Алекси Петриашвили: отношения Грузии и США будут развиваться только в лучшую сторону

1104
Алекси Петриашвили

Какую выгоду несет безвизовый режим с ЕС, изменятся ли отношения между Грузией и США при президенте Дональде Трампе, стоит ли ожидать грузинским гражданам отмены виз в Россию, и как бороться с российской пропагандой, — об этом и многом другом в эксклюзивном интервью newcaucasus.com  рассказывает бывший госминистр Грузии по вопросам интеграции в европейские и евроатлантические структуры, специалист по международным отношениям Алекси Петриашвили.

— Батоно Алекси, можно сказать, вы стояли у истоков процесса либерализации визового режима с ЕС. Граждане Грузии надеются, что уже скоро смогут путешествовать в страны ЕС без лишней бумажной волокиты. Какую пользу и выгоду получат жители Грузии от отмены визового режима?

— Я был одним из первых ответственных лиц, начавших этот процесс. Предыдущее правительство (правительство 2012-2016 г.г. — прим. ред.) приложило очень серьезные усилия для развития интеграционных процессов с ЕС. После того, как я и мои друзья покинули правительство (в ноябре 2014 года Алекси Петриашвили вместе с бывшими соратниками по партии «Свободные демократы» экс-министром обороны Ираклием Аласания и экс-главой МИД Майей Панджикидзе покинули правящую коалицию «Грузинская мечта» и перешли в оппозицию – прим. ред.), курс был продолжен. Это коллективная работа, коллективная заслуга многих правительств и политических руководителей. Это будет иметь очень важный эффект. Что в нашем смысле значит интеграция? Это непосредственная связь между гражданами, между народами стран ЕС и Грузией. Граждане ЕС должны утвердиться в понимании того, что мы – тоже Европа, и приезжая в Грузию, они приезжают в Европу. Они должны воспринимать посещение гражданами Грузии стран ЕС как нормальный процесс. Отмена виз не дает нашим гражданам права на работу на территории ЕС. Но я удивляюсь, почему никто не говорит об одной интересной вещи: согласно уставу Соглашения об ассоциации Грузии с Евросоюзом, грузинские компании могут регистрироваться в странах Европы, руководители этих компаний имеют право приводить на рабочие места, правда, на определенные сроки, лимитированное количество работников-неграждан ЕС. Иначе говоря, граждане Грузии имеют право работать в странах ЕС в зарегистрированных там грузинских компаниях. И это очень важно. Процесс интеграции потому и зовется «процессом», что мы поэтапно присоединяемся к европейской организации. Ни в коем случае речь не идет о каких-то «имиджевых приобретениях», только о практической пользе. Отмена виз – это часть большого процесса возвращения Грузии в историческую семью, в Европу.

— Сравнительно недавно президент России Владимир Путин заявил, что он также не исключает отмены визового режима для граждан Грузии…

— Это определенное дежавю. В прошлом году мы уже слышали подобное. Пусть решают. Но они должны решить этот вопрос, учитывая следующие реалии: Абхазия и Южная Осетия – неотъемлемая часть Грузии. Для нас ни в коем случае неприемлемо существование т.н. посольств РФ на территории Абхазии и ЮО. Когда посольство Российской Федерации возобновит в Грузии работу, а я надеюсь, что рано или поздно это случится, то это посольство будет в единственном роде, а не в ряде наших регионов. В определенной степени Россия уже упростила визовый режим, и если Москва пойдет и дальше и вовсе упразднит его, то граждане Грузии сами будут решать, куда им ехать. Раньше грузины летали в Москву за 37 рублей и некоторые наши граждане до сих пор вспоминают это с ностальгией. А сейчас мы можем провести интересные параллели: сегодня меньше, чем за 37 евро, например, даже за 9 евро можно попасть в самое сердце Европейского союза. Сегодня это проще простого. И уже начиная с марта-апреля, когда отменят визы, мы сможем путешествовать в Европу вообще без каких бы то ни было преград.

— Мы следим за миграционным кризисом, наблюдаем определенную трансформацию настроений в странах ЕС – набирают популярность радикальные правые силы, усиливается евроскептицизм. Тот же Брексит можно считать одной из первых побед евроскептиков. Как вы считаете, справится ли Европа с подобными вызовами?

— Я очень надеюсь, что единая Европа, Европейский союз сдаст этот очень сложный экзамен. К сожалению, вынужден отметить, что результаты Брексита стали неприятным сюрпризом для нас – жителей страны, которая стремится к полноценной интеграции в ЕС. Естественно, это никак не повлияет на наши отношения с Великобританией, мы продолжим активное сотрудничество с этой страной. Что касается миграционного кризиса, то в отношении него лидеры европейских стран должны выработать единую стратегию. Надеюсь, что шаги, которые были предприняты до этого, помогут урегулировать кризис. Мы действительно наблюдаем за ростом евроскептицизма, видим, как набирают силу правые радикалы, националистические движения и партии. Они занимают серьезные позиции в законодательных органах европейских государств и претендуют на лидерство. Сегодня система либеральной демократии оказалась перед очень большим вызовом. Европейцы должны с этим справиться, ведь на этом зиждется фундамент единой Европы – на идеалах либеральных идей и демократического правления. Не зря же девизом ЕС является лозунг: «Единство в многообразии». Я очень надеюсь, что кризис будет преодолен, и что он не повлияет на процесс дальнейшей интеграции Грузии в Европейский союз. Хотя, этот кризис уже создал нам некоторые проблемы. Мы выполнили все обязательства в рамках либерализации визового режима с ЕС, что, кстати, подтверждают и европейские институты, но поскольку этот процесс совпал по времени с миграционным кризисом, то европейцы были вынуждены разработать превентивный механизм приостановки безвизового режима, который будет задействован в отношении Грузии в случае роста незаконной миграции. Надеюсь, до этого не дойдет.

— А нет ли угрозы того, что Брексит спровоцирует цепную реакцию? Могут ли последовать примеру Великобритании другие европейские страны?

— Во Франции госпожа Мари ле Пен обещает в случае своей победы на президентских выборах поставить вопрос о выходе страны из зоны евро, шенгенского соглашения и вообще покинуть ЕС. Я очень надеюсь, что этого не произойдет. Думаю, Брексит останется единичным случаем, своего рода исключением. Евросоюз – мощнейший механизм, который так просто не поддается разрушению. Страны-члены ЕС тесно связаны между собой разного рода соглашениями, сотнями тысяч механизмов, они получают выгоду от членства в союзе. Европейцы это понимают. В Австрии, например, праздника «на улице» националистических сил так и не случилось. Президентские выборы там, к счастью, завершились не в их пользу. Так что, я настроен оптимистично.

— В конце прошлого года в Турции убили посла России. В СМИ это даже сравнивали с убийством принца Фердинанда. Громкое убийство, теракты, которые заметно участились на территории Турции именно после того, как турецкие ВВС сбили российский Су-24, неудавшаяся попытка госпереворота, — в последний год наблюдается некая нестабильность в этой стране. Может ли это отразиться на ситуации в Грузии и в регионе в целом?

— Начнем с того, что Турция – наш очень важный сосед, наш стратегический партнер. Мы очень ценим эти отношения. Нас связывают множество проектов. Турция наш очень важный торговый партнер. И Турция, и Россия — наши соседи, потому нас волнуют отношения между этими странами и индивидуальное состояние дел в каждом из этих государств. Я очень надеюсь, что ситуация в стране, которая является членом НАТО, важным региональным игроком, стабилизируется. Это только положительно повлияет на ситуацию в регионе, на экономические, торговые связи между нашими странами, на совместные проекты. Что касается трагического случая – убийства российского посла, мы все видели эти жуткие кадры, и мне по человечески и коллегиально жаль этого человека. К счастью, параллели между убийством принца Фердинанда или посла Грибоедова и убийством посла Карлова остались на уровне домыслов. События получили иное развитие. Россия и Турция сейчас, наоборот, ищут новые точки взаимопонимания и соприкосновения. Можно сказать, что этот инцидент – убийство посла – более сблизил эти страны, чем, скажем так, настроил их друг против друга. Мы видим определенные встречные шаги с обеих сторон, хотя, при этом каждое из государств старается укрепить свои позиции.

Ни для кого ни секрет, что Россия ведет свою игру в этой сложнейшей ситуации, поддерживает режим президента Асада. У России свои геостратегические, геополитические цели. Она пытается создать себе имидж этакого равноправного партнера и игрока в процессе разрешения глобальных проблем, конфликтов. Правда, делается это «в противовес» Западу – США и ЕС. Россия пытается демонстрировать силу и принимает активное участие в военных действиях. Воздушные бомбардировки восточной части Алеппо требуют очень тщательного изучения и расследования, потому что в результате погибли мирные жители. Были несколько случае бомбежек гуманитарных конвоев, школ, домов, где проживали или укрывались мирные жители. Есть очень серьезные достоверные данные о том, что в операциях в этой зоне совместно с силами, лояльными Асаду, участвовали и вооруженные силы РФ. Эти события обязательно нужно изучить.

— Насколько долго будет продолжаться потепление отношений между Турцией и Россией, учитывая их радикально противоположные цели и интересы, в том числе, в сирийском конфликте?

— Я думаю, мы имеем дело с краткосрочным совпадением интересов. История демонстрирует, что эти отношения не будут долгосрочными, тем более стратегическими и партнерскими. Никаких перспектив для этого не видно. Я с уверенностью могу сказать, что нет никаких предпосылок, указывающих на то, что намечаются какие-то партнерские, дружеские отношения между Турцией и Россией в долгосрочной перспективе. У каждой из стран есть свои интересы, реализацией которых сейчас они и занимаются.

— Создает ли какую-либо непосредственную угрозу Грузии конфликт в Сирии? Могут ли события на Ближнем Востоке отразиться на ситуации в нашей стране? Может ли Грузия оказаться втянутой в этот конфликт в той или иной степени?

— К сожалению, этот конфликт в определенной степени уже коснулся нас. В Сирии погибли наши граждане, которые воевали на стороне т.н. «Исламского государства», или в рядах группировок, поддерживающих умеренную оппозицию. Да, определенные вызовы существуют, они реальны. Все это происходит, по большому счету, в нашем регионе. Географически мы ближе к Сирии, чем, например, страны Европы, соответственно, мы ближе к этим событиям. Естественно, мы должны быть более мобилизованы, а наши спецслужбы должны оставаться бдительными. Что касается участия Грузии, то сегодня это может быть выражено только в оказании гуманитарной помощи жителям Сирии. Также мы разработали ряд резолюций миротворческого характера. Вообще, Грузия, я считаю, должна проявлять активность в этих вопросах. Говоря о вызовах, нельзя не вспомнить о проблеме беженцев, которые в любой момент могут начать массово проникать сюда в поисках укрытия. Учитывая наше сегодняшнее социально-экономическое положение, это станет дополнительным грузом для страны. Потому, власти должны просчитывать все вероятные риски и угрозы и разрабатывать превентивные меры.

— Что вы можете сказать о новом хозяине Белого дома, о его хвалебных речах в адрес президента России Путина? Изменится ли при Дональде Трампе расклад сил в мире?

— Победа Трампа – еще одна неожиданность для международного сообщества. Но что касается отношений Грузии и США, то они могут измениться только в лучшую сторону. Грузия пользуется серьезной поддержкой и со стороны республиканцев, и со стороны демократов. США – самый важный стратегический партнер Грузии. Что касается отношений между США и Россией, то мы уже были свидетелями политики «перезагрузки» Барака Обамы, а до того слышали о том, как «посмотрев в глаза» Путину Джордж Буш-младший увидел в нем «надежного партнера», но каждый раз надежды американцев не сбывались. В 2008 году наша страна стала жертвой российской агрессии, затем, уже после начала политики «перезагрузки», Россия аннексировала территорию Украины и до сих пор активно вовлечена в боевые действия на территории этой страны. Несмотря ни на что, я уверен, Америка останется единственной сверхдержавой. Когда администрация президента Трампа приступит к реализации конкретной стратегии, интересы США столкнутся в отношениях с РФ с реальностью. У всех больших и малых государств имеются свои национальные интересы, потому пусть никто не надеется и не ждет, что президент США будет действовать им в ущерб только потому, что в период предвыборной кампании он лестно отозвался о России и Путине. Трамп блестящий бизнесмен, он смог провести успешную кампанию, мы вынуждены это признать. Я не думаю, что мы станем свидетелями «медового месяца» между Вашингтоном и Москвой. Новый президент США проявит себя не раз в отношении Российской Федерации. Кстати, в Кремле к победе Трампа отнеслись с неким осторожным оптимизмом, а вот представители некоторых радикальных политических кругов откровенно ликовали: «Трампнаш», «Мы победили» и так далее. Вынужден огорчить «товарищей» из ЛДПР и им подобных, зря они радовались.

— Но все-таки, не грядут ли в грузино-американских отношениях перемены? Не пропадем ли мы с «радаров» США?

— Мы должны более активно закрепиться на этих «радарах», для чего нужны активные дипломатические действия. Я надеюсь, что правительство Грузии уже налаживает конкретные связи с новой администрацией, у которой будет большой список экономических, политических, военно-политических приоритетов, и Грузия должна оказаться в этом списке как можно выше. Это и задача, и даже вызов, перед которым стоит руководство нашей страны. Я очень надеюсь на успешную деятельность нового посла Грузии в США (Давид Бакрадзе – прим. ред.).

Среди приоритетных направлений я бы в первую очередь назвал укрепление обороноспособности Грузии. США, кстати, с первых дней нашей независимости заботились о создании грузинских ВС, практически полностью укомплектовали нашу пограничную службу и помогают нам по сей день. Есть очень серьезные договоренности о передаче нам оборонительных средств. Еще одно важное направление – торгово-экономические отношения между нашими странами, мы должны стараться развивать их и далее. Кроме того, США, пожалуй, наши главные сторонники в вопросе восстановления территориальной целостности и укрепления суверенитета. Так что, если и будут какие-то изменения в наших отношениях, то только в лучшую сторону.

— Как вы считаете, справляется ли наше государство с влиянием российской пропаганды? Способно ли оно противостоять т.н. «мягкой силе» России?

— Российская пропаганда – это вызов. Причем, не только нашему правительству, но и нашему обществу. Но все-таки я остаюсь оптимистом. Согласно результатам большинства исследований и опросов общественного мнения, уровень поддержки интеграции в ЕС и НАТО жителями Грузии в целом не меняется и остается довольно высоким. Мы можем смело утверждать, что абсолютное большинство населения Грузии придерживается прозападных настроений. Но при этом в Грузии хотят нормализации отношений с РФ. Что касается т.н. «мягкой силы», то в Грузии она действует не так, как, скажем, в тех же странах Балтии или Средней Азии. Там большое количество русскоязычного населения и это «облегчает» деятельность проводников «мягкой силы». В Грузии же задействованы другие инструменты, здесь функционируют т.н. неправительственные организации, конкретные СМИ, которые открыто занимаются пророссийской и в то же время антизападной пропагандой. Мы также часто слышим негативные высказывания в адрес ЕС, НАТО и со стороны некоторых политиков. Весь этот негатив — часть одного плана. Мы видим, как лидеры некоторых политических сил, особенно в преддверии тех или иных выборов, стараются убедить граждан, что интеграция Грузии в евроатлантические структуры является блефом, утверждают, что этому не бывать. Тем самым они пытаются повлиять на общественное мнение. Но это неудачные попытки, они не работают. Что должно делать государство? Государство должно пристальнее наблюдать за деятельностью неправительственных организаций, которые не имеют транспарентного финансирования. И почему-то в подобных случаях финансовые потоки всегда идут из России. Нужно изучить на что тратятся эти деньги, из каких именно источников поступают, насколько законны эти поступления. Вопрос финансирования, выделения грантов — это очень серьезно. Речь идет, как правило, о небольших суммах, которые выделяются под реализацию конкретных проектов. Зачастую это может быть распространением негативных мифов о Европейском союзе, насколько это «большое зло» и насколько эта организация «опасна» для Грузии. Подобные утверждения активно тиражируются. Мы часто слышим в интервью некоторых известных и влиятельных лиц, например, предпринимателей, владеющих бизнесом в России, негативные высказывания в адрес Европы и США, слышим призывы к защите т.н. «грузинских традиционных ценностей». Хотя, мы прекрасно знаем, что никто у нас эти ценности и традиции не отнимает и не собирается этого делать. Наоборот, у Европы есть очень сильные механизмы, институты, которые помогут нам сохранить нашу культуру и, более того, ознакомить с ней весь остальной мир.

Тамар Кавтарадзе, специально для newcaucasus.com

Комментарии