Абхазия – Россия: гармонизация законодательств или…

3247

В Абхазии не утихают споры о том, к чему может привести и вообще нужна ли «программа формирования общего социального и экономического пространства» между Российской Федерацией и Абхазией, подписанная президентами Асланом Бжания и Владимиром Путиным еще в ноябре прошлого года.

Многие задаются вопросом, а нужно ли было подписывать данный документ?

Напомним, что 12 ноября 2020 года в Сочи прошла встреча между президентами России и Абхазии. На переговорах были озвучены идеи дальнейшего укрепления сотрудничества, в очередной раз заявлено о дружеских и союзнических отношениях между странами. Одним словом, рутинные дела двух дружественных стран. И все бы ничего, если бы на сайте президента Абхазии не появился документ под заголовком: «Программа формирования общего социального и экономического пространства между Российской Федерацией и Республикой Абхазия на основе гармонизации законодательства РА и РФ». Эта новость вызвала серьезный и неоднозначный резонанс в Абхазии.

Договор состоит из 45 пунктов и его отличие от предыдущих соглашений в том, что оно обязывает Абхазию гармонизировать законодательную базу в соответствии с российским законодательством. На первый взгляд все выглядит логично. Россия имеет большой опыт в законотворчестве и могла бы посодействовать в модернизации абхазского законодательства, приблизить его к международным стандартам. Но это ли предполагает «Программа формирования»?

Рассмотрим ключевые пункты соглашения.

Статья 37 гласит: «разработка и подписание меморандума и плана графика приведения законодательства Республики Абхазия в соответствии с законодательством Российской Федерации, регулирующим деятельность некоммерческих организации и иностранных агентов».[1]

Пока сложно говорить, будет или нет принят этот «регулирующий» закон, но в соответствии с документом уже принят план действий. Работу над самим законом планируется начать в 2021 году, а его подготовка поручена  министерствам юстиции Абхазии и России, а также министерству экономического развития Российской Федерации.

О своем отношении к этому пункту рассказал абхазский общественно-политический деятель Ахра Бжания: «Я удивлен тем, что этот пункт попал в документ, и, тем более, был подписан. Да, в российском законодательстве есть неправительственные организации, которые определяются как «иностранные агенты», со всеми вытекающими. Но те организации, которые работают в Абхазии и зарегистрированы здесь, я считаю «абхазскими агентами». [2]

«К нам за уши притянуты те понятия, которые предлагаются. Я считаю, что, конечно, это нельзя принимать. Это не только будет означать сужение пространства для свобод, это будет еще и посыл, как мне кажется, для мира всего, который пока нас не признает, но который видит разницу между Абхазией и некоторыми другими странами, где НПО в таких неблагоприятных условиях работают… Это будет такой посыл, что Абхазия закрывается», – считает член совета директоров одной из старейших неправительственных организаций Абхазии «Центр гуманитарных программ» Лиана Кварчелия.

Посыл, который исходит из этого пункта программы,понятен. Он направлен на полный контроль деятельности НПО в Абхазии. В самой России закон об иностранных агентах был принят еще в 2012 году. Стратегический союзник предлагает пойти по его стопам и максимально усложнить жизнь неправительственным организациям, хотя их деятельность в Абхазии направлена на укрепление государственности, развитие гражданского общества, формирование в обществе мировых ценностей. По словам представителя одного из НПО – это еще и «окно в мир», возможность рассказать об Абхазии, ее культуре, традициях и т.д. Если же понятие «иностранного агента» будет внедрено в абхазское законодательство, то многим НПО просто придется свернуть свою деятельность на территории Абхазии.

Другой пункт программы, касающийся вопросов привлечении в абхазскую энергетику российских инвестиций, также вызвал острую полемику в абхазском обществе: «Разработка и принятие нормативных и правовых актов Республики Абхазия, регулирующих привлечение инвестиций российских электросетевых компаний в целях развития и модернизации электросетевой инфраструктуры и обеспечение энергобезопасности Республики». Указывается и срок реализации этого пункта – июнь 2021 года.[3]

Энергетика Абхазии давно находится в упадке, у страны элементарно нет финансовых возможностей на ее реабилитацию и восстановление. Президент Бжания озвучивал цифры в 20 миллиардов рублей, которые необходимыдля полного восстановленияи модернизации энергосистемы. Таких денег у Абхазии нет и найти их не представляется возможным.

Особенно остро проблемы энергетики проявились осенью-зимой 2020-2021 гг., когда начались массовые отключения электроэнергии и люди вынуждены были обходиться без света по 6-8 часов в зимний период, когда Абхазия находилась на пике пандемии коронавируса.

«Контрольный выстрел» в голову абхазской энергетике был произведен добытчиками криптовалюты, так как индустрия майнинга за последние пару лет приобрела невиданные масштабы. Так совпало, что в этот период основной источник электроэнергии в Абхазии – ИнгурГЭС остановился на ремонт. Абхазия запросила переток электроэнергии из России, за которую платила из средств российской же инвестиционной программы.

Всё это породило сомнения по вопросам привлечения инвесторов. И как требует последний договор, Абхазия должна изменить свое законодательство и разрешить инвестировать в энергосистему. Напомню, что в 2017 году парламент принял «Закон Республики Абхазия об электроэнергетике».[4] А этим законом запрещаются любые иностранные инвестиции в абхазскую энергетику, которая остается государственной собственностью. Программа «гармонизации» же предлагает устранить это «препятствие», и потом можно будет установить, как сказано в документе, «экономически обоснованный тариф на потребляемую электроэнергию» — вместо нынешних 40 копеек за киловатт/час.[5]

Наверное, «Программа формирования общего социального и экономического пространства между Российской Федерацией и Республикой Абхазия на основе гармонизации законодательства РА и РФ» имеет как позитивную, так и негативную сторону, а сам документ охватывает практически все социально-экономические аспекты. К большому сожалению, Абхазия не в состоянии решить данные проблемы самостоятельно без помощи Российской Федерации.

В этой статье я коснулся двух самых острых пунктов, которые, на мой взгляд, являются попыткой вмешательства во внутренние дела другого государства. В программе «гармонизации» есть пункты, вполне понятные в отношениях стран-партнеров: урегулирование вопросов двойного гражданства и двойного налогообложения, таможенных правил, тарифов, цифровизации экономики, социального обслуживания граждан и многое другое.

Вызывает удивление, почему документ, который направлен по большей части на развитие экономики, включает такие пункты как регулирование деятельности «иностранных агентов». В чем надобность такого подхода? Чего опасается Россия, которая уже многие годы требует от Абхазии принятия данного закона?

Абхазии не стоит забывать о своих национальных интересах и собственном законодательстве. Данная программа же больше похожа на замену одного законодательства другим, что в каких-то сферах соответствует интересам граждан Абхазии, а где-то может идти вразрез с интересами государства.

Вениамин Авидзба, специально для newcaucasus.com

[1]http://presidentofabkhazia.org/upload/iblock/dc5/programma-_1_.pdf

[2]https://www.ekhokavkaza.com/a/30978611.html

[3]http://presidentofabkhazia.org/upload/iblock/dc5/programma-_1_.pdf

[4]http://gazeta-ra.info/index-1.php?ELEMENT_ID=15784

[5]https://novayagazeta.ru/articles/2021/04/05/prisoediniatsia-k-rossii-ne-dlia-togo-my-voevali-s-gruzinami

P.S. Материал содержит терминологию, используемую в самопровозглашенной республике Абхазия