Азербайджан в «Новой эре»

925

В феврале этого года в Азербайджане состоялись досрочные выборы президента. Официальным объяснением о проведении выборов стало возвращение Карабаха под юрисдикцию Баку. Дальнейшие векторы развития Азербайджана и трудности, с которыми на этом пути страна volens nolens столкнется, мы обсудили с азербайджанскими экспертами и политологами Мехманом Алиевым, Гюльнарой Мамедзаде, Ильгаром Велизаде, Ахмедом Алили.

«Новая эра» по-азербайджански

В начале 2024 года в интервью азербайджанским журналистам Ильхам Алиев сказал, что главной идеей, которой жила страна до 20 сентября 2023 года, было восстановление суверенитета над всей территорией Азербайджана, а после 20 сентября для страны наступила «Новая эра». И одной из самых важных задач ближайшего времени – определить новую идею, которая объединит всех азербайджанцев. У самого Алиева есть определенные мысли по этому вопросу, но он хотел бы, чтобы в обществе состоялась дискуссия по этому вопросу.

По мнению директора издания Turan.az Мехмана Алиева, «Новая эра» в жизни страны сможет опереться на идеи Первой республики (1918-1920 годов), ее яркого и последовательного идеолога  Мамед Эмина Расулзаде, азербайджанского интеллектуала, политического деятеля начала ХХ века, чье 140-летие в Азербайджане недавно отмечали. Расулзаде проповедовал идеи свободы, прав человека, этнического, религиозного, социального, гендерного равенства, верховенства закона. При этом идеология Расулзаде базируется на создании Союза народов Южного Кавказа.  По мнению Мехмана Алиева идеи Расулзаде о единстве Южного Кавказа в дальнейшем будут развиваться.

Глава клуба политологов «Южный Кавказ» Ильгар Велизаде отмечает, что «Новая эра» для Азербайджана должна начаться с совершенствования системы управления страной. А также повышения удельного веса регионов Азербайджана в экономической жизни республики, так как сейчас свыше 90% ВВП Азербайджана формируется за счет Бакинской агломерации, подчеркнул политолог.

По мнению Велизаде, построение «Новой эры» должно опираться на прочные основы государства, которые выражаются в его истории, исторических нарративах, но адаптированных к современным условиям жизни. Еще до Российской империи на территории современного Азербайджана существовали несколько ханств: Ширванское, Нахичеванское, Гянджинское, Шекинское и другие.

Не калькируя границы прежних ханств, но адаптируя их к новым условиям, можно воссоздать исторические области в осовремененных границах без придания им статуса самоуправляющихся единиц. В то же время создать условия для их гармоничного развития в границах единого унитарного азербайджанского государства. Это позволит с одной стороны избавиться от старого советского наследия, когда страна делится на 68 административных района, а с другой стороны – дать толчок развитию региональных рынков. Заодно повышается роль местных органов самоуправления, входящих в новые области. Именно в административных и управленческих реформах страны видит центральное идею «Новой эры» Ильгар Велизаде.

Экономика будущего

Экономика Азербайджана, несмотря на внешнюю устойчивость, уязвима. С одной стороны, это нефтегазовые доходы, благодаря которым страна обеспечивает 59% ВВП Южного Кавказа. С другой, чрезмерная надежда на них может привести к экономическому кризису уровня 2015 года, когда властям пришлось девальвировать местную валюту – манат, и применить ряд других непопулярных мер для стабилизации экономики.

Сегодня, по мнению Мехмана Алиева, экономический блок правительства готов к возможным неблагоприятным экономическим событиям, ориентируясь на развитие ненефтяной экономики.

А как отметил Ильгар Велизаде, – в конце прошлого года президент издал указ о привлечении частного сектора в азербайджанскую экономику, когда государство пошло на приватизацию части активов госкомпаний, что должно привлечь дополнительные инвестиции. Но эксперт отмечает, что концепт приватизации до конца не сформирован, а предложения правительства только готовятся. И они должны быть подготовлены к октябрю 2024 года. Уже после этого начнется процесс приватизации части акций.

Как считает Мехман Алиев, государство пока что не делает главного: не борется с монополиями, которые поработили азербайджанскую экономику, особенно в самых чувствительных секторах малого и среднего предпринимательства. Наглядным примером для Азербайджана служит Грузия, которая имея схожие с Азербайджаном рекреационно-туристические условия: море, горы, субтропики, горнолыжные курорты, зарабатывает на туризме в три раза больше, чем Баку. Так, только в 2023 году Грузия заработала 4,1 млрд. долларов от туризма, имея 2500 отелей разного, в том числе и бюджетного уровня. В то время как Азербайджан имеет 750 отелей заработал 2 млрд от внешнего (выезжающие на отдых и командировки за рубеж) и внутреннего туризма. Правительство не представляет отдельных данных по внутреннему туризму, что означает плачевное состояние отрасли.   По мнению Мехмана Алиева, в Азербайджане должно прекратиться чрезмерное вмешательство государства в частный бизнес; необходимо смягчить ситуацию с контролирующими органами, когда роль государства, как в соседней Грузии снизится до уровня сборщика налогов и блюстителя законов. «Если такое произойдет в Азербайджане, то ситуация в стране положительным образом изменится», – уверен эксперт.

Стоит отметить, что отрицательную роль для малого бизнеса оказывают закрытые сухопутные границы Азербайджана: от чего страдает малый бизнес приграничных сел и городов с азербайджанской стороны границы с Россией, Ираном и Грузией. Власти объясняют закрытие границ пандемией коронавируса, но на самом деле, по мнению Ильгара Велизаде, реальная причина – безопасность, в частности, неблагоприятная геополитическая обстановка в мире.

Мирный договор. Отношения с Арменией

Любой разговор о безопасности на Южном Кавказе последние 30 лет начинался с Карабахского конфликта, которые десятилетия оказывал негативное воздействие на экономическую среду региона, ушел в прошлое. Но политическое измерение конфликта осталось и никуда не делось: мирный договор между двумя государствами несмотря на, казалось бы, благоприятные условия в конце 2023 – начале 2024 годов так и не был подписан. Директор Кавказского центра политического анализа Ахмед Алили считает, что отношения между двумя странами — это не всегда исключительно дело Армении и Азербайджана.

Как отметил эксперт, странам Южного Кавказа приходится считаться со всеми окружающими регион силами. И сегодня на Южном Кавказе, кроме России, которая ранее играла определяющую роль, в военном отношении присутствуют Турция и страны ЕС. А также, Иран, США, Пакистан, Индия, Израиль, и незримо, но очень серьезно присутствует Китай. И в этой ситуации, как ни хотели бы Баку и Ереван подписать мирный договор и наконец, выйти на мирные взаимоотношения, им в той или иной степени приходится считаться со всеми акторами.

Близкой точки зрения на возможности подписания мирного договора придерживается политический аналитик Гюльнара Мамедзаде. Многочисленные посредники, по ее мнению, мешают поставить точку в мирном договоре между Азербайджаном и Арменией, которые могли бы уже договориться и на двусторонней основе. Гюльнара Мамедзаде подчеркивает, что некоторые удаленные от Южного Кавказа акторы не заинтересованы в формировании платформы взаимодействия региональных стран по формуле «3+3».

Что же касается часто обсуждаемого и весьма важного пункта о месте подписания будущего мирного договора, то эксперты сходятся во мнении, что лучшим вариантом был бы двусторонний формат без посредников. Но, как отмечает Ахмед Алили, к нему сейчас вряд ли готов Ереван, который чувствует слабость, как только остается с официальными лицами Азербайджана за закрытыми дверями «тет-а-тет». Очевидно, что в этом ракурсе, как платформу посредника можно рассматривать Тбилиси. Так, Мехман Алиев отмечает давнюю включенность Грузии в миротворческий процесс между Баку и Ереваном. Однако, по мнению Алили, после того как Грузия получила статус кандидата в члены ЕС, Азербайджан перестал рассматривать Тбилиси в качестве посредника, опасаясь ангажированности Грузии интересами ЕС, которые идут вразрез с интересами Баку, по треку мирного договора с Арменией.

Направление – Запад?

Последние несколько месяцев взаимоотношения Азербайджана со странами Запада, особенно ЕС развиваются не лучшим образом. В ноябре прошлого года президент Алиев обвинил Францию в совершении наибольшего числа «кровавых преступлений в колониальной истории человечества», а в январе этого года Азербайджан приостановил работу своей делегации в ПАСЕ. Антиевропейская риторика и действия со стороны Азербайджана объясняется официальным Баку как ответный шаг на «проармянскую позицию» стран Европы, особенно Франции в Карабахском конфликте. Однако, по мнению всех экспертов прагматичные отношения между странами Европы и Азербайджаном сохранятся. Ильгар Велизаде считает, что Запад стремится интегрироваться в Центральную Азию: «а форматы ЦА + Франция, ЦА + США ничего не стоят без Азербайджана».

Ахмед Алили подчеркнул, что европейцы стремятся занять то место, которое освободила Россия после войны 2020 года, а испортившиеся отношения Баку и Парижа, — это не база, а объясняются во многом электоральными проблемами президента Макрона во Франции, а также шаблонным экспертным мышлением европейцев, которые смотрят на происходящие события в черно-белом цвете: где есть «хорошая Европа и плохая Россия».

Мехман Алиев считает, что европейцы, а вместе с ними транснациональные компании, заинтересованные в нормализации отношений на Южном Кавказе для ведения бизнеса, последовательно дают понять Армении, что не следует уповать на чудо, подталкивая ее к подписанию с Азербайджаном мирного соглашения.

Гюльнара Мамедзаде, со своей стороны считает, что сейчас идет активное переформатирование миропорядка, в процессе которого Азербайджан кроме того, что подчеркнул свое значение, как важного игрока на Южном Кавказе и в Каспийском регионе, где пересекаются транснациональные коридоры, имеет растущее влияние в тюркском и исламском мире, «Движении неприсоединения», становится политическим актором, обладающим реальным суверенитетом, с которым приходится считаться.

Организация тюркских государств: геополитика или геоэкономика?

В прошлом году президент Азербайджана подписал два указа о создании и регламенте работы нового межведомственного органа – Транспортного координационного совета (ТКС), который наделен расширенными полномочиями в сфере развития транспортной магистральной инфраструктуры страны. Одновременно с созданием ТКС Алиев утвердил на 2024–2026 годы план действий по увеличению транзитного потенциала и поощрению транзитных перевозок по транспортным коридорам, проходящим через территорию Азербайджана. По плану, объем транзитных грузоперевозок через Азербайджан к 2027 году должен увеличиться на 27% и составить 13,6 млн. тонн. Очевидно, что решение столь амбициозной задачи будет сопровождаться политическими действиями, о чем президент Алиев заявил в инаугурационной речи в феврале этого года, отметив значение Азербайджана как транспортного центра, которому поступают предложения о сотрудничестве с Запада и Востока, с Севера и Юга.

При этом политический выбор, следуя словам президента, Азербайджан сделал: это организация тюркских государств, о членах организации которых Алиев заявил: «Наша семья – тюркский мир».

Ахмед Алили, анализируя инаугурационную речь Алиева, особо отметил, что, когда на Баку начинают нажимать с выбором со стороны центров силы, Азербайджан всегда ищет третий, суверенный путь. Для которого, подчеркнул эксперт, имеется экономическая и геополитическая база в виде нефтегазовых ресурсов и уникальной логистической составляющей, которая на фоне войны в Украине и на Ближнем востоке с де факто блокадой Суэцкого канала, начинает играть все большее значение.

Мехман Алиев отметил рост политического значения Организации тюркских государств, этот процесс, по его мнению, устраивает в том числе и Россию, с которой у государств Центральной Азии и Азербайджана много общего, и в определенной степени и страны Запада, которые видят в ОТГ фактор  роста их суверенности.

Ильгар Велизаде, согласившись с Алиевым, отмечает, что для России политическое усиление ОТГ может быть выгодно в плане противопоставления усилению Китая в Центральной Азии. Ахмед Алили также считает, что Азербайджан в ОТГ открыл для себя новое видение собственной внешней политики, тем более что у Азербайджана со странами Центральной Азии общее советское прошлое.

По мнению Гюльнары Мамедзаде, платформа тюркского мира является мощной конвергентной основой, которая в будущем способна стать ядром масштабного сближения на основе географии, культуры, экономики. Уже сегодня, по мнению эксперта, несмотря на имеющие место противоречия, появились многочисленные точки соприкосновения между Турцией и Россией, а Азербайджан и Турция становятся ключевыми драйверами тюркской интеграции, с которыми и вокруг которых наращивается экономическое и культурное взаимодействие.

Эксперты также не видят опасности в сближении Азербайджана и Турции после 2020 года: Мехман Алиев вспоминает, что если в 90-е годы турецкие бизнесмены и политики смотрели на азербайджанцев свысока, то сейчас азербайджанцы, исходя из собственных интересов, осуществляют многомиллиардные инвестиции в турецкую экономику, средства массовой информации, участвуют в жизни общественных и партийных организаций Турции. Ахмед Алили добавляет, что Азербайджан всегда будет иметь собственную позицию во внешней политике, которая при всех прочих, отличается от турецкой. Чему есть конкретные индикаторы: косовский вопрос – Азербайджан не признает Косово и всегда поддерживает Белград; и Израиль, где Баку также имеет собственную, отличную от турецкой, позицию. Кроме того, эксперт напомнил о цивилизационных отличиях Турции и Азербайджана. Первая в свое время поглотила Византию, многое впитав от этого поглощения. А Азербайджан себя чувствует наследником сельджукского наследия в Иране и 200 лет находился в составе Российской империи и Советского Союза. Азербайджанцы понимают быт русского человека, русский язык. Чего нет у Турции…

Резюме

Для Азербайджана, казалось бы, главная задача выполнена и нужно двигаться дальше, определив при этом определенные цели. Первые шаги по ряду направлений Азербайджан, проведя досрочные выборы, уже сделал: в экономике начался поиск ненефтяных возможностей дохода бюджета. Государство ради улучшения работы государственных компаний готово сделать их более открытыми частным инвестициям. В то же время ряд негативных для экономики тенденций, в частности монополизации в малом и среднем бизнесе еще не преодолен.

Во внешней политике Баку ставит перед собой цель подписать мирный договор с Арменией. Но, очевидно, что не на любых, а на выгодных для себя условиях. Что вызывает раздражение у союзников Еревана, особенно в Европе. Из-за противоречий с Западом Азербайджан в своей внешней политике все больше начинает ориентироваться на страны Центральной Азии, Организацию тюркских государств. Что вполне устраивает Россию и Турцию. А также, очевидно, Иран, улучшение взаимоотношений с которым выразилось в подписании Меморандума о взаимопонимании о создании на территории Ирана новой транспортной артерии – Аразского коридора, который соединит Восточный Зангезур и Нахичевань.

Да, страны Запада переживают определенное охлаждение в политических взаимоотношениях с Азербайджаном. Но достаточно большая часть стран Запада – Германия, Италия и другие стремятся сохранить с Баку взаимовыгодные отношения, которые выражаются в том числе в сотрудничестве в нефтегазовой сфере, участию тех же немецких подрядчиков в конкурсах по налаживанию инфраструктуры в Карабахе.

Сергей Жарков, специально для newcaucasus.com

Фото С.Жаркова