В Абхазии снят фильм о «HALO-Trust»

851

В Абхазии закончилась работа над фильмом «HALO-Trust» в Абхазии». Этот документальный фильм рассказывает о том, какие работы за время своей деятельности провела Организация по Гуманитарному Разминированию. В фильме подробно рассказывается, какие районы Абхазии уже освобождены от военных мин, как ведется работа деминерами, какие трудности приходится преодолевать в работе.

Главным продюсером фильма выступил программный менеджер организации «HALO-Trust» в Абхазии Дэвид МакМахан. А режиссерскую работу, равно как и подготовку сценария, взяла на себя сотрудник организации Алла Кетия. Как признается сама Кетия, ей давно хотелось показать, что на самом деле представляет собой «HALO-Trust», и сколько романтики и героизма стоит за словом «гуманитарное разминирование».

Алла Кетия — единственная женщина, которая работала деминером в Абхазии. Он пришла в организацию с первых же дней, когда делегация из Великобритании приехала договариваться о проведении разминирования в Абхазии.

— Как раз в это время – 1995, начало 1996 года — к нам в тыл, в районе аэропорта, проникла группа грузинских войск. По приказу были подняты резервные подразделения, в том числе и наш батальон, и я со своей группой разведки находилась в районе аэропорта. После операции мы собрались в военкомате, где как раз и находились представители «HALO-Trust». Ко мне вышел командир нашего батальона и сказал, что это британцы хотят проводить разминирование, и им нужен полевой медик.

«Хочешь работать с ними?», — спросил он. Я согласилась. После этого подошли сами представители организации и объяснили, что через некоторое время они вернутся и сами меня найдут. Я временно устроилась работать в школу — преподавала русский я зык и литературу. Но через два месяца они действительно вернулись и пригласили меня. Я прошла собеседование, и меня приняли. Работа поначалу была очень трудной. Никто не понимал, какова конечная цель. К тому же работа оказалось очень скрупулезной, трудной и нудной. Но потом мы все-таки поняли, что только такой подход и возможен при разминировании.

Первые наши инструкторы были из Великобритании. Это были замечательные специалисты. Я помню, как первый руководитель абхазского офиса вышел на первое минное поле. Он тогда сказал: «Мне метраж не нужен, это не финишная прямая. Мне нужно, чтобы вы вернулись живыми… Лучше я подорвусь, чем кто-то из вас». Больше таких слов я ни от кого не слышала. Это многое говорило и человеческих и о профессиональных качествах тех руководителей. Поэтому многие ребята не могли забыть своих первых учителей.

С тех пор я проработала несколько лет медиком, а три года назад, после того, как сократили медицинский персонал, я прошла переподготовку и начала работать деминером.

В гражданской жизни у Аллы Кетия была совершенно другая специальность. По образованию она — преподаватель русского языка и литературы, но долгое время занималась комсомольской работой: проводила массовые мероприятия, вела работу с молодежью, участвовала в разнообразных культурных программах, в том числе — и международных. Так что до войны ничто не предвещало того, что она возьмет автомат и окажется в группе военной разведки… И вот в 2004 году Алла становится деминером.

— Деминер — это особенная работа. Здесь совсем другое, ты учишься преодолевать свой страх, который неизбежен при работе с миной. И если ты этот страх заглушил, переборол, то ты сохраняешь уважение к самому себе. Ну и, конечно, окружение тоже имело значение. Потерять уважение в глазах тех людей, которых считаешь своими братьями, для меня было непозволительным. Никто не должен видеть твою слабость. Так я подхожу к этой работе. Здесь присутствует и чувство долга, и чувство того, что ты делаешь что-то нужное, необходимое для своей Родины. Это та же война, и ребята, которые приходили в организацию, делали это не только для себя, для своих семей, но и ради того, чтобы очистить свою землю от мин. А для того, чтобы каждый день смотреть смерти в глаза, играть с нею в прятки, нужны и нервы, и умение держать себя в руках, и понимание того, что ты делаешь. На поле создается совершенно иная атмосфера, другие взаимоотношения — именно как на войне. Для деминера необходимо это чувство локтя. Он должен знать, что рядом с ним находится человек, который его подстрахует. И когда ребятам приходилось переходить из одной команды в другую, они переживали это очень болезненно. Ведь там через некоторое время люди и морально и духовно начинают составлять единое целое.

До прошлого года Алла работала на поле с миноискателем в руке. Но в июле 20066 года она сорвалась со скалы и получила тяжелые травмы.

— Мы вели разминирование горы Хабюк, — рассказывает она. — Я очень люблю работать в горах, потому что это и трудно, а значит — интересно, да и в молодости я занималась альпинизмом. Так что я сама выбрала крутой склон. Но в тот день как раз прошел дождь, почва на скалах была скользкой, так что я сама не помню, как упала с отвесной горы. Очнулась я уже тогда, когда ко мне подбежали ребята. В больнице у меня обнаружили сотрясение головного мозга и несколько трещин в верхней части черепа. И наш врач, Саша Свинухов, прямо мне сказал, что о работе в горах придется забыть.

Тогда я решила сделать то, что давно хотела — подготовить фильм о нашей организации. Программный менеджер «HALO-Trust» в Абхазии Дэвид МакМахан загорелся этой идеей и выделил средства на съемки фильма. Приступила к съемкам я в октябре 2006 года, а закончила фильм в июле этого.

Съемки фильма проходили довольно тяжело. Как вспоминают многие деминеры, работавшие в «HALO-Trust», они поначалу не хотели сниматься, кричали на операторов, да и вообще думали: «Зачем все это надо?» Правда, чуть позже они сами стремились попасть в кадр, а сегодня они просят у Аллы копии фильма, чтобы посмотреть на себя и своих товарищей. Но тогда все было по-другому.

— Кроме трудностей на поле, существовали и трудности чисто технические, — сетует Алла. — Ведь у нас не было ни своей камеры, ни своего оператора, ни своего монтажного оборудования. Нам приходилось нанимать разных операторов, хранить исходный материал на разных носителях, а уже монтаж пришлось заказывать в студии «ТелеСухум», хотя там ребята абсолютно не знали, о чем материал. Они не участвовали в съемках, они не были в курсе того, что это за фильм. К тому же, собственно монтажер на студии — молодой парень, который еще не до конца освоил программу монтажа. Так что можете себе представить, каких нервов стоило свести весь этот отрывочный материал в единое целое!

Весь фильм длится полтора часа, исходного материала было отснята на четыре часа, а добрая половина отснятого оказалась безвозвратно потеряна именно из-за того, что негде было хранить видеоматериалы. Что-то потерялось, что-то по неосторожности стерлось. Но, тем не менее, фильм получился.

Стоит заметить при этом, что на съемки фильма Хало-траст затратил рекордно низкую сумму — всего 40 тысяч рублей (менее 1,5 тыс. USD).

Была и еще одна трудность: фильм был заказан офисом организации, так что для заказчика нужно было в обязательном порядке оставить многие моменты, которые кажутся неприемлемыми для документального кино, рассчитанного на массового зрителя.

— Передо мной стояло три задачи, — говорит Алла. — Первая — подготовить своеобразный видеоотчет о проделанной работе для центрального офиса «HALO-Trust». Так что пришлось вместить довольно большое интервью с самим Дэвидом МакМаханом, где он показывает на карте, когда и где проводилось разминирование. Вторая задача — сохранить для наших ребят, для деминеров, техников и т.д., память об их работе. Ведь по существу, мы начали снимать, когда работа находилась уже на стадии свертывания деятельности организации. Многие из тех, чьи лица увидят зрители, уже не работают в организации. Но это часть истории. У них есть право на воспоминания. Один из них долго переживал, когда его уволили. Но после фильма он сказал: «Несмотря на то, что мы оказались за бортом, все равно это были самые счастливые годы в моей жизни. Я так считаю, и так расскажу своим детям». И действительно, хотя в работе бывало очень тяжело, вместе с тем бывало и очень здорово. Это была проверка на прочность.
Ну и третья задача — это продемонстрировать местному населению, местным зрителям, что деминер — это не просто рабочие. В Нагорном Карабахе сотрудники «HALO-Trust» пользуются таким же уважением, как национальная гвардия. Им отдают честь постовые, когда их машины проносятся по дороге. А нашей молодежи нужны примеры мужества и того, как можно достойно жить. Не деньги должны быть на первом плане для оценки человека, а его способность жертвовать собой, защищать, приносить пользу своему народу. Те ребята, которые работали в «HALO-Trust», прошли проверку на верность, на мужество. На них можно рассчитывать в самую трудную минуту… Именно о них я хотела рассказать в первую очередь. Ну и конечно, было очень важно сохранить эту историю о том, как была освобождена Абхазия для мин. Это — страница истории для наших потомков.

В настоящее время диск с фильмом передан президенту республики Абхазия Сергею Багапш. Алла очень надеется, что этот материал послужит для пользы Абхазии.

— Я считаю, что это очень важный фильм, — говорит офицер «HALO-Trust» механик Олег Масленников. — Перед Олимпийскими Играми в Сочи, и на Юг России и в Абхазию будет приезжать множество туристов. Люди наверняка заинтересуются и таким самобытным государством, как Абхазия. И тогда будет очень важно показать им, продемонстрировать, что эта территория свободна от мин, что человека здесь не ждут опасности. Так что я считаю, что правительство Абхазии правильно оценит всю важность деятельности таких людей, как Алла и других сотрудников «HALO-Trust».

Беслан Кмузов, специально для newcaucasus.com

Комментарии

ПОДЕЛИТЬСЯ