С абхазским паспортом по миру?

1253

Руслан (имя изменено по его просьбе) родился и вырос в послевоенной Абхазии. Его родители на пенсии: отец – ветеран грузино-абхазского вооруженного конфликта, сейчас занимается частным извозом, а мать, работавшая преподавателем в одной из сухумских школ, посвятила себя домашнему хозяйству.

Руслан, как и его родители, имеет два гражданства: самопровозглашенной Абхазии и Российской Федерации. Соответственно, у парня два паспорта. Оба документа предусматривают право их владельца на посещение других стран, но фактически такую возможность дает только один из его паспортов – российский. И то не в полной мере. По словам Руслана, жителям Абхазии сложно выехать с российским документом в ту же Европу. В посольствах стран ЕС могут запросто отказать заявителю в визе, если видят в его российском паспорте абхазскую регистрацию. Руслан считает, что даже пометка о месте рождения, указанном в российском паспорте, как Абхазия, может стать причиной для отказа.

«Я сам не бывал в Европе, но часто слышал подобные истории от знакомых. Некоторым в посольствах прямо говорят, что им надо получать визу в Грузии, так как там считают Абхазию частью Грузии. Конечно же, никто в Грузию за визами не едет. В Россию официально я могу попасть с абхазским паспортом, но все-таки езжу туда с российским документом. Так проще, на границе меньше внимания, да и как-то логичнее находиться в России с российским паспортом. А вот с абхазским паспортом я могу проголосовать на выборах в Абхазии, и, пожалуй, на сегодня это основная его функция, которая реально работает», – говорит Руслан.

Несмотря на то, что абсолютное большинство жителей Абхазии имеют российское гражданство (абхазы, как граждане РФ, также принимают участие в российских выборах), тем не менее там есть люди, которые имеют только абхазское гражданство, и соответственно только абхазский паспорт.

«Это значительно усложняет положение этих людей, – рассказывает Александр, в прошлом сотрудник одной из властных структур Абхазии, – получить российское гражданство стало сложнее, и по сути эти люди являются безвыездными. Да, они могут попасть в Россию, но весь остальной мир для них закрыт. Для молодежи это однозначно большая проблема».

Александр (фамилия умышленно не называется) работал в правительственной структуре Абхазии несколько лет назад. Он не хочет называть точный период, так как опасается, что его слова могут быть восприняты за официальную позицию той власти, во время правления которой он был чиновником. Тем не менее, по его словам, в политических кругах Абхазии действительно существует мнение, что нужно добиваться от Тбилиси признания абхазских паспортов вне привязки к требованию признать независимость. По мнению Александра, такой шаг мог бы быть полезным и для самого Тбилиси.

«Те граждане Абхазии, которые путешествуют по миру, делают это через Россию. А если бы Грузия признала наши паспорта, если бы они признавались в мире, то уверяю, большинство абхазов путешествовали бы именно через Грузию. Бог с ними, с правилами пересечения грузино-абхазской границы, все можно обговорить так, чтобы довольны остались все стороны, но зато из Абхазии шел бы уверенный регулярный поток пассажиров в тот же аэропорт Кутаиси. Учитывая то, с чем нам приходится сталкиваться при переходе границы с Россией, то никто бы даже не взглянул в сторону России, все бы летали через Грузию. А разве это не выгодно самой Грузии? Я уже не говорю о том, что это дополнительные контакты, это рост доверия. Если послушать грузинские власти, то они ведь именно этого добиваются. Разумеется, это не решило бы всех проблем, которые есть между нашими странами, и уже тем более не решило бы вопрос статуса, но дало бы мощный стимул к дальнейшим контактам и переговорам, абхазы бы увидели, что от Грузии есть реальное желание идти на встречу, а не только громкие слова о братстве и примирении. Но Тбилиси все это игнорирует», – говорит Александр.

Грузинский политолог и конфликтолог, участник ряда грузино-абхазских неправительственных встреч Георгий Канашвили подтверждает: тема признания паспортов Абхазии со стороны Тбилиси действительно поднималась абхазской стороной на встречах разных форматов.

«Да, звучат такие разговоры, что в силу того, что абхазские паспорта не действуют на международном уровне, и перемещаться с этими паспортами невозможно, то из-за этого абхазы получают российские паспорта, и соответственно больше привязываются к России. И если бы произошло признание абхазских паспортов (со стороны Тбилиси) в какой-либо форме, например, признание только с целью перемещения их владельцев, то их приравняли бы к проездным документам. По крайней мере, о таком формате шла речь. Они (абхазская сторона) приводили в пример ситуацию Кипра, а именно Турецкой Республики Северного Кипра, паспорта которой, как проездной документ, признают США и Великобритания», – рассказывает Канашвили.

При этом политолог считает, что обсуждение признания абхазских паспортов со стороны Тбилиси сегодня невозможно.

«Этот вопрос даже несерьезно обсуждать, так как в последние годы между Тбилиси и Сухуми нет никаких предметных дискуссий ни по каким вопросам. Невозможно попасть в 10 класс, не пройдя до этого обучение в 9, 8, 7 классах. Стороны сегодня очень отдалены друг от друга. Есть Женевские дискуссии, где встречаются стороны, но это, в принципе, грузино-российский формат, и об этом говорит и сама грузинская сторона. По большому счету, сегодня формально нет ни одного формата, где бы грузины и абхазы могли напрямую говорить друг с другом. Нужно начинать диалог с абхазами в тех или иных закрытых или открытых форматах, и тогда может быть появится возможность договориться о каких-то шагах, которые будут способствовать росту доверия между нами. Но я не думаю, что этот путь надо начинать с вопроса признания паспортов. Также несерьезно было бы начинать этот диалог сразу же с вопроса возвращения грузинских беженцев в Абхазию. Это темы совершенно другого разряда. Диалог нужно начинать с элементарных вопросов, решение которых необходимо для того, чтобы приблизиться к разрешению более важных вопросов», – заключает Канашвили.

В свою очередь другой грузинский политолог Гела Васадзе считает, что признание абхазских паспортов со стороны Тбилиси, по сути, означает признание государственной независимости отколовшегося региона. Потому, по его мнению, никакой выгоды для Грузии в этом нет. Но также, уверен Васадзе, нельзя оставлять жителей Абхазии без права на возможность перемещения.

«Кто мешает тем, кто хочет ездить, получать грузинские паспорта? Думаю, что никто не мешает. У нас очень либеральное законодательство. Кстати, украинские коллеги считают, что у нас слишком либеральное законодательство по этому поводу, и так делать нельзя. Но я с ними не согласен. Я считаю, что как раз-таки к населению Абхазии, независимо от национальности, абхазы это будут, или грузины, или люди другой национальности, мы должны быть максимально открытыми. Но мы должны быть открытыми в рамках нашей государственности, а не за счет нашей государственности», – говорит Васадзе.

Официальный Тбилиси значительно упростил процедуру получения гражданства для жителей Абхазии и Южной Осетии. По сути, этим людям достаточно лишь просто изъявить желание, и без всяких лишних процедур им вручат грузинский паспорт. Кроме того, Тбилиси предлагает жителям Абхазии и ЮО еще и т. н. нейтральные паспорта. Особенность этих документов заключается в том, что они признаны ООН, с ними можно путешествовать, и в них не прописано гражданство. Но эта идея не нашла широкого применения. Сначала в Тбилиси предполагали, что нейтральные документы заменят абхазам и осетинам российские паспорта, которые власти Грузии считают незаконно выданными. Но жители самопровозглашенных республик эту инициативу не поддержали, так как менять российские паспорта, по которым многие получают зарплаты и пенсии, на нейтральные документы с неясным статусом было, как минимум, невыгодно и нецелесообразно. Сейчас нейтральные паспорта можно получить, не отказываясь от российского или любого другого документа, достаточно лишь проживать в Абхазии или ЮО. Но и в этом случае эти документы далеко не пользуются популярностью. Эти паспорта, несмотря на нейтральный статус и отсутствие на них грузинской государственной атрибутики, все равно привязаны к Грузии. Именно Грузия отвечает за их владельцев. И для тех жителей Абхазии и ЮО, которые не хотят быть в составе грузинского государства, любые документы, связанные с Грузией, неприемлемы. Тем же людям, для кого этот вопрос не имеет принципиального значения, нейтральные документы тоже не нужны, так как они свободно получают грузинские паспорта и путешествуют с ними по миру.

Сколько людей из Абхазии и ЮО ежегодно получают грузинское гражданство – неизвестно, информация закрыта в целях безопасности заявителей. Дело в том, что получение ими грузинского гражданства может вызвать серьезное порицание в их окружении. Ведь для кого-то в Абхазии и ЮО неприемлемо любое отождествление с грузинским государством и его институтами.

На неофициальном уровне представители грузинских госведосмвств подтверждают, что интерес к грузинским паспортам со стороны жителей отколовшихся регионов увеличился после введения безвизового режима между Грузией и ЕС. Но все же вряд ли речь идет о большом, и уже тем более критически большом числе заявителей. Будь это так, то это обязательно бы нашло отражение в заявлениях, да и в целом, позиции грузинских властей. А в этом плане пока ничего не изменилось.

Что касается выгоды для грузинской стороны от признания абхазских паспортов, то в этом вопросе тоже далеко не все однозначно. Смотря, с какой точки зрения смотреть – с политической, экономической или общественной. С политической точки зрения Тбилиси не выигрывает ничего. И, кстати, также не выигрывают и самопровозглашенные республики. Допустим, власти Грузии решились и признали паспорта Абхазии (а затем, к слову, и паспорта Южной Осетии), то сразу же появится серьезная юридическая неурядица. Выходит, что Тбилиси признает паспорта, но не признает государство, которое эти паспорта выдает. То есть, государства нет, а его граждане есть. Звучит как минимум странно. Кроме того, Тбилиси будет сложно объяснить мировому сообществу такой свой шаг. В адрес грузинских властей возникнет резонный вопрос: если уж вы признаете паспорта, то почему не признаете независимость этих регионов? Более того, легитимация со стороны Тбилиси паспортов Абхазии и ЮО еще не значит, что эти документы будут приняты во всем мире. Ведь сами эти регионы Тбилиси по-прежнему признавать не будет, а значит их не признают и страны-партнеры Грузии, а это, как минимум, почти все западные государства. И как тогда будет работать механизм пропуска на границе любого государства? Кто будет отвечать за рубежом за человека с абхазским паспортом в руках, если страны, которая выдает этот паспорт, для большинства государств мира не существует? Для примера: куда обращаться владельцу абхазского паспорта в случае необходимости где-нибудь в Италии или Канаде в отсутствии там официального представительства Абхазии, куда депортировать владельца абхазского паспорта, если между той же Италией или Канадой и Абхазией нет дипотношений, так как они не признают Абхазию? А на практике таких вопросов будет появляться все больше. Если же роль ответственного лица на себя возьмет Тбилиси, то это меняет всю ситуацию: во-первых, на такое вряд ли согласятся сами абхазы, и во-вторых, в чем тогда смысл признания абхазских паспортов, если юридически они будут считаться документами Грузии. Так что, в политическом плане все стороны вместо дивидендов, получат лишь дополнительные проблемы.

В экономическом плане Тбилиси также вряд ли получит какую-то существенную выгоду. Дело в том, что абхазские и югоосетинские паспорта хоть и не признаны со стороны грузинских властей, но и не находятся под запретом. Обладание таким паспортом не приравнивается к преступлению, более того, с этими документами жители Абхазии и ЮО вполне свободно попадают на территорию, подконтрольную Тбилиси через административные границы. Так что, абхазы и осетины свободно приезжают в Грузию, тратят деньги в гостиницах и ресторанах, ходят на шоппинг, пользуются теми или иными услугами, и для этого признавать их паспорта грузинским властям нет никакой необходимости.

Что касается общественной реакции, то в этом плане определенная выгода для Тбилиси вероятна, но это смотря о каком обществе пойдет речь. В грузинском обществе такое решение вряд ли вызовет бурю положительных эмоций, особенно среди беженцев. Ведь население в массе своей воспримет это решение, как шаг к признанию, причем, неясно, что будет получено взамен этого. Властям придется очень сильно постараться, чтобы донести до своих избирателей причины такого решения, при том, что практическая польза от него, мягко говоря, не очень ясна и туманна. А вот в Абхазии, скорее всего, это решение найдет положительные отклики. Разумеется, абхазы не кинутся к грузинам с распростертыми объятиями и не запросятся обратно, но вполне возможно, признание паспортов откроет перспективы к дальнейшим совместным инициативам. Абхазским властям будет проще идти на диалог с Тбилиси, не говоря уже о том, что признание документов будет объявлено (и заслуженно) дипломатической победой Сухуми. Грузинская политика в обличии абхазской пропаганды уже не будет выглядеть такой безжалостной и непримиримой. Да, разумеется, расширенные рамки диалога принесут Тбилиси определенные перспективы и даже возможности, но будет ли это сопоставимо с той ценой, которую грузинским властям придется платить внутри грузинского общества и на международной арене, под большим вопросом.

Впрочем, сами грузинские власти, как нынешние, так и прежние, все, пусть неофициальные, предложения и рассуждения о признании абхазских паспортов пока оставляют без ответа. По крайней мере, вслух в официальных комментариях Тбилиси об этом ничего не говорится.

Анна Чихладзе, специально для NewCaucasus.com

Фото Анны Чихладзе

Опубликовано при финансовой поддержке COBERM – совместной инициативы Евросоюза (ЕС) и Программы развития ООН (ПРООН). За содержание публикации полностью несет ответственность организация «Caucasus Principium». Содержание публикации ни при каких обстоятельствах не может рассматриваться, как позиция ЕС и ПРООН.

Material is published/translated/prepared with the support of COBERM, the joint initiative of the European Union (EU) and United Nations Development Programme (UNDP). The contents of this publicationare the sole responsibility of the organization “Caucasus Principium” and can under nocircumstances be regarded as reflecting the position of either the EU or UNDP.