Георгий Кунадзе: Россия, Китай, США никогда не откажутся от права вето на решения СБ ООН

220

Расследовать, насколько законно Россия является членом Организации Объединенных Наций предложил представитель Украины в ООН Сергей Кислица. Как заявил украинский дипломат, никто не голосовал за право России войти в состав ООН после развала Советского Союза в 1991 году.

Бывший заместитель министра иностранных дел России в 1991 году Георгий Кунадзе в эксклюзивном интервью newcaucasus.com рассказывает о событиях тех дней.

– Георгий Фридрихович, представитель Украины в ООН заявил о том, что решение о членстве РФ в Совете Безопасности ООН (вместо СССР), принималось за кулисами ограниченным количеством стран, которые считали, что имеют на это право…

– Тогда в министерстве иностранных дел России я отвечал за Азию. Но, тем не менее, хорошо помню, как все происходило. Я хотел бы сказать, что правопреемниками СССР стали все союзные республики. Начиная от Украины и заканчивая, например, Таджикистаном.

Все советские республики в 1991 году стали суверенными государствами. И все они, кроме Российской Федерации были приняты в Организацию Объединенных Наций как новые государства. С Россией ситуация была несколько иной. Россия стала не только правопреемником, но и легальным продолжателем СССР. Эта формула уже была задействована в ситуации с Китаем. Китай был представлен в ООН тайваньским правительством во главе с Чан Кайши. В 1949 году режим Чан Кайши на китайском материке был свергнут. Победили китайские коммунисты, которые провозгласили новое государство – Китайскую Народную Республику. Но при этом место в ООН и Совете безопасности организации осталось за Китайской Республикой.

В условиях, когда и Китайская Народная Республика, и Китайская Республика на Тайване равным образом считали себя единственными законными представителями китайского народа, то, естественно, принять КНР в ООН, не изгнав при этом из организации Китайскую Республику Тайвань было невозможно. И до 1972 года в ООН заседали представители Китайской Республики, которая обосновалась на острове Тайвань. Что же касается России, то она была признана официальным правопреемником СССР. Это означало, что все обязательства, которые нес СССР по многочисленным договорам, были возложены на Россию.

Главная же подоплека всей этой конструкции состояла в том, что когда распался СССР, весь мир и великие державы беспокоило не то, в каком статусе Россия будет присутствовать в ООН, а их беспокоила судьба советского ядерного оружия, которое размещалось на территории не только РФ, но и других ныне независимых государств. Именно ядерное оружие сыграло ключевую роль в том, как был урегулирован вопрос членства России. Запад очень беспокоил риск расползания ядерного оружия. Они говорили так: ядерное оружие размещалось на территории Украины, Беларуси и Казахстана, следовательно, если ничего не делать, то вместо одной ядерной державы возникнет четыре, с которыми придется каким-то образом снова договариваться об ограничении ядерных вооружений. Эта перспектива представлялась тогда главной опасностью, главной угрозой, которая могла возникнуть в результате распада СССР.

Когда вопрос членства России в ООН в качестве продолжателя СССР стал реально на повестку дня, то Россия во всем мире воспринималась как флагман демократии на территории бывшего СССР. В конце концов именно российский народ – в первую очередь москвичи и питерцы одержали победу над путчем ГКЧП. Путч стал серьезной угрозой реставрации коммунистической власти СССР. И только благодаря мужеству защитников Белого Дома – я был одним из них вместе со своим сыном, – ГКЧП был повергнут. Вы не представляете, насколько популярна была в тот период времени, правда, недолго, Россия в мире. Я думаю, что Россия тех лет, наверное, уступала бы популярности Украины наших дней, но тогда популярнее России среди республик бывшего СССР в мире не было.

Идея применить формулу государства-правопреемника СССР принадлежала отнюдь не России. В оригинале она принадлежала Великобритании.

В тот день, когда министр МИД РФ Андрей Козырев подписывал в Беловежской Пуще декларацию о роспуске СССР, в МИД России позвонили из Великобритании. Со мной говорил министр иностранных дел Великобритании Дуглас Херд. Он буквально по пунктам излагал предложения, которые Британия рассчитывала, что Россия примет. Одно из них состояло в том, что Россия провозгласит себя государством-правопреемником СССР. И, поскольку эту инициативу предложила Великобритания, вопрос был решен легко и просто.

Россия тогда заявила о своем намерении стать нормальным цивилизованным членом цивилизованного сообщества государств…

– В 2020 году в РФ была принята новая конституция, в которой записано, что субъекты федерации передают часть суверенитета Кремлю. Не свидетельствует ли это о том, что сегодня в Совбезе ООН находится совершенно иное государство, с иной конституцией, нежели то, что было принято в ООН в начале 90-х?

– Нет. Государственное устройство государств-членов ООН не относится к компетенции ООН. Это исключительно их внутреннее дело. Разумеется, нынешняя Российская Федерация отличается от той Российской Федерации, как небо и земля. Ничего более антагонистического, чем сопоставление Российской Федерации тех лет и наших дней, я себе представить не могу. То, что Россия называет конституционной реформой, я называю конституционным переворотом. Но никто в мире не может ничего против этого возразить. Да, можно и нужно относиться критически, и заслуженно критически к той политике, которую проводит Россия – не только внешней, но и внутренней, поскольку внешняя всегда произрастает из внутренней.

– А возможно исключить Россию из Совбеза или лишить ее права голоса в тех вопросах, в которых она грубо нарушает нормы международного права?

– Не только международного права, но и международной морали, и это, конечно же, насущная проблема Организации Объединенных Наций. Но никаких реальных способов каким-то образом ограничить права России как постоянного члена Совета Безопасности ООН или тем более просто исключить ее из состава Совета Безопасности, нет. Все дело в том, что ООН возникла после Второй мировой войны, по итогам которой страны-победительницы, страны антигитлеровской коалиции, победившие в войне, и стали членами Совета Безопасности. Тогда вопрос о том, что между ними могут возникнуть антагонистические противоречия, по большому счету, не стоял.

Хотя, уже сразу после окончаний войны, фактически, на второй день, а может даже и раньше, почти всем стало ясно, что времена тесного сотрудничества и, как казалось, искренней дружбы между СССР и западными союзниками уже прошли. Дружба оказалась совсем не вечной. Появились острые противоречия, острая конфронтация.

И сейчас мы видим серьезные вызовы, которые стоят перед ООН – между государствами-членами Совбеза нет единства. Острая конфронтация, которую начала Россия с окружающим миром, со всеми странами Запада, с другими членами Совета Безопасности, за исключением Китайской Народной Республики – приводит к тому, что сложные вопросы, которые возникают и будут еще нередко возникать в работе Совета Безопасности, не могут получить адекватного решения. Потому что, либо Россия и Китай с одной стороны, либо США, Великобритания и Франция с другой стороны применят право вето, и решение не будет принято.

Боюсь, что никакой универсальной формулы, способной изменить структуру Совета Безопасности, пока нет. В частности, уверяю вас, что ни Россия, ни Китай, ни США никогда не откажутся от своего права вето на решения Совета Безопасности.

Есть одна альтернативная инициатива, которая, на мой взгляд имеет гораздо больше логики и могла быть эффективной. Согласно общего положения устава ООН, когда эта международная организация в любом формате рассматривает какой-то межгосударственный конфликт, то страна-участник конфликта не может участвовать в голосовании.

Многие специалисты по международным отношениям считают, что ООН проще распустить, чем реформировать. Эта точка зрения имеет свою логику и основания. Другой вопрос, что, если цивилизованному сообществу удастся лишить Россию права вето на решения СБ, то Россия выйдет из ООН. К сожалению, мир, мировая политика сегодня находятся в глубочайшем экзистенциальном тупике, выхода из которого я, признаться, не знаю…

– Георгий Фридрихович, на какой незаданный мной вопрос Вы бы хотели ответить?

– Сейчас главное – не ООН, где каждое выступление представителя России превращается в трагикомедию – все эти рассуждения о боевых комарах и тому подобный бред. И, к сожалению, реформирование ООН – вопрос долгосрочный. А немедленный, главный вопрос на повестке дня мировой политики – это, конечно же, война, которую Россия развязала против Украины. Пока война не завершилась, и не завершилась в интересах мира и справедливости, не завершилась восстановлением территориальной целостности Украины, то есть восстановлением ее в тех границах, в которых она существовала на момент распада СССР, до тех пор никакие вопросы ничего принципиально не изменят. Этот вопрос, по моему твердому убеждению, будет иметь судьбоносное значение для будущего мира и будущего мировой цивилизации в целом.

Беслан Кмузов, специально для NewСaucasus.com