Кадыр Аргун: Роль гражданского общества в построении мира – взгляд из Сухуми

1597

Сайт newcaucasus.com является партнером НПО “Кавказский центр гражданских слушаний” по организации и освещению Кавказских гражданских слушаний, проводимых в Армении совместно с партнерами из Сухуми, Цхинвали, Тбилиси. Проект осуществляется в рамках программы COBERM, финансируемой Европейским Союзом под управлением Программы Развития ООН.

1399496070_argun_kadirВ столице Армении Ереване прошли гражданские слушания на тему “Роль и влияние гражданского общества в процессе построения мира”. Докладчиками выступили: Кадыр Аргун – журналист газеты “Нужная” (Сухуми), Ирина Яновская – руководитель НПО “Журналисты за права человека” (Цхинвали), Звиад Мчедлишвили – журналист Общественного ТВ, Радио “Свобода” (Тбилиси).

В слушаниях также приняли участие: из Цхинвали – Зарина Тедеты (председатель гуманитарного фонда “Комитет семей погибших без вести пропавших”), Алан Джуссоев (НПО “Твой выбор Осетия”) и Игорь Чочиев (журналист); из Сухуми – Роин Агрба (историк, журналист), Анаид Гогорян (медиа-клуб “Аинар”); из Тбилиси – София Тетрадзе (журналист ТВ 3), Зураб Двали (главный продюсер Общественного ТВ Грузии), Гога Апциаури (Радио “Свобода”). Модератор – редактор интернет-издания Epress.am Юрий Манвелян (Армения).

Мероприятие состоялось в рамках программы COBERM, финансируемой Европейским Союзом под управлением Программы Развития ООН. Организатор – Кавказский центр гражданских слушаний (Грузия).

Предлагаем выступление Кадыра Аргуна полностью:

Когда мы говорим миротворчестве, то понимаем, что речь идет о конфликте. Понятно, что миротворчество востребовано там, где есть конфликты. То есть, речь идет о странах со слабой правовой системой, которая при разрешении конфликтов не может полагаться на законодательную базу или нормы международного права.

Сегодняшний формат встречи для меня первый, и загружать Вас терминологией я нее собираюсь, так как здесь, наверное, собрались люди с большим опытом миротворческой деятельности. Просто на примерах своей страны попытаюсь объяснить свое скептическое отношение к миротворчеству как к таковому, а затем перейти к роли НПО в миротворческих программах. Конечно, никто не спорит, что в странах Кавказа у миротворчества глубокие корни, и все прекрасно знают о том, что традиции решения существующих конфликтов, возникавших как на бытовой, так и на любой другой почве решались старейшинами родов. Когда наши люди говорят о миротворчестве, то имеют ввиду именно такого рода сходы, о которых говорят как о народной дипломатии. Позволю себе выразить сомнение в том, что данное сравнение уместно, всего лишь по одной причине – на подобного рода сходах принимались совершенно конкретные решения, которые выполняли роль закона и были обязательны к исполнению. То миротворчество, о котором мы с вами ведем речь сегодня, не выполняет этой функции – ее опять же должен выполнять закон. Так как сегодня мир изменился, существуют другие правила, для решения данного вопроса мы всегда придем к одному, к закону, а игры в демократию всегда приводят к разногласиям. Более того, миротворчество с которым мы сталкиваемся на различного рода площадках, круглых столах – это поиск компромиссов, иногда спускание пара и увод от главной темы. Вот поэтому оно, чаще всего несет на себе негативную роль для общества. А нам нужен результат.

Все конфликты, которые возникают в наших обществах, на мой взгляд, свидетельствуют о том, что эта система миротворчества не работает на благо общества. К моему большему сожалению, наши общества все сотканы из конфликтов – между простыми людьми, между обществом и властью, имущественных, семейных, этнических, экономических и т.д. В подтверждение моего скептического примера приведу один, свежий конфликтный пример между двумя ветвями власти – законодательной и исполнительной. Глава государства присылает законодателям закон о бюджетном устройстве, в котором прописано поступление 10% бюджета в фонд президента. Конфликт. Позиция одной стороны понятна. Позиция второй стороны – создание общего бюджетного фонда, контроль за распределение средств из этого фонда и т.д. И дальше «миротворческие инструменты». Компромисс найден – не 10, а 5%. Я очень сомневаюсь, что это компромиссное решение будет полезно для нашего общества, потому что сам факт концентрации ресурсов в руках одного человека – на 10 или 5% неважно – не может быть положительным. Принятие иного компромиссного решения невозможно априори, потому что компромиссы работают в пользу стороны, у которой сосредоточен более существенный ресурс.

Теперь о миротворчестве неправительственных организаций, которых в Абхазии на сегодняшний день большое разнообразие. Те, кто существуют на международные гранты и те, кого поддерживает власть. Другой категории НПО в нашей стране чрезвычайно мало. В первые послевоенные годы деятельность большинства НПО была направлена на решение чисто гуманитарных целей – поддержание ветеранов войны, решение социальных проблем, преодоление психологических последствий. Чуть позже НПО стали подключать к обсуждению вопросов грузино-абхазского урегулирования, что на тот момент имело смысл, так как страна, пережившая войну находилась в блокаде и любая площадка была важна для того, чтобы довести до мирового сообщества позицию страны, ее населения. Следует отметить, что абхазские НПО со дня их образования сделали немало для оказания гуманитарной помощи населению и смягчению блокадных санкций, в поиске путей мирного урегулирования грузино-абхазского урегулирования. Однако «позиции», давшие ответственность представителям НПО, в дальнейшем стали противовесом общественным настроениям и общество стало с подозрением относиться к внешнеполитическим «инициативам» представителей НПО и поддерживающим их спонсорам. Так называемая «трансформация конфликта», программа, предложенная Грузией и европейским сообществом, была принята для рассмотрения и обсуждения экспертами НПО как альтернатива отсутствию любых по данной проблеме договоренностей. Необходимо отметить, что политика «трансформации» не была широко известна в обществе и ее обсуждение носило больше «кулуарный», закрытый характер, несмотря на многочисленные публикации экспертов НПО в своих же бюллетенях и других узко используемых источниках. Трансформация конфликта – это миротворческий подход, основанный на ненасильственных методах диалога, переговоров с целью изменения позиций конфликтующих сторон, их представлений о своих интересах и целях, общего контекста и среды протекания конфликта и т.д. После признания 2008 г. этот подход стал восприниматься обществом как явно устаревший, т.к. общественные настроения исходят из того, что Абхазия выиграла войну и получила международное признание, и единственное, о чем можно говорить с Грузией – это признание независимости Абхазии и реабилитация разрушенной после военной агрессии Грузии экономики страны. Между тем, НПО сосредоточены на проектах построения доверия, не имея для этого базы, которая могла бы обеспечить это самое доверие народов – т.е. признания независимости со стороны Грузии, как и признания ее ответственности за агрессию. Позиция представителей НПО и их закрытость порождают различного рода подозрения в обществе как к самим представителям, так и к спонсорам этих организаций. Насколько это будет способствовать политике «трансформации» сказать трудно, ибо «вбросы», проведенные в социальную сеть, показывают однозначно негативную оценку проводимым переговорам за спиной общества. Именно закрытый характер и неготовность представителей гражданского экспертного сообщества к широкому их обсуждению вызывают столь неоднозначные оценки. На фоне обнажившихся в последнее время в стране внутриполитических скандалов по незаконной паспортизации населения Галского района, есть основания допускать незавидную роль в этом и НПО, которые следуя принципам «трансформации конфликта» оказывали попустительство незаконными решениям. Следует отметить также чрезмерную политизацию НПО во внутриполитических конфликтах, противостоянии оппозиционной части общества и власти, причем в поддержке последней. Замалчивания острых проблем с нарушениями прав человека, перевода их в другое русло. Практически весь сектор НПО, за редкими исключениями, сегодня откровенно провластный и представлен во многих институтах власти (МИД, СМИ) и официоза (Общественная Палата, не имеющего ничего общего с обществом кроме названия). В конфликтах власти и оппозиции НПО, как правило, проводят политику власти. А в ситуациях, когда требуется реальная защита таких общепринятых стандартов как свобода слова и выражения мнения, НПО предпочитают хранить молчание (например, судебный процесс над журналистом Антоном Кривенюком, осужденным на 3 года условно за статью о железнодорожном кредите по иску президента Багапш о клевете в его адрес. Защитником Кривенюка выступили Ассоциация журналистов Абхазии и юрист Фонда «Гражданская Инициатива и Человек будущего» Тамаз Кецба). Больше ни одно НПО не поддержало журналиста. Сегодня очевидно, что сеть НПО, возникших в послевоенный период несет ряд негативных последствий для самих НПО и их роли в обществе. Это очень закрытые организации, о проектах которых ничего не известно обществу, с очень жесткой внутренней структурой, не позволяющей проводить смену руководителей. Неготовность к открытому обсуждению тем, которыми они занимаются, порождает различное недоверие и подозрения в обществе. Попытка же призвать их к диалогу встречается в штыки и переводится на личностные проблемы оскорбительного характера. Нетерпимость к критике и полная автономность организации вызывает к ней больше вопросов со стороны общества и независимых экспертов. Многие, кто сталкиваются с реакцией НПО на критику, удивляются их неспособности к конструктивному ее восприятию и некий тоталитарный по духу климат консолидированных позиций по всем вопросам. НПО полностью дистанцировались от процессов, происходящих в обществе и по сути лишь имитируют свою деятельность. Экологические, социальные и многие другие конфликты, которые в последнее время просто заполонили наше общество – НПО не занимают никакой позиции, в том числе и миротворческой.

Чтобы на более позитивной ноте завершить свое выступление, скажу, что международным спонсорам на средства которых и существуют многие НПО, стоит проанализировать и их деятельность, и свою роль в поддержке тех или иных программ с точки зрения результативности и полезности для общества. Усиление гуманитарного аспекта, развития экономических и социальных программ, программ образования, здравоохранения, культуры и независимых СМИ будут способствовать деполитизации деятельности НПО.

 

Фото newcaucasus.com

ПОДЕЛИТЬСЯ