Араик Арутюнян: Карабах с Азербайджаном в будущем сможет договориться

2766
Фото verelq.am

В 2020 году в непризнанной республике Нагорный Карабах пройдут президентские выборы. И хотя до них еще далеко, предвыборная гонка фактически началась. Планы на будущее, отношения Карабаха с Баку и и Ереваном, роль России в регионе, риски возобновления войны — об этом и многом другом рассказывает в эксклюзивном интервью newcaucasus.com экс-премьер-министр, лидер партии «Свободная Родина» Араик Арутюнян, уже заявивший о своих амбициях стать президентом.

— Вы заявили о том, что будете баллотироваться в президенты непризнанной республики Нагорный Карабах. Почему вы приняли такое решение?

— Я являюсь председателем партии «Свободная Родина», которая в Карабахе имеет свой вес, участвует во всех политических вопросах и процессах и поэтому мы не можем стоять в стороне. И так как партия будет участвовать в выборах, которые состоятся в 2020 году, то и я как руководитель партии должен участвовать в них. Плюс ко всему, мы обладаем большим ресурсом, я думаю, что для будущего Карабаха мое решение сейчас очень актуальн.

— Уже несколько человек заявили о своем желании стать президентом Карабаха. Как вы оцениваете свои и их возможности, ресурсы, силы…

— Это оценивать можно будет только после выборов, так как выбирает народ. Сейчас сложно сказать. Но могу отметить, что у нас самая большая партия в Карабахе как по численности, так и по своему весу. В парламенте у нас тоже самая крупная фракция. А это означает, что возможностей у нас больше, чем у остальных. Но каковы будут результаты, станет известно только после выборов. Как будет идти предвыборная кампания, какие программы представят другие партии, другие кандидаты. У нас в один день пройдут как президентские, так и парламентские выборы одновременно. Это тоже будет иметь значение.

— Многие армянские СМИ пишут о том, что вашу кандидатуру поддерживает премьер-министр Армении Никол Пашинян…

— Это не так. У нас, конечно, прекрасные отношения с руководством Армении, и не только с Николом Пашиняном, но и с другими руководителями. Но это не означает, что они поддерживают кого-то из кандидатов. Они хотят и заинтересованы, и об этом уже заявил премьер-министр Армении, чтобы в Карабахе прошли хорошие, честные, демократические выборы. И мы это обеспечим. А результат – это уже фактор второстепенный.

— Как вы видите себя на посту руководителя непризнанной республики, каковы ваши цели?

— Я десять лет работал премьер-министром и один год госминистром. Мне не трудно представить себя и в качестве президента. Все трудности, которые есть, которые были и которые будут, нам знакомы, и мы можем справляться с ними. Конечно же, проблемы есть. Да, мы непризнанное государство. Нет контактов, нет коммуникации с международными и финансовыми компаниями, мы не можем участвовать в различных международных программах. Но есть у нас и альтернативные возможности, и мы их используем. Поэтому для социально-экономического развития у нас нет препятствий. За последние двенадцать лет в Карабахе обеспечен большой экономический рост. За последние годы у нас зафиксирован самый большой темп — более 10% роста ВВП. Поэтому мы можем уже сейчас завить, что в ближайшем будущем в той программе, которую мы опубликуем, будут отражены те же цифры: более 8% экономического роста, решение актуальных социально-экономических вопросов, которые сейчас стоят перед нами.

— Назовите первые три шага, которые вы бы сделали в случае избрания вас президентом.

— Наша программа еще не готова окончательно, и не я один буду работать над ней. Вместе с нашей командой мы будем работать над программой действий и после завершения работы обнародуем ее.

— Рассматриваете ли вы экс-секретаря Совета безопасности Карабаха Виталия Баласаняна своим основным конкурентом на выборах?

— Я не считаю никого основным конкурентом. Пройдут очень демократические выборы. И я для них, и они для меня являются конкурентами. Это не только Виталий Баласанян. Есть Масис Маилян, есть Ашот Гулян, и другие.

— Но пока они еще однозначно не заявили о своих президентских амбициях…

— Нет, они все заявили. Не прямо, но мы об этом знаем. У каждого уже есть свои дорожные карты. Есть уже кандидаты, и все они достойны. У всех есть хороший пройденный путь, всех уважают в Карабахе, поэтому отделять Виталия Баласаняна или других кандидатов от меня нет смысла.

— В Армении благодаря «бархатной революции» сменилась власть. Как к этому отнеслись в Карабахе?

— Если честно, то изначально очень настороженно. Но сейчас уже нормально относятся. Например, совсем недавно, 5 августа, прошел митинг в центре Степанакерта, на площади Возрождения, где народ показал, что он не только уважает результаты революции, но и та программа, которую представил премьер-министр Армении, удовлетворяет карабахцев. Мы ее одобряем. Все социологические опросы показывают, что народ Карабаха с уважением относится к руководству Армении.

— На митинге 5 августа в Степанакерте Никол Пашинян заявил, что «Карабах – это Армения и точка». Что это может означать?

— На самом деле все так думают испокон веков. Это для нас не новость. Веками мы сражались за нашу независимость и за сохранение самоидентичности. И эта борьба продолжается до сих пор. И окончательное решение Карабаха и его жителей таково: Карабах – это часть Армении. Карабах – это Армения. И все.

— А как вы это понимаете? Армения готова на компромиссы? Возможна передача Азербайджану нескольких районов в обмен на гарантии мира?

— На эти вопросы трудно сейчас ответить. К компромиссам мы готовы, но другая сторона, Азербайджан, не готова ни к каким компромиссам. Это означает, что сейчас не имеет смысла разговаривать на эту тему. Потому что самое главное – независимость Карабаха и право народа Карабаха на самоопределение Азербайджан не уважает. Значит, никаких переговоров не может быть. Для нас это самый главный вопрос, право на самоопределение. Поэтому мы думаем, что в ближайшем будущем никаких реальных переговоров не будет по решению этого вопроса.

— Премьер Армении Никол Пашинян предлагал включить Карабах в переговоры с Азербайджаном. Готов ли Степанакерт к ним, нак оценивает свое возможное участие в них?

— Мы не только готовы, но и уже участвовали в начале 90-х годов в переговорах, которые привели к перемирию. Но Азербайджан и международные организации не были готовы продолжать переговоры с Карабахом. И потому потом и не было никакого продвижения вперед в переговорном процессе. Но без участия руководства Карабаха в переговорах все усилия будут бесполезны. А руководство Карабаха не может не учитывать глас народа. Без участия руководства Карабаха и без учета мнения народа ничего не получится.

— Экс-министр обороны Карабаха Самвел Бабаян заявил, что над Карабахом нужно установить протекторат России…

— Он привел Россию в качестве примера, чтобы было понятно, как можно использовать подобные методы. Мы не уверены, что такой вариант — самый правильный путь решения вопроса. Я думаю, что, в конце концов, азербайджанская и карабахская стороны с участием Армении будут решать этот вопрос. Не Армения и Азербайджан, а Карабах и Азербайджан при участии Армении. Это самый реальный вариант. Другие стороны – Россия, Европа или Америка, – они могут принимать участие в переговорах, содействовать и давать определенные гарантии, но не принимать решения, потому что даже руководство Армении не имеет права делать заявления или даже участвовать в переговорах от имени Карабаха.

— Как вы оцениваете влияние России на внутриполитические процессы в Карабахе? На переговорный процесс между Азербайджаном и армянской стороной?

— Конечно, Россия влияет на ситуацию в регионе. В 1813 году между Россией и Персией был заключен Гюлистанский договор, согласно которому Персия признала переход к Российской империи Дагестана, нескольких регионов Грузии, а также Карабахского ханства. То есть, с тех пор Россия играет в нашем регионе очень важную роль. И после распада Советского Союза ее роль была очень велика. И сейчас Россия имеет здесь весомые возможности и может участвовать в решении региональных процессов. Но это не означает, что мы должны потерять независимость. Наоборот. Для нас дружеские отношения не только с Россией, но и с другими странами – самое главное.

— Экс-лидер Карабаха и экс-президент Армении Роберт Кочарян сейчас находится в тюрьме и российская сторона, Москва, неоднократно намекала Еревану о необходимости его освобождения. Каково сейчас в Карабахе отношение к карабахцу Роберту Кочаряну и связанными с ним процессами?

— Я уверен: правосудие победит.

— Как вы можете оценить предвыборный период в Карабахе, возможны ли здесь какие-то эксцессы, противостояние между лагерями различных кандидатов? Армянские СМИ писали об опасности, которую может представлять Самвел Бабаян.

— Нет, никаких эксцессов не будет. Сейчас уже все политические партии, политические деятели готовятся к выборам и решают свои организационные вопросы. Так что я уверяю вас — в конце марта следующего года у нас будут хорошие демократические выборы.

— Россия признала Абхазию и Южную Осетию, но Нагорный Карабах как государство никем не признан…

— Мы более 30 лет строим независимое государство, а признание Карабаха дело времени.

— Если вы станете президентом Карабаха, как вы намерены развивать отношения с Сухуми и Цхинвали?

— Это очень хрупкий вопрос. Конечно, мы должны считаться с интересами Армении. Все наши отношения с непризнанными или признанными государствами зависят от того, как это будет влиять на Армению. Грузия для Армении не только соседняя братская страна, но и важный стратегический партнер. Роль Грузии в социально-экономическом развитии Армении и ее безопасности очень велика.

— Как вы оцениваете состояние безопасности, например, на линии противостояния с Азербайджаном, возможна ли вооруженная эскалация ситуации?

— Мы каждый день ее ждем. На переднем крае готовность номер один. Если у нас перемирие, то это не означает, что все будет тихо и спокойно. С 1994 года до сих пор, да и в ближайшем будущем сохранаяется хрупкий мир, но война всегда может начаться. Для нас это главное направление, и мы всегда готовимся к войне. Хочешь мира, будь всегда готов к войне. Это аксиома.

— Москва не раз предлагала услуги своих миротворцев между Карабахом и Азербайджаном. Но от этого всегда отказывались как Баку, так и армянская сторона. Почему?

— Мы не доверяем не только России, но и любым другим миротворцам. Обеспечить безопасность Арцаха могут только силы обороны самого Карабаха и Армении. В миротворцах нет необходимости. Мы с Азербайджаном сможем в будущем договориться. Но нам посредники по безопасности не нужны. Но, конечно, мы не отказываемся от гарантий России и других сторон-переговорщиков. Это тоже существенно важно.

— Каким вы видите идеальный вариант разрешения карабахского конфликта?

— Идеальным вариантом я считаю признание независимости Нагорного Карабаха. И все.

— Наверное, это идеальный это вариант только для Степанакерта…

— Да, но трудно сейчас назвать вариант, которым были бы довольны и азербайджанская и армянская стороны. Поэтому нужны переговоры. Переговоры между Арцахом и Азербайджаном. Это самое главное. Я еще раз хочу повторить, что переговоры должны проводиться не между Арменией и Азербайджаном, а между Арцахом и Азербайджаном. Между Степанакертом и Баку. Это самый продуктивный путь, без которого ничего не получится. Ни одно руководство Армении не может дать гарантии, что результаты переговоров между Ереваном и Баку удовлетворят все стороны. И что Карабах примет результаты этих переговоров. Мы имеем пример 1997 года, когда Левон Тер-Петросян вел переговоры, и мы помним, как все это завершилось. Поэтому главной стороной переговоров должен быть Карабах.

Беседовал Иракли Чихладзе, специально для newcaucasus.com

Комментарии