Предварительный отчет международных наблюдателей по парламентским выборам в Грузии

544

Международная миссия по наблюдению за выборами (ММНВ) провела независимый мониторинг парламентских выборов в Грузии. Предлагаем сокращенный перевод заявления о предварительных результатах и выводах ММНВ.

Международная миссия по наблюдению за выборами 21 мая в Парламент Грузии является совместным предприятием Офиса ОБСЕ по Демократическим институтам и правам человека (ОБСЕ/ОДИПЧ), парламентской ассамблеи ОБСЕ (ПА ОБСЕ), Парламентской Ассамблеи Совета Европе (ПАСЕ), Европейского парламента (ЕП) и парламентской ассамблеи НАТО (ПА НАТО).

Предварительные заключения

Выборы в парламент, поведенные 21 мая были запланированы на более поздние сроки текущего года, однако сроки проведения были перенесены вперед по решению плебисцита, который проходил одновременно с Президентскими выборами 5 января. С того времени избирательный процесс подвергся улучшениям. Хотя, остаются отдельные претензии по поводу преодоления недоверия и установления широкого согласия между участниками выборного процесса и общественностью. Это потребует продолжительных усилий, как со стороны Правительства, так и со стороны других участников политического процесса
В целом, прошедшие выборы предоставили населению Грузии возможность выбирать своих представителей из широкого спектра кандидатов. Власти и другие политические силы предприняли усилия для проведения выборов в соответствии с той линией, которую определяют ОБСЕ и Совет Европы. Международная миссия по наблюдения за выборами (ММНВ) выявила ряд проблем, из-за которых результаты этих усилий остаются несовершенными.

Единый избирательный кодекс (ЕИК) в основном направлен на проведение демократических выборов. Недавние поправки, внесенные в кодекс, содержат ряд рекомендаций от ОБСЕ/ОДИПЧ и Совета Европы, включая снижение избирательного порога с 7% до 5% и отмену регистрации избирателей в день голосования. Тем не менее, остающиеся противоречия, пробелы и двусмысленные определения оставляют место для широкой трактовки закона, что негативно отражается на последовательности его применения.

Вследствие срыва диалога между властью и оппозицией избирательная система была изменена за два месяца до выборов без консенсуса между ключевыми участниками процесса. Широкая вариативность в количестве избирателей, зарегистрированных в одномандатных округах, подрывает основополагающий принцип равенства избирателей.

Партиям была предоставлена возможность проводить свою кампанию по всей стране, хотя обстановка оставалась поляризованной и напряженной. Часто оставалось неясным разграничение между деятельностью государства и предвыборной кампанией Единого Национального Движения (ЕНД). Ряд положений ЕИК предоставляют возможность использования административного ресурса в целях проведения кампании. Чиновникам было позволено совмещать участие в предвыборной кампании с исполнением официальных обязанностей, что противоречит требованиям ОБСЕ установить четкое разделение между государством и политической партией.

Многочисленные заявления о запугивании кандидатов, партийных активистов и государственных служащих отразились на обстановке, в которой проводилась избирательная кампания. Такие случаи трудно проверить, однако ОБСЕ/ОДИПЧ проверила некоторые такие заявления, и сочла их заслуживающими доверия. Президент Саакашвили обратился к государственным чиновникам с требованием не вмешиваться в избирательный процесс.

СМИ, в основном, снабжали избирателей разносторонней информацией. Новоизбранный попечительский совет Общественной Вещательной Компании инициировал принятие меморандума между Общественным вещателем и всеми избирательными субъектами о взаимопонимании и объективном освещении избирательной кампании. Общественное телевидение предоставило избирателям ценную возможность сравнивать партии и кандидатов. Тем не менее, освещение кампании в новостях большинства других вещателей выявили недостаток баланса, так как больше времени было отведено ЕНД и правительству.

ЦИК в большинстве случаев действовал открыто, проводя частые собрания, открытые для наблюдателей и средств массовой информации. Тем не менее, действия ЦИК не были коллегиальными, а в спорных вопросах ЦИК не смог действовать независимо, как это полагалось по закону. Особенностью этих выборов явилось то, что партии были представлены в районных избирательных участках, что обеспечило представительство партий на всех уровнях Избирательной администрации. ЕНД обладало фактическим большинством в ЦИК и участковых избирательных комиссиях, а оппозиционные партии были слабо представлены на руководящих постах участковых избирательных комиссий. С другой стороны, транспарентность процесса была усилена решением ЦИК аккредитовать большое количество местных независимых организаций-наблюдателей, что соответствует требованиям ОБСЕ.

ЦИК проводил компанию по обучению основам избирательной культуры через национальные СМИ, и организуя тренинги среди избирательной администрации, в том числе – и на языке национальных меньшинств. Большинство партий и избирательных блоков включили представителей национальных меньшинств в списки своих кандидатов. Женщины были представлены недостаточно как среди кандидатов, так и в руководстве избирательной администрации.

Процедура подачи жалоб и заявлений была упрощена и разъяснена в некоторых аспектах, однако в ней остались противоречия и двусмысленности. Короткие временные рамки для составления и рассмотрения жалоб и заявлений входят в противоречие с порядком проведения процедуры рассмотрения, что ставит под сомнение эффективность разбирательства. В большинстве случаев избирательные комиссии и суды не рассматривали жалобы и заявления должным образом, была очевидна предвзятость в пользу ЕНД и представителей государственной власти. В нескольких случаях суды и комиссии отказались заслушивать показания свидетелей или рассматривать документированные доказательства; безуспешными оказались попытки обратиться к имеющим отношение к делу фактам или озвучить законодательно обусловленные возражения; принимались нездоровые интерпретации закона.

День выборов, в целом, прошел спокойно, и был оценен позитивно большинством международных наблюдателей. Тем не менее, имели место процедурные нарушения. Особенно по отношению к непоследовательному проведению процедуры маркировки избирателей. Неточности остались в избирательном списке, несмотря на то, что ЦИК предпринял усилия по исправлению. На значительном количестве избирательных пунктов было добавлено сравнительно большое количество избирателей в списки. Были замечены случаи давления и выдворения из пунктов для голосования местных наблюдателей и уполномоченных лиц. Подсчет голосов был оценен менее позитивно вследствие обнаружения значительных нарушений процедуры.

Регистрация избирателей

Последние поправки в ЕИК упразднили регистрацию избирателей в день голосования и продлили период общественной проверки списка избирателей с 12 до 19 дней (с 17 апреля до 5 мая на этих выборах). Список избирателей был доступен для общественной проверки в окружных и районных избирательных комиссиях. Избиратели могли так же проверить свои имена по Интернету, по горячей линии ЦИК или через СМС. 5 мая ЦИК по просьбе своих оппозиционных членов увеличил сроки проверки до 8 мая. 16 мая, в день истечения отведенных законом сроков, ЦИК объявил, что окончательная цифра зарегистрированных избирателей составляет 3,456,936.

ЦИК предоставила на рассмотрение наблюдателям ОБСЕ/ОДИПЧ список избирателей. Процесс включения в основной список избирателей из дополнительных списков, составленных в день президентских выборов 2008 года, был охарактеризован как «нетранспарентный» местными наблюдателями, потому что им не были предоставлены окончательные данные и не были объяснены критерии для включения избирателей в основной список.
Регистрация избирателей в общем и целом улучшена за последнее десятилетие. Тем не менее, многие участники политического процесса, продолжают выражать озабоченность относительно точности составления списков избирателей, заявляя, что количество записей было завышено за счет внесения недееспособных лиц, повторного внесения одних и тех же лиц в список, а так же указания несуществующих зданий в качестве адреса. Наблюдателям ОБСЕ/ОДИПЧ были приведены доказательства последнего.

Окружающая обстановка

В основном, все партии имели возможность участвовать в кампании по всей стране. Выборы, начались в весьма поляризованной обстановке, вызванной многочисленными заявлениями о запугивании, количество которых возрастало с приближением дня выборов, а так же недоверием оппозиции к процессу выборов. Две лидирующие фигуры от Объединенной оппозиции предупредили о восстании «в случае если выборы будут сфальсифицированы». Было несколько заявлений о создании затруднений при проведении относительно небольших избирательных мероприятий оппозиции. В Тбилиси было очевидно преимущество политических плакатов ЕНД.

Кампания ЕНД была направлена главным образом на искоренение бедности, такое же обязательство взяло на себя правительство. Некоторые оппозиционные партии так же сосредоточили свою кампанию на этой теме, включая экономические и конституционные реформы. Тон кампании некоторых оппозиционных политических партий был крайне негативен, громко заявлялось о нарушениях со стороны властей.

Некоторые лидеры Объединенной оппозиции резко критиковали лидеров ЕНД. Кроме того, личностным нападкам подвергался председатель ЦИК. 1 мая лидеры Объединенной оппозиции провели марш к зданию ЦИК, который окончился стычкой с полицией.

Многочисленные заявления о запугивании кандидатов, партийных активистов и государственных служащих негативно отразились на обстановке вокруг выборов, хотя это трудно проверить. Некоторые заявления, проверенные миссией ОБСЕ/ОДИПЧ, были сочтены заслуживающими доверия. О таких случаях сообщалось из Кахети, некоторых районов Мцхета-Мтианети, Шида Картли, Имерети, Гурии и Аджарии. Они включают большое количество заверенных заявлений о давлении на сторонников оппозиции со стороны местных чиновников с требованием прекратить свою кампанию и об угрозах со стороны директоров школ и членов ЕНД в адрес учителей об увольнении в случае, если они продолжат работать на оппозиционные партии. Были так же заявления о том, что люди, находящиеся под предварительным арестом, будут освобождены, если соберут обещания своих родственников голосовать за ЕНД. Эти заявления были подтверждены заслуживающими доверия свидетелями в Гурии и Тбилиси.

Аудиозапись, обличающая мажоритарного кандидата от ЕНД в Цагери в том, что он угрожал увольнением государственным чиновникам, если они не обеспечат 80% голосов в пользу ЕНД, была представлена Объединенной оппозицией, которая заявила, что подобное давление широко распространено. Кандидат отозвал свою кандидатуру. Президент Михаил Саакашвили резко отреагировал на этот случай. Министр внутренних дел призвал своих подчиненных обеспечить безопасную обстановку предвыборной кампании.

Разграничение между государством и политической партией зачастую исчезало. Например, правительственные социальные программы, такие как распределение ваучеров на горюче-смазочные материалы в сельской местности временами смешивались с политической кампанией ЕНД, хотя это было и реже, чем ранее. Оппозиционные партии заявляли о том, что ЕНД пользуется неравным доступом к административному ресурсу. Губернаторы регионов участвовали в кампании ЕНД во время исполнения своих служебных обязанностей, что запрещено, поскольку они являются государственными служащими, а не политическими руководителями. 5 мая в селении около Карели наблюдатели ОБСЕ/ОДИПЧ заметили губернатора региона Шида Картли, участвовавшего в избирательной кампании мажоритарного кандидата от ЕНД.

Участие женщин и национальных меньшинств

Для участия женщин в выборах нет законодательных ограничений, и нет законодательных положений, поддерживающих их участие. Хотя наблюдается некоторое повышение политической активности женщин, все же они недостаточно представлены в политике; несколько женщин-кандидатов резко выделялись на общем фоне избирательной кампании.

Нет правил относительно количества женщин в списке, но у всех основных политических партий было внесено, по крайней мере, по одной женщине в первый десяток списка. Среди кандидатов по пропорциональной системе женщины составляли 28%. Тогда как среди кандидатов-мажоритариев они составляли всего 12% (58 человек). Только одним из 13 членов ЦИК была женщина. Среди 76 председателей РИК – 15 женщин. На избирательных участках, которые посетили наблюдатели ОБСЕ/ОДИПЧ в день выборов, женщины составили 45% от общего количества председателей ОИК.

Национальные меньшинства, составляющие 16,2 % населения, согласно Конституции, обладают всей полнотой политических прав. Некоторые партии и блоки включили представителей национальных меньшинств в партийный список и выставили их в качестве мажоритарных кандидатов в регионах, где меньшинства составляют основную часть населения. В регионах со значительным количеством этнических меньшинств, ЦИК снабдил Окружные комиссии избирательными материалами на азербайджанском, армянском, осетинском и русском языках.

Средства массовой информации

СМИ, в основном, снабжали избирателей разносторонней информацией. В частности, Общественное телевидение Грузии предоставило избирателям ценную возможность сравнивать партии и кандидатов через ток-шоу, бесплатные презентации, новостные сюжеты о выборах, и телевизионные дебаты, включая дебаты между ЕНД и Объединенной оппозицией.

Тем не менее, освещение кампании в новостях большинства других вещателей выявили недостаток баланса, так как больше времени было отведено ЕНД и правительству.

Частные вещатели так же предоставляли эфирное время для бесплатной рекламы и организовывали ток-шоу с приглашением различных политических партий и кандидатов. Очень высокая цена оплачиваемой политической рекламы ограничила участников процесса в возможностях развернуть кампанию на телевидении. Основные каналы назначили цену за политические объявления, которая примерно в 10 раз превышает цену за коммерческую рекламу.

Новоизбранный попечительский совет Общественного вещания инициировал принятие меморандума о взаимопонимании между ними и всеми избирательными субъектами об объективном освещении компании.

Несмотря на плюралистическую среду в СМИ, большинство выпусков остались под сильным влиянием владельцев СМИ и политических руководителей. Например, пять основных телеканалов находились под некоторым влиянием кандидатов и политических партий, которые создавали препятствия для освещения деятельности всех избирательных субъектов по принципу недопустимости дискриминации, как это предписано законом. Следствием этого стало отсутствие баланса в новостях на всех телеканалах, кроме Общественного телевидения. ЕНД получило большинство эфирного времени почти на всех студиях.

Большинство из наблюдавшихся телеканалов, включая и Общественное телевидение, посвятило значительную часть эфира деятельности властей. Например, 4 основных ТВ-канала транслировали 22-минутный новостной выпуск о встрече Президента, Кабинета Министров и местных органов власти в Кутаиси. ЕНД получило косвенную пользу от освещения в СМИ появление президента, министров и местных органов власти на церемониальных мероприятиях, а зачастую и в сопровождении мажоритарных кандидатов от ЕНД.

В ходе мониторинга телевидения в течение 6 недель выявилось, что Общественное телевидение посвятило одинаковое количество своих новостей о политике и выборах Объединенной оппозиции (18%) и ЕНД (17%). Хотя правящей партии получила однозначно позитивное освещение, освещение основного оппозиционного блока было в большинстве случаев нейтральным. Большая часть эфира была посвящена Президенту и Правительству, которые освещались в позитивном тоне.

«Рустави 2» и «МЗЕ» предоставили всестороннее и благосклонное информационное обеспечение партии власти. Из-за давления на журналистов со стороны некоторых представителей и сторонников основного оппозиционного блока, они объявили бойкот деятельности Объединенной оппозиции в своих новостных программах – «МЗЕ» до 26 апреля, а «Рустави 2» до 28 апреля. Оппозиция в ответ бойкотировала «Рустави 2» и «МЗЕ», обвинив их в предвзятости в пользу властей, и согласились только на интервью в прямом эфире. Когда «Рустави 2» и «МЗЕ» начали освещать деятельность основного оппозиционного блока в новостях, он все же оказался представлен гораздо меньше, чем власти и ЕНД. Например, «МЗЕ» в своих ежедневных новостях транслировали десятиминутную программу о местных Тбилисских новостях (оплачивалось муниципальной администрацией), что создало преимущество для кандидатов от ЕНД, баллотирующихся по одномандатным округам в Тбилиси; деятельность других кандидатов в этих округах не была так освещена. Аджара-ТВ действовала таким же способом. Местная Тбилисская телекомпания Кавкасиа, напротив, служила платформой для оппозиции, предоставляя основную часть своего времени Объединенной оппозиции и острой критике ЕНД.

ЦИК провела свой собственный мониторинг, наняв коммерческую компанию, и выпустила отчет по медиа-мониторингу. Хотя результаты выявили дисбаланс в новостях, Грузинская Национальная Коммуникационная Комиссия (ГНКК) не предприняла действий по исправлению ситуации. И ЦИК и ГНКК заявили в отчетах, что не получали жалоб относительно деятельности СМИ.

Жалобы и заявления

Избирательная администрация не смогла использовать своих широких полномочий для расследования нарушений, допущенных в ходе избирательной кампании. В ночь выборов Районные избирательные комиссии должным образом отреагировали на ряд жалоб, поступившие в своем большинстве от местных наблюдателей, и признали недействительными результаты выборов в 13 округах.

Жалобы и заявления, направленные в избирательную администрацию и суды первичной инстанции по поводу решений и действий избирательных комиссий, составили малое количество по сравнению с жалобами на нарушения в ходе предвыборной кампании. ЕНД направило только одну жалобу. Оппозиционные партии и местные наблюдатели выразили недоверие к избирательной администрации, судам и органам правопорядка из-за неспособности эффективно реагировать на жалобы. Это является признаком того, граждане боятся предоставлять информацию о криминальных нарушениях, связанных с выборами. Относительно высокая стоимость разбирательства дела в суде так же была расценена как отпугивающий фактор от подачи жалобы или заявления.

Процедура подачи жалоб и заявлений упростилась и была разъяснена по многим аспектам, но в ней остались противоречия и неоднозначные формулировки. Значительное количество жалоб (около 20%) не были рассмотрены должным образом из-за процедурных резонов. Крайний срок подачи жалоб на решения администрации и время рассмотрения жалоб и заявлений очень коротки (1-2 календарных дня), чтобы гарантировать справедливую процедуру и должную тщательность при рассмотрении. Заявители и лица, принимающие решения, оказавшись в столь тесных временных рамках, столкнулись с большими трудностями.

Избирательная комиссия и суд в большей своей части не рассмотрели жалобы и заявления должным образом, проявив при этом очевидную склонность в пользу правящей партии и государственных чиновников. В некоторых случаях они отказались заслушивать свидетелей по делу или рассматривать документальные доказательства, не были приняты к рассмотрению имеющие отношение к делу факты, принимались нездоровые трактовки закона, игнорировался дух закона, не принимались возражения по законодательству. ЦИК не обсуждала и не анализировала жалобы в систематическом и законодательно обусловленном порядке, и никогда не принимала законные возражения на свои решения. Юристы ЦИК часто представляли нездоровые и несообразующиеся с законом аргументы во время заседания ЦИК и в судах. В ходе одного судебного разбирательства юрист от ЦИК отстаивал мнение, что при рассмотрении жалоб членам ЦИК позволено голосовать согласно с «их внутренним убеждениям», не сообразуясь при этом с законом.

Три оппозиционные партии направили жалобы в суд, требуя аннулировать решение ЦИК о регистрации партийного списка ЕНД, заявляя, что список не был представлен в рамках определенной законом процедуры. Во время рассмотрения жалобы судья отказался выслушать свидетелей представленной подателем жалобы, чтобы установить состоятельность заявления, ссылаясь на не имеющие оправдания причины, такие как нехватка времени в предвыборный период и то, что показания свидетелей несущественны. После этого суд счел несущественным это дело, поскольку жалоба не сопровождалась подтверждающими доказательствами.

Было подано множество жалоб по поводу подкупа голосов избирателей кандидатами ЕНД и участия в избирательной кампании государственных служащих. Все эти жалобы были отвергнуты избирательной администрацией и судами. После их интерпретации, которая зачастую противоречила духу и букве закона, становится очевидным, что эти органы не считались со стандартами проведения демократических выборов. Такая интерпретация предоставила широкую свободу незаконного влияния на избирателей через подкуп голосов, смешение избирательной кампании с инициативами правительства, возможность для государственных служащих совмещать служебные обязанности с предвыборной агитацией, что создало неравные условия проведения выборов в пользу правящей партии. Суд издал постановление о том, что только кандидатам и уполномоченным от партии запрещено скупать голоса, тем самым остальным участникам кампании было разрешено поступать так.

Местные и международные наблюдатели

Сроки регистрации для местных организаций-наблюдателей изменился с 30 до 10 дней до дня выборов. Тем не менее, ЕИК не предоставил местным организациям возможности вносить изменения в свои заявки. ЦИК зарегистрировала 37 местных и 43 международных организации, среди которых 16 посольств, для наблюдения за выборами.

День выборов

День выборов, в целом, прошел покойно, хотя в некоторых регионах наблюдатели ММНВ оценили обстановку как проблемную. Вскоре после полуночи 22 мая ЦИК начал размещать на своем сайте присланные из избирательных участков результаты и протоколы голосования. В течение ночи ЦИК объявил недействительными результаты голосования на 13 избирательных пунктах из-за «тяжелых нарушений». По предварительным данным в голосовании приняли участие 55% населения.

ММНВ наблюдали процесс голосования на 1500 избирательных пунктах из всех 3.360, и приняли участие в подсчетах на 150 пунктах. ММНВ также наблюдал за подведением итогов в 73 РИК.

Открытая процедура была расценена положительно на 85% избирательных пунктах. Среди случаев нарушения процедуры были выявлены недостатки в следующих действиях: запись номера избирателей в протоколе (8%), печать ящика с бюллетенями (4%); запись серийного номера печати (6%), вложение контрольного листа в ящик с протоколами. Не имеющие доступа лица находились на 8% избирательных участков, однако только 3 из них пытались вмешаться или повлиять на работу окружных избирательных комиссий. Наблюдатели ММНВ доложили о незначительных опозданиях при открытии 41% избирательных пунктов, которые они посетили.

Наблюдатели ММНВ оценили процесс голосования «хорошо» и «очень хорошо» на 92% из осмотренных участков. Тем не менее, процесс был оценен более негативно в нескольких регионах: Шида Картли, Самцхе-Джавахети, Кахети, Гурия, Квемо Картли. Знание процедуры членами ОИК и избирателей были положительно оценены на подавляющем большинстве избирательных участков.

Большинство из распространенных нарушений процедуры были связаны с маркировкой избирателей. На 11% участков, которые посетили наблюдатели, избиратели не всегда проверялись на наличие невидимой чернильной метки, а на 9% чернильная метка не всегда наносилась. Наблюдатели ММНВ доложили о том, что на пяти участках было позволено проголосовать избирателям, которые уже были помечены невидимыми чернилами. Другие нарушения были связны с неправильно запечатанными ящиками с бюллетенями. (4%), серией похожих друг на друга подписей (2%), голосование по доверенности и голосование одного избирателя внесение одним человеком нескольких избирательных бюллетеней (2%). Наблюдатели ММНВ стали свидетелями 12 случаев забрасывания в урны фальшивых бюллетеней и 8 случаев «карусельного» голосования. В 5% из осмотренных избирательных пунктов не все избиратели голосовали тайным образом.

ММВН обнаружили проблемы с организацией выносных урн для голосования, в частности, избиратели, которые просили о переносном голосовании, не были отмечены в основных и особых избирательных списках. (2%). Доля избирателей, вошедших в дополнительный список, превысила 10% на 10% из посещенных участков.

Обстановка внутри и вокруг участков для голосования была порой проблематична. Напряжение было отмечено внутри 6% посещенных участков, в 4% случаев напряжение и беспорядки отмечались в окрестностях избирательного пункта. В 1% избирательных пунктов отмечалось запугивание, а в 3% — попытки отдельных лиц повлиять на избирателей. Материалы предвыборной агитации были зафиксированы на 3% пунктов для голосования. Наблюдатели ММНВ докладывали о случаях, когда избирательные пункты были переполнены и случаях, когда избиратели выстраивались в большие очереди перед избирательными участками (6% пунктов).

На 21% из всех посещенных избирательных пунктов не все избиратели нашли себя в списках; в целом, количество недовольных избирателей было ограниченным. На 1% избирательных участков избиратели не были допущены к выборам по незаконным причинам. Бюллетени на языках национальных меньшинств были широко распространены в районах компактного проживания меньшинств.

Местные наблюдатели были представлены в 83 % избирательных участков, которые посетили наблюдатели ММНВ, представители партий и блоков присутствовали на 98% участков. ММВН отметила случаи, когда наблюдателям и представителям партий были созданы препятствия в исполнении их обязанностей, когда их запугивали или выдворяли из избирательных пунктов. Неуполномоченные лица, чаще всего полицейские и партийные активисты были замечены в 5% из всех избирательных участков. Было составлено 16 докладов о таких лицах, напрямую вмешивающихся в работу ОИК.

В 12% избирательных пунктов были составлены официальные жалобы, и ближе к концу голосования случаи подачи официальных жалоб увеличивались. НПО и партии докладывали о том, что наблюдателям и партии создавались препятствия при составлении жалоб.

Процедура подсчета голосов была оценена менее позитивно: приблизительно 22% наблюдателей ММНВ оценили этот процесс как «плохо» и «очень плохо». Значительная часть окружных избирательных комиссий перед тем, как вскрыть урны, не выполнили базовых процедур, таких как подсчет и внесение в протокол количества подписей в избирательном списке и количества неиспользованных бюллетеней.

Математическая проверка, обязательная вначале и после самого подсчета голосов, часто игнорировалась. В одном из трех случаев подсчета голосов, результаты выбора избирателей не оглашались вслух. Определения действительности бюллетеней были не всегда обоснованны и последовательны. Неуполномоченные лица часто присутствовали на участках и временами участвовали в процессе подсчета. Наблюдатели ММНВ доложили о трех случаях откровенной фальсификации.

Многие окружные комиссии столкнулись с проблемами при заполнении окончательного протокола и перепроверили данные, внесенные в протокол ранее. Были обнаружены случаи преждевременного подписания протокола. Но многие избирательные комиссии не отослали копии этих протоколов на общественную проверку, как этого требует закон. Более чем в половине избирательных пунктов, в которых ММНВ наблюдала за подсчетом, избирательные комиссии не передали протоколы сразу после подсчета по факсу в ЦИК.

Процесс подведения итогов был оценен критически в 16% РИК. Наблюдатели ММНВ особо отметили присутствие лиц, не обладающих полномочиями в ЦИК, которые заполняли или исправляли протоколы, поступившие в РИК из ОИК, не имея разрешения на это. В двух третях всех РИК не все протоколы были заполнены должным образом. Во множестве РИК наблюдатели отметили отсутствие транспарентности и наличие препятствий в работе наблюдателей. Большое количество РИК окончили подсчет голосов в ночь сразу после выборов. Представители некоторых РИК заявили наблюдателям, что они закончат подсчет голосов только ко времени истечения отведенных законом сроков (до 31 мая).

Материал подготовлен в партнерстве с фондом имени Конрада Аденауэра в рамках проекта «Прозрачность парламентских выборов в Грузии».

Комментарии

ПОДЕЛИТЬСЯ