ЗА ПОДСОЛНЕЧНЫМ МАСЛОМ

3173

Интересы государства, бизнеса и общества в Армении сошлись на игрушках. Бизнесу выгодно их продавать (будь то сотовый телефон, «Сникерс» или лакированные туфли за 5 долларов по два раза в год). Обществу нравится в них играть. А государство не мешает первым двум.

Пусть все будет праздником, даже покупка в магазине. И не в магазине, а в «маркете». Или уж хотя бы – «салоне торговли». Чтобы праздничностьзвучала убедительней. И все ереванские коммерсанты и рестораторы почему-то одинаково стыдятся туфа на фасадах, залепляя их облицовочной плиткой. Туф ведь – тоже скучный камень. Столько лет уже на него глядели…

Рекламный ролик колбасы или кефира начинается под фанфары. Подсолнечное масло – «наконец-то» и «долгожданное». Правда, ролик запоздал лет на двадцать. Это тогда оно было «наконец-то», для наших старших, за два-три года разучившихся улыбаться и ездивших за этим маслом на другой конец города (это дети слушали такие рассказы как приключения, и картошка от них становилась вкусней). А они бы, наши родители, что сказали тогда, если бы им с экрана пропели в лицо, что они «ожидающие»? Да еще под задорный подхват биг-бэнда за кадром. Правда, с тогдашним графиком света и телевизор можно было посмотреть раз в несколько дней.

Зато сейчас товаров – море, начиная от подсолнечного масла (теперь уже совсем прозрачного) и заканчивая бананами. Не знали годами, какой на вкус «Сникерс»? Ешьте! Видели бананы только в фильмах – милости просим! «Вот открыт балаганчик для веселых и славных детей».

Сценическое изобилие оформлено «рампой» – дверями супермаркета, которые услужливо раскрываются сами (чем не праздник?). Желаемый эффект достигнут: небогатому теперь труднее нащупать разницу между собой и людьми состоятельными. На уровне ресторана она, конечно, есть (кому ходить каждый день, кому –раз в год). Но в магазине, каждодневном месте, оба покупают одно и то же. И колбасу, и печенье, и – колу, мечты о которой годами воспитывал телевизор. Другое дело – к т о  и  к а к у ю колбасу покупает, и в какой сколько мяса. И верить ли, что купил 100%-но мясную колбасу за 3 доллара. В продукты, как в бодрийяровские симулякры, и верят и не верят. Слишком большим будет разочарование, если не верить.

Государство не спешит разубеждать. Ведь если дешевую еду назвать «колбасным продуктом» и «молочным напитком», расслоение осознается с новой остротой. У них – колбаса, а у меня – продукт? А так худо-бедно, но и я ем колбасу. Потому этот опыт, видно, и в России не удался, и в Армении постановление о «напитке» выполняют по желанию, уже полтора года.

Конечно, есть и другие причины: нежелание власти мешать на 90% «дочернему» бизнесу. Так ли? Возможно, но ведь маркировку не проверяют даже у оставшихся 10% «падчериц». Насколько ломкий этот «балаганчик», что повалится от первого щелчка.

Буквально на днях усилиями одной из местных потребительских НПО («Осведомленный и защищенный потребитель»)на мороженом стали обозначать наличие растительного жира. За несколько дней сделали то, что годами не делалось по госпроверкам. Но вопрос в другом.

Даже если мы увидим пометку «растительный жир», кто захочет ее читать и разрушать себе праздник? Игра ведь отлажена настолько, что избавляет от необходимости раздумывать. Но такое есть свойство у мысли: в свое sapiens мы верим так твердо, что признать, что мы месяцами и годами напролет ни о чем не думаем, для нас – нож острый. Гораздо удобнее убедить себя в том что за нас думает кто-то другой. Мы ему одолжили наше право думать, а при случае заберем обратно. Обязательно. Завтра.

Пьер Бурдье очень точно заметил странную, на первый взгляд, ситуацию: наибольший политический капитал концентрируют именно те партии, которые выступают против концентрации экономической. «Друзья народа» избавляют от необходимости размышлять после 10-часового рабочего дня. И хотя в Армении компартия давно уже миновала апогей, но осталась привычка передоверять свою мысль и анализ. Оттого и партии меряют не повесткой дня, а сердобольностью их лидеров –кто больше «за народ», и кто лучше о нас подумает. Из политиков пока никто не возражает: им ведь и самим так легче работать.

А та часть капитала доверия, что не остается политикам, перепадает иллюзиям – сериалам, сотовому телефону (влезть в долги, но купить) и золотой цепочке, презрению к неверным персам и индусам, тоскливым взглядам на джипы с тонированными стеклами.

ПОДЕЛИТЬСЯ