствовала и воинственная риторика, но в целом создалось впечатление, что он оправдывался. То же самое – Путин. В одной из своих последних речей он, рассуждая о причинах вторжения российских войск в Грузию, четыре раза произнес фразу «А что нам оставалось делать?». Когда психолог наблюдает Путина по телевизору, он наверняка видит, что тот оправдывается, что ему неудобно, что он хочет, чтобы мировое сообщество побыстрее забыло об этом. Власти России, скорее всего, опасаются сейчас разыгрывать грузинскую карту, предпочитая оставить все как есть до выборов. Судя по тем событиям, которые происходят сейчас в России, не думаю, что эскалация конфликта возможна. Хотя ничего исключать нельзя. - А как Грузия использует карту внешнего врага в лице России? - Безусловно, внешнеполитическая карта разыгрывается и грузинской стороной. Враждебная риторика, риторика осажденной крепости присутствует и здесь. К сожалению, Грузия далеко не всегда являет собой пример политической взвешенности и терпения, постоянно срываясь и поддаваясь на провокации Кремля. В то время, когда конфликт уходит сам по себе, реагирование в духе «Сам такой!» только замедляет его разрешение. Очень хотелось бы, чтобы Грузия проявляла бы сейчас мудрость, а не воинственность. Этого трудно ожидать от высшего российского руководства, а у Грузии есть все шансы проявить себя именно так. Ведь получилось же это с переговорами по ВТО. В результате, от решения снять вето на вступление России в эту организацию Грузия только выиграла. - Вы принимали участие в проекте «Диалог российских и грузинских профессионалов», российская группа встречалась с грузинскими государственными чиновниками, министрами, представителями неправительственного сектора, экспертами. Как могут повлиять подобные проекты на улучшение российско-грузинских отношений в то время, как контакты на высшем уровне заморожены? - В том то и дело, как раз в эпоху, когда официальные контакты заморожены, у нас остается только этот – единственный путь подобных встреч, обменов. Это единственное, что мы можем сейчас сделать. Народная дипломатия является прекрасным средством по предотвращению конфликтов. И в данном случае, как мне кажется, это очень хорошо работает. У меня и, надеюсь, у других российских участников программы, по итогам поездки остаются три главных впечатления. Первый – это продолжение реформ, резкий экономический рост, несмотря на сохранение конфликта, высокий уровень общественно-политической активности. Наблюдения и впечатления вызывают дискуссии в нашей группе. Мы, видя, что происходит у вас, несем это обсуждение дальше в российское общество. Я знаю, что вернувшись в Россию, мы будем обсуждать со своими коллегами увиденное и услышанное здесь. Ведь не все обстоит в Грузии так, как это подается нашим телевидением. Второй очень важный результат – что мы хотим что-то делать вместе, обсуждаются возможности для дальнейшего сотрудничества, совместных проектов. Из десятидневного диалога между грузинскими и российскими участниками, видно желание общения, желание понять друг друга. Ключевым словом я бы назвал доброжелательность с обеих сторон. Нам было удивительно увидеть подобную доброжелательность с грузинской стороны после всего, что произошло между нашими странами. Люди радовались, слыша на улицах русскую речь. В кафе и ресторанах специально для нас ставили русские песни. Я был поражен и пленен, когда однажды таксист в Тбилиси выключил радио и специально для меня включил русскую песню. После этого проекта все мы стали проводниками дружеских отношений к Грузии в России. Третий важный результат – очень важные наблюдения за дискуссиями между грузинскими участниками, что отражает существование интенсивного общественного дискурса о пути реформ. Точки зрения государственных чиновников и общественных активистов, мягко говоря, не всегда совпадают. - Представители грузинского гражданского общества давно пытаются найти общий язык с абхазским и югоосетинским обществами. Существует мнение, что нам необходим разговор тет-а-тет. Как вы считаете, может ли какую-то роль сыграть российский гражданский сектор? - У России есть большая боль – Северный Кавказ. Это боль для государства, для внешней и внутренней политики, для прав человека, для развития демократии. Это огромный фактор, влияющий на наше дальнейшее развитие. Коррумпированные державно-авторитарные режимы в некоторых северокавказских республиках не дают развиваться демократии и экономике не только в регионе, но и в России в целом. Это очень влияет на жизнь всей страны. Исходя из этого, проблема Абхазии и Южной Осетии для российского общества не так важна на фоне общих северокавказских проблем. У нас есть нерешенные вопросы на других границах, в частности, с Польшей, с Молдовой. Все эти проблемы, включая Абхазию и Южную Осетию, нужно будет срочно решать, когда в России наконец-то сменится власть. Мы все помним об Абхазии и Южной Осетии, но жизнь всех мелких квази-государственных режимов на постсоветском пространстве продолжится так долго, как долго будет существовать путинский строй. Сейчас перед Россией стоят очень много вызовов, и это не только Кавказ. Это и растущее напряжение, и недовольство в обществе из-за проблем с демократией. Нам очень важно добиться проведения честных и чистых выборов и сменить этот режим мирным путем. Это наша первоочередная задача. Когда она будет решена, когда власть в России станет более демократической, когда у нас будет нормальный парламент, только тогда, к сожалению, у нас будут силы придти к вам на помощь в реальном разрешении этих конфликтов. - Что должна делать Грузия для того, чтобы наладить отношения, навести мосты доверия с Абхазией и Южной Осетией? - Главное, что должна делать Грузия, – это ничего не делать. А именно – развиваться, идти своим путем, как мы уже говорили, проявлять терпение и мудрость. В этом смысле я молюсь на грузинскую демократию, надеюсь, что на ее развитие и на то, что по-настоящему демократический общественный дискурс сможет уберечь грузинское руководство от необдуманных действий. Я бы пожелал Грузии консолидации вокруг демократии, а не вокруг конфликта. Пожелал бы не поддаваться на провокации, наблюдать за тем, что сейчас происходит в России, так как это именно мы сегодня – молодая демократия, а не вы. Это у нас сегодня все начинается снова и происходят те события, которые происходили у вас в 2003 году. Быть доброжелательными, самоотверженными, терпеливыми, показывать преимущества демократии, прозрачности, влиять на действия властей – вот она, высокая миссия гражданского общества. Беседовал Ираклий Чихладзе, специально для newcaucasus.com Фото И.Чихладзе http://newcaucasus.com/index.php?newsid=5366 Гамгебели (глава правления) Ахалкалакского муниципалитета Наири Ирицян в эксклюзивном интервью newcaucasus.com рассказывает о сегодняшней жизни региона Грузии Самцхе-Джавахети. «Уровень рождаемости в регионе растет с каждым годом. Выезжать из региона стали намного меньше, миграционные процессы приостановились. С каждым годом все больше абитуриентов поступают в грузинские ВУЗы», - говорит гамгебели. По мнению Ирицяна, регион стал больше доверять государству, а государство – региону: «Мы стараемся максимально уйти от взаимного недоверия, и сегодня у нас это получается». Говоря о проблеме безработицы в регионе, Ирицян подчеркивает, что в Джавахети возлагают большие надежды на ввод в строй железной дороги Баку-Тбилиси-Карс, что позволит трудоустроить большой процент местного населения. Экономика Fri, 16 Dec 2011 15:31:50 +0400 Гамгебели (глава правления) Ахалкалакского муниципалитета Наири Ирицян в эксклюзивном интервью newcaucasus.com рассказывает о сегодняшней жизни региона Грузии Самцхе-Джавахети. «Уровень рождаемости в регионе растет с каждым годом. Выезжать из региона стали намного меньше, миграционные процессы приостановились. С каждым годом все больше абитуриентов поступают в грузинские ВУЗы», - говорит гамгебели. По мнению Ирицяна, регион стал больше доверять государству, а государство – региону: «Мы стараемся максимально уйти от взаимного недоверия, и сегодня у нас это получается». Говоря о проблеме безработицы в регионе, Ирицян подчеркивает, что в Джавахети возлагают большие надежды на ввод в строй железной дороги Баку-Тбилиси-Карс, что позволит трудоустроить большой процент местного населения. - Во время правления Эдуарда Шеварднадзе Джавахети считался достаточно нестабильным регионом. Как вы можете оценить сегодняшнюю ситуацию? - Я и тогда, в 2002 году в первый раз избирался мэром города Ахалкалаки. На тот период бюджет муниципалитета составлял 700 тысяч лари (около 425 тысяч долларов США – ред.) – на 64 деревни и один город. На сегодняшний день бюджет Ахалкалакского муниципалитета составляет около 10 миллионов лари (более 6 млн. долларов США – ред.). А значит, что за девять лет эта сумма выросла более чем в 14 раз. Если сравнивать эти цифры, то разница налицо. И сегодня достаточно просто пройтись по муниципалитету, чтобы увидеть, как много было сделано здесь за достаточно короткое время. - По вашему мнению, в чем именно преуспели власти, каковы основные достижения? - Наш регион является армянонаселенным, около 95% населения составляют этнические армяне. И если раньше существовало определенное недоверие, как со стороны государства по отношению к местному населению, так и со стороны местного населения по отношению к государству, то сегодня этого уже во многом нет. Мы стараемся максимально уйти от этого препятствия – взаимного недоверия, и сегодня у нас это получается. - Регион стал больше доверять государству? - Да. И наоборот, государство стало больше доверять нашему региону. - Каков процент участия местного армянского населения в органах местного самоуправления, местных государственных структурах? - В гамгеоба Ахалкалаки работает 165 человек. Всего же, кроме органов самоуправления, в остальных государственных структурах – детских садах, клубах, спортивных объектах и т.д., мы имеем 415 рабочих мест. И 95% рабочих мест занимают местные кадры. - Насколько сегодня регион интегрирован в общественную, экономическую, политическую жизнь Грузии? - Мы очень много говорим о пресловутой интеграции, но гораздо меньше, чем мы бы того хотели, делаем. Очень многие, например, в местной оппозиции нас критикуют, утверждают, что интеграция не приведет ни к чему хорошему. Но я хочу подчеркнуть, что без интеграции наш регион останется более замкнутым, отдаленным от реформ, положительных изменений, развития, что происходит в остальной Грузии. Я являюсь сторонником интеграции. Это единственный путь, который будет способствовать развитию нашего региона. - Какие шаги предпринимаются в этом направлении? - Очень многое делается, например, в сфере школьного образования. Задействовано много интеграционных проектов, в которых принимают участие и неправительственные организации. По некоторым проектам дети едут на сто дней (программа 10+30%) в Батуми, живут в грузинских семьях, изучают грузинский язык. Существует образовательный проект с условным названием 4+1, согласно которому представители этнических меньшинств сдают экзамены в ВУЗы Грузии на своих национальных языках, поступают на нулевой курс, в течение одного года обучаются грузинскому языку, после чего продолжают учебу наравне с остальными студентами. В прошлом году около 80 абитуриентов поступили в грузинские ВУЗы. Одним из студентов, поступивших в университет имени Джавахишвили, стал и мой сын, а также и его двоюродный брат. В грузинские ВУЗы стало поступать больше студентов из Джавахети, что также говорит о повышении доверия к государству и со стороны молодежи. - Еще несколько лет тому назад местная оппозиция выступала за придание армянскому языку статуса регионального и за создание культурной автономии Джавахети. Что изменилось с тех пор? - Это было не требованием оппозиции, а требованием народа. Одним из первых лидеров, которые стояли на этих позициях, был и я. В то время со стороны государства в регионе ничего не делалось для изучения грузинского языка. Сейчас сфера образования, проведенные реформы дают хорошие возможности этническим меньшинствам изучать государственный язык. Мы начали чуствовать себя полноценными гражданами Грузии также, как и жители остальных регионов страны. - Каков процент безработицы в регионе? - Я не могу сказать, что проблема безработицы – это проблема только Самцхе-Джавахети. Безработица является проблемой всех грузинских регионов, всей страны. Я подчеркнул, что бюджет муниципалитета увеличился более чем в 14 раз. А значит, на эти деньги созданы и дополнительные рабочие места. - Как вы оцениваете миграционные процессы в регионе? Известно, что несколько лет назад многие покидали Джавахети, выезжая, в том числе и на сезонные заработки, в другие страны. - Хочу привести такой пример – после революции роз в 2003 году в регионе повысился уровень рождаемости на 50-80 малышей в год. Этот уровень растет с каждым годом. То есть, показатель уровня рождаемости говорит о том, что выезжать из региона стали намного меньше, миграционные процессы приостановились. - То есть, вы хотите сказать, что жить стало лучше, жить стало веселее... - Я привожу примеры, на которых вы можете увидеть ту ситуацию, которая сегодня существует в регионе. - Какие крупные инвестиционные проекты осуществляются в настоящее время Джавахети? - В прошлом году в регионе завершился проект Миллениум, в рамках которого была осуществлена реабилитация автодорог в направлении Тбилиси, Армении. До Тбилиси сегодня можно доехать за два с небольшим часа, приблизительно за такое же время – до Еревана. Если положительно решится вопрос открытия таможено-пропускного пункта на границе с Турцией, то, наверное, за два часа можно будет добраться и до турецкого города Карс. В данные инфраструктурные проекты государство вложило серьезные средства и, надеюсь, в следующем году продолжится осуществление подобных проектов – строительство и реабилитация дорог в направлении Бакуриани и Батуми. Я хочу сказать, что мы не живем отдельно от остальной Грузии. Как и во многих регионах Грузии, так и в Самцхе-Джавахети приоритетами являются развитие аграрного сектора, сферы туризма. У нас очень много хороших рекреационных зон. Природой Джавахети могли бы насладиться как местные жители, так и жители других регионов Грузии, иностранные гости. Я думаю, что это правильный выбор приоритетов развития для нашего региона – туризм и аграрный сектор. - Через Ахалкалки пройдет железная дорога Баку-Тбилиси-Карс. Что этот проект может принести региону? - Мы очень надеемся на этот проект. Осуществление этого проекта может серьезно изменить в лучшую сторону социально-экономическую ситуацию в регионе. Строительство дороги началось в 2010 году и в конце следующего года оно должно быть завершено. В этом году строительство активизировалось и, скорее всего, будет завершено в срок, после чего наш регион может стать лидером по транзитным перевозкам. А это означает и развитие инфраструктуры, создание новых рабочих мест. Мы ожидаем очень многого от ввода в строй этой железной дороги. - А каков процент занятости местного населения на строительстве железной дороги? - Мы, конечно, хотели, чтобы занятых на строительстве было больше. На сегодняшний день из 100% трудоустроенных на строительстве 15-20% - местные жители. К началу строительства было обещано 70-80% занятости. Обещание осталось немного недовыполненным, но мы надеемся, что после окончания строительства большая часть местного населения будет трудоустроена в сфере обслуживания железной дороги. Ираклий Чихладзе, специально для newcaucasus.com Фото newcaucasus.com http://newcaucasus.com/index.php?newsid=5256 Усиление «исламского фактора», внутриполитическая ситуация, демократические движения в Азербайджане. Об этом и другом рассказывает в эксклюзивном интервью newcaucasus.com соучредитель и исполнительный секретарь движения РЕАЛ (Республиканская Альтернатива) Натик Джафарли. Количество исламистов в Азербайджане растет, считает эксперт. «Их труднее запугать чем демократов. Мы можем не соглашаться с их позицией, с их видением мира, но у этой идеологии куда больше мобилизационной силы, чем у демократов», - говорит Джафарли. Политика Sun, 20 Nov 2011 17:39:58 +0400 Усиление «исламского фактора», внутриполитическая ситуация, демократические движения в Азербайджане. Об этом и другом рассказывает в эксклюзивном интервью newcaucasus.com соучредитель и исполнительный секретарь движения РЕАЛ (Республиканская Альтернатива) Натик Джафарли. Количество исламистов в Азербайджане растет, считает эксперт. «Их труднее запугать чем демократов. Мы можем не соглашаться с их позицией, с их видением мира, но у этой идеологии куда больше мобилизационной силы, чем у демократов», - говорит Джафарли. - Недавно было совершено нападение на известного писателя и журналиста Рафика Таги, он госпитализирован. Как по-вашему, кто стоит за этим покушением? - Как мне кажется, за покушением на Рафика Таги, стоит предупреждение от определенных кругов в Иране. Этим самым, иранская сторона хочет показать свое влияние и способность действовать на территории Азербайджанской республики. Я не думаю, что власти страны каким-то образом замешены в этом деле, но правоохранительные органы, просто обязаны четко и своевременно расследовать это дело, выяснить все обстоятельства, всех участников этого нападения. В противном случае, власти будет нести ответственность за этот инцидент, который вызвал бурю возмущения среди активистов гражданского общества. Будем надеяться, что в ближайшее время все виновники этого нападения будут наказаны. - Насколько реален риск «исламизации» Азербайджана? - Еще несколько лет назад публиковались предупреждения местных и иностранных экспертов о том, что в условиях борьбы с демократическими силами в Азербайджане будет расти влияние ислама. Если отнять у населения демократические формы протеста, пассионарные группы будут уходить в ислам, который предоставляет готовые ответы на вопросы о справедливости. И, соответственно, возникает и уже действует несколько исламских направлений, кружков, которые собирают вокруг себя молодых людей. Как известно, у нас есть несколько направлений ислама - шиизм, суннизм, салафизм. Вокруг них собираются молодые люди. Пока что они не так политически активны, в основном, их требования связаны с требованиями о ношении хиджаба, с некоторыми мечетями, которые либо закрыли, либо разрушили. Были, как помните, массовые протесты перед министерством образования, которые показали, что они достаточно хорошо организованы и их много. - Не кажется ли вам, что еще несколько лет назад демократическая оппозиция собирала большие митинги, а исламисты были не столь многочисленны? - Да, количество исламистов растет — это факт. У них есть определенные преимущества перед демократами. Их труднее запугать чем демократов. Мы можем не соглашаться с их позицией, с их видением мира, но у этой идеологии куда больше мобилизационной силы, чем у демократов. - Тюремные сроки, которые недавно присудили лидерам «Исламской партии Азербайджана» куда выше нежели тюремные сроки активистам демократических сил - от 12 до 10 лет. Не слишком ли это суровое наказание? - Высказывания лидера Исламской партии было направило против «Семьи», а власти личных нападок не прощают. Кроме того, власти поняли, что исламисты опаснее демакратического лагеря. Однако высокие сроки на самом деле - не выход. Наоборот, эти аресты становятся факторами мобилизации для молодых исламских пассионариев. Самый большой митинг в последнее время состоялся в Нардаране, где 15 тысяч человек кричали - «хиджаб!». - Каким вам видится выход из данной ситуации? - Создать возможности для демократического лагеря проявить политическую активность. Но я лично выступаю за то, чтобы интегрировать в государственную политику и понятие «политический ислам». Это происходит уже сейчас в Тунисе, Египте, Ливии. Даже Запад, долгие годы боровшийся с политическим исламом, понял, что их лучше признать, чем с ними бороться. Десятилетиями США не признавали эту силу, сейчас же они с ней активно сотрудничают. Запад понимает, что политика - это всегда грязно. И потому ислам, став политическим, потеряет свою духовную составляющую. И даже уже сейчас внутри ислама возникают разные течения, он перестает быть единым, так как теряет общего врага в лице Запада. Когда борьба ведется не вооруженная, а политическая, появляются разные политические силы внутри исламского фактора. Уже сейчас в арабских странах проявляется крыло либерального ислама. - Как вы думаете, почему был принят закон «Об экс-президентах» Азербайджана, согласно которому экс-президенты Азербайджана и их супруги будут обеспечены дипломатическими паспортами и их неприкосновенность будет охраняться законом? - Закон «Об экс-президентах» как-то очень поспешно приняли. Это закон напрямую касается только двух человек – экс-президента Аяза Муталлибова и нынешнего президента Ильхама Алиева. Это очень важный момент. Есть, таким образом, две версии причины принятия этого закона. Первая версия, которая, кстати, будет интересна грузинам, — то что приняли этот закон под давлением России. Все знают что Муталлибов долго жил в Москве, и не секрет, что он является человеком России, российских властей. И принятие данного закона страхует его от преследований здесь в Азербайджане. В законе прописано, что бывший президент, также как и члены его семьи, не могут привлекаться к уголовной ответственности. Как известно, Аяз Муталлибов уже много лет живет в изгнании в Москве. Против него существует два уголовных дела, одно из них связано с трагедией в Ходжалы, и второе - с попыткой захвата власти. С принятием закона дела прекращаются, и он, в случае возвращения в Азербайджан получает полную свободу действий. Создавая эту силу, Россия будет иметь еще один рычаг давления на Азербайджан в виде Муталлибова. Кстати, буквально на днях Муталлибов уже заявил о своем намерении вернуться в страну. Второй вариант — ныняшняя власть и президент в частности, хотят иметь гарантии для себя и членов своей семьи, на случай начала процессов наподобие «арабской весны». Главное в том, что это - конституциинный закон, а чтобы его отменить, необходим референдум, который в случае чего даст правителю дополнительное время. - Как вы прокомментируете увольнение завкафедры Нефтяной Академии Рафика Алиева и гневные письма от имени «интеллигенции» против него? - Это сценарии 37-го года, когда инакомыслящие считались врагами народа или психически неуравновешенными - ведь именно в этом сейчас обвиняют профессора Рафика Алиева. Эта кампания ведется не столько против него, сколько против интеллигенции, которая осмеливается на критику властей. Во время форума интеллигенции, Рафик Алиев, всемирно известный режиссер Рустам Ибрагибеков, Эльдар Намазов, Джамиль Гасанли высказали критику власти в связи с коррупцией, отсутствием прав и свобод, с беззаконием в отношении личного имущества и многим, многим другим. Эта группа предложила семь шагов по улучшению ситуации. Предложения касались проведения реформ в стране, проведения политики, связанной со свободой слова, свободой собраний и другими свободами. Из-за того, что в группу входили уважаемые люди, у властей это вызвало сильную негативную реакцию, началась травля. Как объект травли Рафик-муаллим оказался первым . Сначала его с сняли с должности декана Нефтяной Академии, потом появилась «группа интеллигенции», подписавшая письма и обращения. И данные «интеллигенты» осуждали мнение интеллигенции, в том числе и Рафика Алиева. Эти люди использовали старые советские аргументы — мол работает он на заграницу и хочет дестабилизации в стране. Мне кажется, такая бурная реакция связана с желанием пресечь инакомыслие среди интеллигенции, чтобы остальным это стало горьким уроком. Репрессии проводились не против Рафика Алиева конкретно, а против повторения подобных случаев в будущем. Но это не совсем удалось властям, так как впоследствии двое из подписантов отказались от своих подписей, и высказались совсем в другом русле, поддержали идеи форума по улучшению ситуации в стране. Единого фронта против Рафика Алиева не получилось. Для властей это должно стать сигналом, что сегодня - не 30-ые годы двадцатого века, что людей нельзя заставить молчать, а необходимо прислушаться и начать реальные реформы. - Также была опубликована статья, направленная против профессора Рустама Ибрагимбекова... - Да, именно. Его пытаются выставить меркантильным человеком, который хочет получить что-то для себя лично. Мол, ему отказали в строительстве Дома Кино, и поэтому он обозлился на власть. Можно подумать, что он дачу для себя строил. - Что вы скажете о представителях молодежи, арестованных во время протестных акций, прошедших в апреле этого года? - Мое мнение несколько отличается от мнения других демократов. Да, их арестовали для того, чтобы задушить в зародыше молодежную политическую активность. Но ведь это не первый случай. Сначала арестовывают, потом делают заключенных предметом торга с Западом. Скорее всего, на празднование Новруза или на Новый Год, но непременно перед «Евровидением» их всех амнистируют. И президент получит очередную благодарность от Европы и Госдепартамента США. Эта схема, к сожалению, успешно работает годами. Вокруг этих арестованных, к сожалению, подняли большой шум, что играет на руку властям в контексте показательности репрессий. И оппозиция, к сожалению, идет на поводу, поддерживая поднятую шумиху. И когда власть освобождает очередных заключенных, она же и выглядит более положительно в глазах иностранных политиков. Получается, говоря словами американских дипломатов, «очередной шаг в сторону демократии». Надо говорить везде о том, что эта ситуация - обманный трюк, а людям, общественным активистам надо объяснять, что человек в авторитарной стране должен быть готов ко всему, в частности, и к арестам. Нельзя допускать героизации. В данной же ситуации будут многочисленные заявления, вплоть до западных НПО о том, что президент сделал большое доброе дело... - Вы являетесь соучредителем и исполнительным секретарем движения РЕАЛ, расскажите о вашей организации. - Это молодая общественная организация. Цель нашего движения состоит в том, чтобы институты власти, которые существуют согласно Конституции, наконец заработали. Среди наших целей - разделение ветвей власти, права и свободы, в том числе и экономические. К сожалению, в стране с годами растет зависимость от нефтяного фактора. На следующий год 73% бюджета напрямую официально зависит от нефти - это прямой трансфер с нефтяного фонда, далее налоги, и косвенная прибыль, связанная с нефтью. И эта ситуация - огромная угроза экономическому процветанию страны. Если завтра грянет новый кризис, то на этой волне ожидается понижение цен на нефть. Бюджет страны заложен исходя из стоимости нефти в 80 долларов за баррель, а если нефть упадет в цене, то бюджет понесет огромный урон. Наша задача - разработка проектов экономического и политического реформирования страны. Мы разрабатываем пять региональных центров РЕАЛа. У нас будут представительства и в регионах. Мы проводим просветительскую работу, чтобы граждане понимали ситуацию и существующие тенденции в стране. У РЕАЛа два сопредседателя - Ильгар Мамедов и Илькин Гадирли и 11 человек – члены правления. Также организация объединяет политических, экономических, военных экспертов. Ариф Дадашев, специально для newcaucasus.com Фото newcaucasus.com http://newcaucasus.com/index.php?newsid=5206 В Грузии продолжается процесс рассмотрения заявок на присвоение статуса репатрианта депортированным в 1944 году месхетинцев-мусульман. На сегодняшний день министерством по делам беженцев из почти 9 тысяч заявок статус репатрианта присвоен всего 105 месхетинцам. Общество Sun, 30 Oct 2011 16:09:00 +0400 В Грузии продолжается процесс рассмотрения заявок на присвоение статуса репатрианта депортированным в 1944 году месхетинцев-мусульман. На сегодняшний день министерством по делам беженцев из почти 9 тысяч заявок статус репатрианта присвоен всего 105 месхетинцам. Ночью 15 ноября 1944 года на юге Грузии, в регионе Месхети началась засекреченная спецоперация по депортации местного мусульманского населения. Советские власти пригнали в регион части НКВД и армии. Из 220 сел были выселены и в армейских грузовиках и товарных вагонах для скота перевезены в республики Средней Азии, по разным данным, от 125 до 144 тысяч человек – детей, женщин, стариков. Несколько тысяч человек погибли в дороге от голода и болезней... Через 63 года - 11 июля 2007 года был, наконец, принят закон «О репатриации лиц, вынужденно переселенных из Грузинской ССР в 40-х годах XX века». Согласно закону лица, насильственно переселенные из Грузии, получили право на репатриацию. Вместе с месхетинцами это право получили так же курды-мусульмане, хемшилы (армяне-мусульмане) и карапапахи, проживавшие в Грузии до 1944 года. Вопрос о репатриации месхетинцев был поднят во время презентации в Тбилиси книги «Месхетинцы: путь домой...» Издание книги осуществлено при поддержке Евросоюза в рамках прoграммы «Поддержка репатриации депортированных лиц из Грузии в 1940-х гг. и их потомков» и осуществлено «Европейским центром по делам меньшинств – Кавказ» (ECMI). Книга издана одновременно на грузинском, английском и русском языках. В книге изложены общие сведения о том, как и почему были переселены мусульмане-месхетинцы, как сложилась их судьба за пределами Грузии, как они возвращаются на родину. Один из авторов книги, руководитель регионального офиса ECMI Том Триер заявил, что основная задача этой книги — поднять дискуссию в грузинском обществе по поводу процесса возвращения месхетинцев в Грузию. «В этой книге дана информация, которая может стать основой для дискусссии, поскольку сегодня очень часто многие даже не владеют информацией о ситуации, связанной с репатриацией месхетинцев», - говорит Том Триер. Сами месхетинцы, проживающие в Грузии, считают, что государство уделяет недостаточное внимание этой теме. «В первую очередь, мы настаиваем на том, чтобы «Закон о репатриации», принятый парламентом в 2007 году, наконец, начал выполняться», - говорит председатель НПО «Международный конгресс месхетинцев имени Халила Гозалишвили» Сандро Хозреванидзе. Для получения статуса репатрианта человеку следовало собрать справки о том, что он или его предки действительно были насильственно переселены из Грузии, а также справки о составе семьи, о физическом здоровье и об отсутствии судимости. Все эти документы следовало перевести на грузинский или английский язык и представить в посольства или консульства Грузии на территории стран проживания месхетинцев. Представитель Международного союза депортированных «Месхети» Исо Молидзе с самого момента принятия закона считал, что в нем изложены заведомо невыполнимые условия. Прежде всего он указывал на требование представить справки о происхождении. Молидзе напоминает, что большое количество месхетинцев было в очередной раз изгнанно в результате погромов из Ферганской долины в Узбекистане в июле 1989 года. «Теперь этим людям говорят: поезжай в Ферганскую долину, и получи там справку. Это все равно что от беженца из Абхазии требовать справки из домоуправления в де-факто республике Абхазия. Может быть, этот человек и доберется живым до домоуправления, но кто ему даст там справку о проживании?», - негодует Молидзе. По его мнению, установлением личности заявителей должно было заниматься само государство, поскольку в местных архивах остались и копии свидетельств о рождении и другие документы, которые выдавались месхетинцам до их депортации. Да и запрос от государства в тот же Узбекистан был бы удовлетворен, поскольку между Грузией и Узбекистаном никогда не было никаких конфликтов. Однако основное недовольство у представителей месхетинских организаций вызывают узкие временные рамки действия закона. Согласно первой редакции, принятой в 2007 году, подать заявление можно было только с начала 2008 года до 1 января 2009. Последовавшие поправки продлили срок подачи до 1 января 2010 года. После этого, по 1 января 2011 года можно было подать только исправленные справки, если о такой необходимости заявителя оповещали власти Грузии через свои иностранные представительства. В общей сложности за два года заявки на репатриацию подали 8900 человек. Только эти заявления и будет рассматривать министерство по делам беженцев и внутренне перемещенных лиц Грузии. Ни одно заявление о предоставлении статуса репатрианта, поданное после 1 января 2010 года принято к рассмотрению не будет. Таким образом, закон о предоставлении статуса репатрианта стал фактически нормативным актом одноразового использования. После того, как будут расмотрены поданные заявки, закон перестанет действовать. - Как считает Сандро Хозреванидзе, узкие временные рамки — не единственная слабая сторона закона: «Месхетинцы в первую очередь требуют вернуть им грузинское гражданство. Кроме того, мы требуем возвращение своих исконных фамилий, и уже только в третью очередь мы говорим о восстановлении нашего права на собственность, которой лишились месхетинцы в 1944 году». Стоит отметить, что права возвращения собственности на территориии Грузии Закон о репатриации не дает. Равно как не дает он никаких послаблений в налогообложении или социальные пособия. Единственное, что получает репатриант — это грузинское гражданство. Однако многие эксперты считают это достаточно сомнительным подарком: получив грузинский паспорт, репатриант теряет гражданство, которое у него было до того, как он решил переселиться в Грузию. Уже сегодня потеря гражданства связана со многими неудобствами. Например, лишившись гражданства одной из стран СНГ — азербайджанского, казахстанского, кыргызского, российского или узбекского — репатриант теряет право на безвизовое пересечение границы с Россией. У репатрианта, решившего переселиться в Грузию, исчезают те преимущества, которыми он обладал до того, как обратился с заявлением о репатриации. Фактически, единственное, что получает человек — это грузинское гражданство. При этом, после получения статуса репатрианта человек обязан отказаться от гражданства той страны, где он проживал до этого, а вместе с гражданством теряется, например, и право на получение пенсии страны прежнего проживания (в Азербайджане и России, например, пенсия в два и более раз выше, чем в Грузии), а также право безвизового въезда в Россию. Это последнее обстоятельство, по словам переселенцев, уже доставляет множество неудобств. «У многих из нас родственники живут в России, поскольку там поселилось большинство из тех, кто уехал из Ферганской долины после погромов в Узбекистане в 1989 году как я, например. Вынужден был обращаться в Швейцарское консульство, чтобы поехать в Краснодарский край на похороны родственника. Для этого пришлось просить людей в Краснодарском крае, чтобы мне прислали телеграмму с объяснением причины, по которой необходимо было приехать. Но ведь к родственникам нужно ездить не только по причине их смерти!», - рассказывает переселенец Али Эюбов. Казалось бы, что в такой ситуации для месхетинцев гораздо проще было бы вообще забыть о репатриации и элементарно воспользоваться видом на жительство в Грузии. Фактически, обладатель вида на жительство имеет те же права, что и граждане Грузии, кроме права на социальную помощь, а также права избирать и быть избранным. Но уж если человеку очень хочется стать активным гражданином, то по истечении пяти лет проживания в Грузии с видом на жительство, он автоматически получает право на грузинское гражданство, правда, с условием отказа от прежнего гражданства. Однако, как говорит Сандро Хозреванидзе, у тех месхетинцев, кто действительно хочет переехать в Грузию, существуют моральные преграды против получения вида на жительство: «Мы хотим восстановления справедливости! Для нас это очень важно, чтобы признали наше право на грузинское гражданство. Это — первоочередное условие. Уже после этого идет право на восстановление своей исторической фамилии и реабилитация в имущественных правах». Хозреванидзе выражает крайнее неудовлетворение тем, что почти за два года прошедших после подачи заявок со стороны месхетинцев на репатриацию, Министерство по делам беженцев рассмотрело всего 105 дел. Стольким же людям был присвоен статус репатрианта. Правда, пока нет никакой информации и об отказах в присвоении статуса репатрианта. «В законе о репатриации не указано никакого временного ограничения на рассмотрение заявок. Однако, непонятно, почему так медленно рассматриваются дела этих людей. Мы настаиваем на том, чтобы Министерство по делам беженцев ввело наконец временные рамки на рассмотрение этих дел. Иначе, теоретически, они могут рассматривать заявления до бесконечности», - говорит Хозреванидзе. В свою очередь сотрудник министерства по делам беженцев Леван Гзобава заявил, что планируется закончить рассмотрение всех дел в трехлетний срок, но новых заявок министерство больше принимать не будет. «Действие закона в части подачи заявок истекло 1 января 2009 года. А к началу 2010 года истекли сроки подачи дополнительных или исправленных справок к этим заявлениям. Так что ни один человек больше не сможет воспользоваться этим законом», - сказал он. Теоретически, те, кто желает переехать на жительство в Грузию, но не успел подать заявку, может сделать это и не прибегая к закону. Юридических препятствий этому нет. Однако, как говорит сотрудник фонда «Открытое общество — Грузия» Малхаз Салдадзе «на бытовом уровне и среди некторых радикальных политиков существует неприятие месхетинцев. Конечно, это не так открыто, и там, где поселяются месхетинцы, происходит постепенная интеграция, но изначальная реакция населения — неприятие». Однако, как говорят сами репатрианты, поселившиеся на свой страх и риск в Грузии начиная с 1981 года, чаще всего у них не возникает никаких проблем с местным населением, хотя порой наблюдаются случаи некоторой напряженности между представителями разных этносов. «Так и будет происходить до тех пор, пока мы не будем ассимилированы, не вернемся в свое исконное культурное русло — в грузинское общество», - говорит Сандро Хозреванидзе. Известный грузинский правозащитник Эмиль Адельханов считает, что многие не вернутся из-за страха конфликта с местным населением. «Негативное отношение к депортированным – следствие активной пропаганды со стороны националистических сил в начале 90-х годов. Отрицательное отношение к депортированным было сформировано именно в тот период. Необходима активизация, разъяснительная работа неправительственных организаций в регионах Грузии», - говорит он. Стоит также отметить, что опасения радикальных грузинских политиков относительно «массовой» репатриации, как минимум, необоснованы. И один из основных показателей тому – количество заявок, из которых какая-то часть явно будет «забракована». Наиболее неблагополучным регионом для проживания месхетинцев эксперты называли Краснодарский край, где им были созданы очень сложные условия жизни со стороны властей края и местного казачества. По данным опросов, несколько лет тому назад месхетинцев там называли «врагом №1». В 2006 году из Краснодарского края в США было переселено около 12 тысяч месхетинцев. В Краснодарском крае, по разным данным, осталось 1-2 тысячи месхетинцев. «Оставшиеся месхетинцы не захотят расставаться с российскими паспортами, хотя бы в силу того, что добились их таким трудом. К тому же переселение в Грузию не сулит месхетинцам никаких лучших условий по сравнени с тем, что они сегодня имеют. О репатриации мечтают только старики, поскольку у них играет эмоциональная память, и они считают Грузию своей родиной», - говорит бывший исполнительный директор Новороссийского комитета по правам человека (НКПЧ) Тамара Карастелева. Стоит отметить, что именно благодаря стараниям НКПЧ и была осуществлена программа переселения месхетинцев в США. По словам Карастелевой, переселенные в США месхетинцы уже полностью адаптировались к новым условиям жизни и большинство из них не захочет расставаться с американскими паспортами. Остается добавить, что из 8 900 заявок на репатриацию поступило всего две заявки от молодых месхетинцев из США. Вахтанг Балавадзе, специально для newcaucasus.com Коллаж newcaucasus.com http://newcaucasus.com/index.php?newsid=5192 Армения и Грузия включены в список беднейшах стран мира, составленный Программй развития ООН по итогам 2010 года. Ниже черты бедности в Армении находится почти каждый второй – 46% всего населения страны. В Грузии этот показатель несколько ниже и составляет 37%. Что касается Азербайджана, то за чертой бедности здесь находится всего лишь 9% - это примерно вдвое меньше, чем, скажем, в Турции и России. Экономика Wed, 26 Oct 2011 20:49:29 +0400 Армения и Грузия включены в список беднейшах стран мира, составленный Программй развития ООН по итогам 2010 года. Ниже черты бедности в Армении находится почти каждый второй – 46% всего населения страны. В Грузии этот показатель несколько ниже и составляет 37%. Что касается Азербайджана, то за чертой бедности здесь находится всего лишь 9% - это примерно вдвое меньше, чем, скажем, в Турции и России. Интересно отметить, что численность работников по найму в Грузии застыла на уровне 2003 года, когда этот показатель составлял 618 тысяч человек. За последние семь лет самым большим этот показатель был в 2007 году – 625 тысяч человек. В следующем 2008 году из-за российско-грузинской войны и последовавшим мировым экономическим кризисом он резко снизился до 572 тысяч. По итогам 2010 года этот показатель вернулся к уровню 2003 года. Конечно, нельзя сбрасывать со счетов развитие индивидуального частного предпринимательства, в том числе и на селе, где крестьяне создают животноводческие мини-фермы и другие рабочие места без найма. Однако в целом это не оказывает значительного влияния на сложившуюся ситуацию, хотя в какой-то мере и снижает социальную напряженность в обществе. Учет создания подобных рабочих мест на селе практически не ведется, но то, что этот процесс идет – однозначно. Оплата труда и пенсии время от времени подрастают, однако и инфляция не стоит на месте, нивелируя тем самым рост доходов населения. Уровень оплаты труда во многом зависит от типа предприятия. По официальным данным, на предприятиях крупного бизнеса занято 56,4% работников, в среднем бизнесе – 23,1%, в малом бизнесе – 20,5%. Среднемесячная зарплата в этих секторах экономики Грузии составляет соответственно 755 лари (около 460 долларов), 395 лари (около 240 долларов) и 312 лари (около 190 долларов). Казалось бы в первых двух секторах зарплата вполне приемлемая. Однако эксперт Сосо Арчвадзе в интервью газете «Резонанси» обращает внимание на некорректную методику исчисления среднемесячной оплаты труда. Например, в США, говорит он, при определении среднемесячной зарплаты не берут в расчет заработную плату мегазвезд, политиков и людей других профессий с очень высокой оплатой труда. В Грузии же все категории зарплат суммируются и выводится средняя зарплата, далекая от реальности. Удручающее впечатление оставляет и структура отраслей экономики Грузии. Первое место в валовом обороте занимает торговля, а на втором – такая «индустриальная» отрасль, как ремонт бытовой техники и товаров личного использования. Имея в виду последние семь лет, эксперт Ираклий Иашвили утверждает, что число работников по найму в реальном частном секторе не увеличилось. Такая же ситуация и в индивидуальном предпринимательском секторе. Незначительные изменения в этой сфере не выходят за рамки статистических погрешностей. Поэтому, заключает эксперт, смело можно сказать, что декларируемый властями экономический рост почти не отразился на рынке труда. Еще более удручают показатели бедности населения. По официальным данным, в Грузии за чертой бедности находится 37,3% населения – это 1.633.164 человека. В Армении этот показатель еще больше, а в «нефтегазовом» Азербайджане этот показатель вполне умещается в цивилизованные рамки. Для сравнения, в соседней Турции этот показатель составляет 18%. Чтобы ощутить пропасть между уровнем жизни на Южном Кавказе и уровнем, скажем, в США, обратимся к такому примеру. Прожиточный уровень для семьи из четырех человек в Грузии определен в 260 лари (около 160 долларов), а в США – 3091 лари (около 1880 долларов), то есть, в 12 раз больше. Многие считают, что в США цены на все выше, чем в Грузии, однако это не так. Например, бензин в США дешевле на целых 40%, мясо птицы – на 30%, бананы – на 70% и т.д. Из стран Южного Кавказа только Азербайджан показывает относительно стабильный рост благосостояния населения. В 2004 году каждый второй житель этой страны находился за чертой бедности, но уже к 2006 году этот показатель снизился до 20%, к 2007 – до 16%, к 2008 – до 13,2% и к 2009 – до 10,9%. Стоит отметить, что в Баку далеко не все доверяют этим официальным данным. Некоторые эксперты считают, что в Азербайджане ниже черты бедности находится примерно 20-25% населения. С сомнением относится к официальным данным и грузинская оппозиция. «Сегодня ниже черты бедности находится 40-45%, то есть это крайне бедствующее население; бедные, с трудом сводящие концы с концами составляют 30%, средний слой, который в Западных странах достигает 70%, у нас едва дотягивает до 15%, а в число обеспеченных людей входит 3-5%», - сказал в интервью «Резонанси» эксперт по экономике Звиад Канделаки. Он же считает, что в ближайшее время за чертой бедности окажется не менее 50% населения, поскольку все товары дорожают, рабочие места сокращаются, социальный фон ухудшается. Этот выавод перекликается с неутешительными прогнозами представителем Всемирного банка Теодора Алерса, сделанные им еще в апреле нынешнего года. Рост цен на энергоносители и продукты, считает он, приведет к увеличению численности беднейшего населения, в том числе в Центральной Азии и на Кавказе. По предположению Алерса, в Армении и Грузии это увеличение составит примерно 9%. Если прогнозы Всемирного банка оправдаются, то уже в ближайшее время уровень бедности в Армении составит 55%, а в Грузии – 46%. На заседании правительства в августе текущего года премьер-министр Грузии Ника Гилаури заявил, что на начало июля текущего года безработица в стране снизилась до 15,5%. Между тем, практически при всех опросах общественного мнения безработица называется главной проблемой в Грузии. А по данным Национальной службы статистики Грузии, уровень безработицы в Грузии в 2010 году составлял 16,3%. Согласно социологическому опросу, проведенному в сентябре этого года Национально-демократическим институтом США (NDI), в Грузии национальной проблемой по мнению 62% респондентов является проблема рабочих мест, при этом 74% назвали трудоустройство самой главной местной проблемой. Подобные результаты показывают и социологические опросы, проведенные в Армении. Так, 48,7% жителей Армении за 2011 год не увидели перемен в социально-экономическом положении своих семей, свидетельствуют результаты социологического исследования, проведенного Институтом политических и социологических советов (IPSC) в сентябре. Причиной ухудшение социально-экономической ситуации в Армении 39,6% считают отсутствие рабочих мест, 23,5% - инфляцию, 7,3% - низкий уровень зарплат в стране, 1,3% - финансово-экономический кризис в республике. При этом основной проблемой 48,1% опрошенных назвали безработицу, 18,1% - бедность, 13,4% - квартирный вопрос, 9,3% - низкий уровень зарплат, 1,6% - инфляцию. Серьезно разнятся цифры официальных и неофициальных данных по безработице в Азербайджане. «Число официальных безработных в Азербайджане составляет 40 тыс. человек, а неофициальных – около 255 тыс. человек. Это равно 5,5% экономически активного населения», - заявил замначальника Главного управления занятости Министерства труда и соцзащиты населения Шахбаз Халафов. В интервью азербайджанской газете «Эхо» председатель Лиги защиты трудовых прав граждан Сахиб Мамедов заявил, что уровень безработицы в Азербайджане сохраняется в районе 13-14%. Как отметил Мамедов, если к трудовому рынку Азербайджана применить критерии западных стран, то как минимум половину трудоспособного населения в Азербайджане можно считать безработными. В Грузии о своем намерении бороться с проблемой безработицы недавно заявила и новая неправительственная организация «Союз безработных за трудоустройство». Организаторы утверждают, что уже подготовили план действий, который намерены представить правительству. «Безработица в Грузии приняла тотальный характер. Несмотря на то, что в стране нет точной статистики по безработице, все хорошо знают, какие она приняла масштабы в условиях нынешней власти», - заявил журналистам на презентации НПО его представитель Александр Шаламберидзе. Тамар Нергадзе, специально для newcaucasus.com Коллаж newcaucasus.com http://newcaucasus.com/index.php?newsid=5176 Запрет на ношение хиджаба в школах, введенный год назад Министерством образования Азербайджана, стал, пожалуй, краеугольным камнем во взаимоотношениях власти и религиозно настроенных сил. Женщин и девушек, покрывающих голову хиджабом, тем или иным способом притесняют не только в учебных заведениях, но и на рабочих местах, о чем часто говорят исламские правозащитники. Общество Wed, 19 Oct 2011 17:02:49 +0400 Запрет на ношение хиджаба в школах, введенный год назад Министерством образования Азербайджана, стал, пожалуй, краеугольным камнем во взаимоотношениях власти и религиозно настроенных сил. В начале этого месяца перед зданием Суда по тяжким преступлениям в Баку прошел очередной митинг исламистов, одним из требований которых было освобождение главы Исламской Партии Азербайджана Мовсума Самедова, по делу которого проходил в тот момент суд. Митингующие выдвинули и другое требование - прекращение запрета на ношение хиджаба для студенток и школьниц, а также притеснение женщин по религиозным мотивам. Суд над главой Исламской партии (ИПА) Мовсумом Самедовым продолжался с января этого года. В день акции протеста 7 октября он был приговорен к 12 годам тюрьмы по обвинениям в подготовке террористических актов, хранении оружия, и призывам к насильственному свержению существующей власти. Суд признал виновными членов ИПА по нескольким статям УК: 28,214.2.1 (подготовка к преступлению по предварительной договоренности группой), 28, 214.2.3 (подготовка к преступлению с использованием оружие), 228.3 (хранение и ношение оружия) и 278 (насильственный захват власти). Зампред партии Вагиф Абдуллаев был приговорен к 11 лет тюрьмы; глава Астаринского отделения партии Руфулла Ахундзаде получил 11,5 лет; Фарамиз Аббасов приговорен к 11 годам; Даянат Самедов – к 11 годам; Фирдовси Мамедрзаев – к 10 годам; Микяил Зульфугарлы – к 11 годам условно с подпиской о невыезде. В ИПА считают это дело сфабрикованным и расценивают, как политический заказ с целью наказания лидеров и активистов партии за критику политики властей и защиту религиозных прав граждан. Кстати, в середине 90-х годов прежнее руководство Исламской партии также было осуждено на длительные сроки лишения свободы по обвинению в шпионаже в пользу Ирана. Примечательно что в интервью радио «Свобода» жена Мовсума Самедова Тамара отметила что оружие, согласно делу, было найдено на территории домов соседей. «Если оружие было наше, то зачем нам было прятать его у соседей», - говорит она. «Когда Мисир (Министр образования Азербайджана) решил не впускать девочек в хиджабах в школы, мой муж выступил против этого, сказал что так нельзя, что мы мусульмане, что нельзя насильно снимать с нас хиджабы, - говорит Тамара, - Через два дня после этого мой муж был арестован». На самом деле «хиджабная война» между государством и религиозно настроенными силами продолжается еще с 2007 года. Тогда на обсуждение парламента был выдвинут законопроект о единой школьной форме. Исламские правозащитники почувствовали, что называется, подвох и встали горой против законопроекта, в котором ни слова не говорилось о хиджабах. Сегодня, когда закон уже принят, именно на его исполнение ссылаются госчиновники, говоря о правомерности запрета на ношение хиджаба. Министр образования Мисир Марданов издал указ о запрете ношения хиджабов в учебных заведениях в декабре 2010 года. На состоявшеся по этому поводу пресс-конференции министр заявил, что решение о запрете ношения хиджаба в школах так и останется в силе. «Этот указ не направлен против ислама, а лишь должен помочь исполнению уже существующего закона «о единой школьной форме», - заявил Марданов. Характерно, что в то же время глава Управления Мусульман Кавказа Аллахшукюр Пашазаде заявил, что хиджаб предписан кораном, но необходимо соблюдать законы государства. «Запреты, наложенные на ношение хиджабов в учебных заведениях, должны строго соблюдаться, - сказала в интервью агентству «Тренд» вице-спикер парламента Бахар Мурадова, - я ничего не имею против митинга, если он в рамках закона». «Но мне не ясна суть митинга, посвященного хиджабам, - говорит она, - Ношение хиджаба - право каждой гражданки, но что касается учебных заведений, то в них принята установленная законом школьная форма, и здесь запрет должен строго соблюдаться». Можно вспомнить, что запреты на ношение хиджааб вводились в отдельных школах еще за несколько месяцев до специального указа министра, что наводит на мысль о том, что государство тем самым прощуповало почву для своих последующих действий. В Азербайджане женщин и девушек, покрывающих голову хиджабом, тем или иным способом притесняют не только в учебных заведениях, но и на рабочих местах, о чем часто говорят исламские правозащитники. По словам руководителя Центра по Защите религиозных убеждений и свободе совести гаджи Ильгара Ибрагимоглу, в Азербайджане очень распространены случаи дискриминации женщин-мусульманок, носящих хиджаб, не только при трудоустройстве, но также и на рабочих местах. Причем дискриминация редко выглядит неприкрыто, чаще она завуалирована. Так, при отказе в трудоустройстве женщинам-мусульманкам аргументом служит их якобы несоответствие вакантной должности, а вовсе не религиозные убеждения. Поэтому, говорит гаджи Ильгар, защита прав таких женщин усложняется, поскольку трудно доказать сам факт дискриминации. Но в тех случаях, когда женщине предъявляют претензии в тот момент, когда она покрывает голову хиджабом (даже если и в этом случае работодатели избегают прямых «обвинений» в «излишней религиозности», предпочитая увольнять ввиду некомпетентности работницы), ее права можно отстоять, пусть даже и в судебном порядке. «К сожалению, - отмечает гаджи Ильгар, - женщины редко обращаются по вопросам дискриминации на работе, видимо, не веря, что эти проблемы вполне разрешимы и претензии к ним незаконны». К тому же, согласно его уверениям, все спорные вопросы жертв дискриминации, обратившихся в его организацию, всегда разрешались в пользу последних. «В одной крупной компании менеджер среднего звена придирался к девушке, которая покрыла голову хиджабом, - рассказывает он. - Но мы отстояли ее права и добились того, чтобы менеджер, уволивший ее, был на две-три недели отправлен на тренинг по толерантности». На вопрос, не считает ли он, что девочек принуждают носить хиджаб, гаджи Ильгар ответил, что априори у родителей больше прав в отношении своих детей и принятии решений за них. «Вы не станете оспаривать, что родители имеют право регламентировать, когда детям возвращаться домой и что носить. Точно также они вправе сами определять, носить ли дочери хиджаб», - говорит он. Кроме того, Ибагимоглу сказал, что слышал и о случаях, когда девушка сама решала надеть хиджаб, однако родители запрещали ей это. «Но эти случаи почему-то не освещаются в прессе и общественности», - отмечает он. «Законы нашей страны четко отделили религию от государства, - говорит шейх Нардаранской мечети Гаджи Нухбала, - Если все так на самом деле, то как и религия не должна вмешиваться в дела государства, то так и государство не должно вмешиваться в дела религии». Запрещение хиджабов в школах, по его мнению, это прямое вмешательство в дела религии, которое может иметь политический подтекст. Почему данная ситуация с запретом на ношение хиджаба возникла в Азербайджане, говорят многие. Исламская Партия, Нардаранская община, Ленькораньские группировки - все они не скрывают свои симпатии к Ирану и форме государственного правления соседней страны. А азербайджанское руководство по вполне объективным причинам считает Иран угрозой суверинитету Азербайджана. Ариф Дадашев, специально для newcaucasus.com Фото автора. Коллаж newcaucasus.com