Как живет армянский регион Грузии Джавахети сегодня?

1810

До начала военных действий в Южной Осетии основное внимание было прикованно к региону Грузии – Самцхе-Джавахети, который на 90% заселен этническими армянами. Обстановка здесь накалилась после взрыва в ночь с 17 на 18 июля – безоболочный заряд взорвался около дома начальника полиции г. Ахалкалаки Самвела Петросяна.

Хроника одного рейда

Через несколько суток после взрыва, в ночь с 20 на 21 июля, правоохранительные органы провели спецоперацию по задержанию подозреваемого в организации взрыва. Спецназ и силы местной полиции вошли в дом руководителя «Единого Джавахка» Ваагна Чахаляна, арестовали его и членов его семьи: брата, отца и мать. Чахаляна и его близких сразу после задержания перевели в Ахалцихе, а затем – в Тбилиси.

На следующий день была предпринята попытка арестовать другого подозреваемого – Гургена Шириняна, который так же числился членом «Единого Джавахка». Во время задержания Ширинян смертельно ранил из пистолета полицейского Артура Беруджаняна.

После этого случая некоторые армянские СМИ попытались выставить Гургена Шириняна как национального героя, который в одиночку борется с грузинами, которые, в свою очередь, якобы притесняют армян.

Эксперт аналитического центра «Митк» Грант Мелик-Шахназарян считает, что действия Шириняна нужно охарактеризовать как героические. «Своим примером Гурген Ширинян доказал, что армянская молодежь Самцхе-Джавахети решительна в намерении отстоять права армянского народа в этом крае». Стоит отметить, что сам Мелик-Шахназарян проживает в Армении.

Однако в самом Ахалкалаки (административный центр района) местные армяне отнюдь не считают Гургена Шириняна героем. Более того, многие местные армяне вообще сомневаются в том, что Ширинян стрелял в полицейского.

Предприниматель Самвел (45 лет): «Не знаю, я сам его знал шапочно: на улице несколько раз здоровались. В принципе, интеллигентный человек. Я знал, что он имеет авторитет среди местных жителей, но конкретно о нем ничего сказать не могу».

По словам Самвела, где-то треть местных жителей считает, что он вообще не стрелял в полицейского при задержании, другая треть – действительно считает его героем. Остальные – осуждают за убийство полицейского.

«Убийство есть убийство, – говорит продавец арбузов на улице Руставели в Ахалкалаки. – Я не могу понять, почему он так сделал».

«Убил и убил, – говорит пенсионер Армен Давитян. – Все, ушел парень, лучше не искать. У него были свои причины».

В отношении Ваагна Чахаляна в местном обществе бытуют более радикальные мнения. Дело в том, что Чахалян являлся редактором местного радио. Радиостанция не была зарегистрирована, и тем не менее, работала почти 3 года на диапазоне 104.4 FM. В Ахалкалаки рассказывают, что между Чахаляном и начальником местной полиции Самвелом Петросяном не единожды случались столкновения. Они встречались в парке и разбирались «по-мужски». По словам представителей местных СМИ, причиной ссоры стала деятельность радиостудии. Самвел Петросян не смог наладить отношений с журналистами в отличие от своего предшественника на этом посту. Да и вообще, по словам местных жителей, он отличался излишней резкостью в общении.

После июльских событий – задержания Чахаляна и побега Шириняна – Петросян выехал заграницу. По официальным сведениям из полиции, он находился в служебной командировке, однако, по словам местных жителей, уже решен вопрос о его переходе на другое место.

В настоящее время в заключении находится только Ваагн Чахалян. Его мать и отец были отпущены на свободу. Гурген Ширинян находится в бегах. По непроверенным данным, он скрылся в Абхазии или в Южной Осетии.

Что касается радио, то студию закрыли, а помещение охраняется круглосуточным патрулем полиции.

Общественно-политическая ситуация

В целом, общественно-политическая жизнь в Самцхе Джавахети после июльских событий затихла. Многие местные жители считают, что задержание местных активистов было проведено в связи с тем, что правительство Грузии ожидало обострения ситуации в Южной Осетии и поэтому провело задержание нескольких активистов, которые могли организовать провокации в регионе.

Интересно, что Ширинян и Чахалян возглавляли общественное движение «Джавахк», которое входило в более крупное общественную организацию «Единый Джавахк».

«Само название «Единый Джавахк» было принято в марте 2005 года. – рассказывает один из местных жителей, который попросил остаться неизвестным. – Тогда появилось несколько инициативных ребят. Они создали моложедную организацию «Джэм». Но они не хотели быть в одиночестве и поэтому предложили «Джавакху» и нескольким авторитетным людям принять участие в совместных акциях».

На митинге, который состоялся в марте 2005 года, члены «Джавахка» выставили несколько требований. Одно из них состояло в том, чтобы вернуть отдел выдачи паспортов из Ахалкалцихе в Ахалкалаки. Дело в том, чо в 2004 году аппарат губернатора Самцхе-Джавахети перешел из Ахалкалаки в город Ахалцихе. Поэтому выдача паспортов, справок, регистрация автомобилей и выдача прав проводилась в Ахалцихе. Дорога от одного города до другого занимает час, билет стоит 5 лари (примерно 3 доллара).

Второе требование состояло в отказе от вывода российской военной базы из Ахалкалаки.

По воспоминаниям участников того митинга, люди собрались на митинг именно потому, что услышали новое название «Единый Джавхк». По-одиночке каждая из организаций столько людей собрать бы не смогла.

Власти тогда приняли во внимание могочисленность митинга и удовлетворили первое требование – перевели отделы по выдаче документации обратно в Ахалкалаки. Однако второе требование не было выполнено, поскольку дело касалось присутствия иностранных военных на территориии государства.

На сегодняшний день члены «Джавахка» избегают общения с прессой. Однако «Единый джавахк» чувствует себя вполне спокойно. Например, председатель гамгеоба (региональное управление Ахалкалакского района) сам является членом «Единого Джавахка» и не отрицает этого.

«Я выдвигался на выборах именно от «Единого Джавахка», – говорит Наири Ирицян. – И люди меня выбрали, потому что нас знали. Они до сих пор помнят тот митинг, на котором мы смогли добиться некоторых улучшений. Так что никто нас тут экстремистами не считает».

Кроме «Единого Джавахка» активно ведет работу и общественное движение «Вирк». Помимо этого, в местном законодательном органе (сакребуло) присутствуют члены «Единого национального движения» (10 человек) и партии «Промышленность спасет Грузию».

Кстати, партия Промышленников (лидер – «пивной король» Грузии Георгий Топадзе) – одна из первых политических партий Грузии, которая начала свою деятельность в этнических регионах. Помимо Самцхе-Джавахети, партия открыли офисы так же и в Марнеульском районе, где в основном проживают азербайджанцы.

«Перед парламентскими выборами в мае 2008 года у нас открыли свои офисы многие партии, – говорит председатель «Вирка» Давид Рсткян. – Были и республиканцы, и «Новые правые», и «Христианско-демократический союз» Георгия Таргамадзе. Однако сразу после выборов они свои офисы закрыли. Так что среди местнго населения они не пользуются особой популярностью».

С ним согласен и Мелс Торосян – председатель неправительственной организации «Акунк»: «Мы не видим никакой активности со стороны оппозиционных партий в отношении национальных меньшинств Грузии».

Как рассказывает Торосян, в ходе подготовки к выборам президента, в ноябре 2007 года, у него состоялась случайная встреча с лидером оппозиционной партии «Тависуплеба» («Свобода») Константином Гамсахурдия (сын Звиада Гамсахурдия).

«Я тогда жестко заявил ему, что расцениваю деятельность оппозиции еще хуже, чем деятельность «Единого национального движения», – рассказывает Торосян. – От Саакашвили мы знаем, что ожидать, а оппозиция даже не говорит, что она собирается делать для нас. Гамсахурдия не мог со мной поспорить. Поэтому лично я принимал участие в выборах на стороне правящей партии».

Интересно, что перед президентскими выборами один из депутатов парламента от правящей партии «Единое Национальное движение» упрекнул Константина Гамсахурдия в том, что тот встречался с Мелсом Торосяном. По словам депутата Балавадзе – Торосян являлся эмиссаром экстремистского движения «Дашнакцутюн».

Лидер «Вирка» критикует не только программы оппозиционных партий, но также их прозападную ориентацию.

«И правящая партия, и ряд оппозиционных партий получают финансирование от европейских стран и от США, поэтому они не могут быть объективными, – говорит Давид Рсткян. – Они ангажированы Западом».

Вообще, к Западу – США и Европе, «Вирк» относится довольно-таки отрицательно.

«Как мы можем доверять НАТО, – говорит Рсткян, – если в этой организации состоит Турция? Страна, которая провела геноцид армян в 1913 году? Страна, в которой до сих пор убивают журналистов по национальному признаку?»

По словам Рсткяна, Турция до сих пор представляет опасность для армянского народа.

«Они в любой момент могут вмешаться в карабахский конфликт на стороне Азербайджана. И эта страна – член НАТО! Я не понимаю, если НАТО – такая демократическая организация, то почему в НАТО до сих пор не принята Россия? Она же тоже подавала заявление! Так что Запад дает понять, что НАТО – это организация, которая направлена именно против России».

«Кстати, – добавляет он, – в Ахалкалаки никто не голосовал за то, чтобы Грузия входила в НАТО. Если бы рядом были США, то мы, конечно, ратовали бы за хорошие отношения с Вашингтоном. Но рядом – другой сосед, Россия, и с ней надо уметь находить общий язык».

Вообще, в Самцхе-Джавахети многие не скрывают своей антипатии по отношению к США.

«У Америки – неправильная политика на Кавказе, – говорит пенсионер Давитян. – Почему она не считается с интересами России? Все войны сегодня происходят из-за энергоресурсов. Действтительно, если Грузия вступит в НАТО, то где гарантия того, что НАТО не протянет свои руки дальше? А вдруг после этого Запад начнет работу на Северном Кавказе? Что же, тогда и северокавказские республики выйдут из России?»

По мнению Давида Рсткяна, Запад дискредитировал себя после начала конфликта в Южной Осетии 8 августа 2008 года.

«Выступления представителей западных государств на Совете Безопасности ООН вызывали раздражение. Все говорили о том, что исходят из своих национальных интересов. Но никто не говорил о том, что нужно спрашивать и самих осетин. Говорили о том, что зантересованы в территориальной целостности Грузии. Хотя, если бы они действительно были заинтересованы, то говорили бы напрямую с осетинами и абхазами и убедили их в том, что Грузия – это полиэтническое госудаство и в нем жить лучше».

Рсткян не считает Грузию демократической страной: «По сведениям ЦИК, на выборах в этом году в Ахалкалаки принимали участие почти 90% избирателей. Но на самом деле, на участках было только 35%. … Так что Грузия сегодня – это отнюдь не демократичная страна».

По мнению Рсткяна, правительство Грузии должно уделять больше внимания национальным меньшинствам: «Мы предлагаем Грузии вернуться к Конституции 1921 года, за которую, в том числе, голосовали и мы в 1992 году. В той Конституции коренным народам гарантировалось право на самоопределение в составе грузинского государства. Кроме того, статья 131, 134 и 135 гарантировали то, что на территория проживания коренных народов Грузии языком делопроизводства моджет быть принят язык местного населения. Однако этого сейчас нет!»

Как рассказывает Рсткян, «Вирк» выступает за то, чтобы языком делопроизводства в Ахалкалаки стал армянский язык, а в Марнеульском районе – азербайджанский.

«Когда марнеульские азербайджанцы услышали от нас эту инициативу, они были очень удивлены, – говорит Рсткян. – Однако, у нас была только одна встреча и больше никто не пытался организовать контакты между движениями Самцхе-Джавахети и Марнеули».

Рсткян заявлят, что в отношении «Вирка» нарушается действующее законодательство Грузии, так как организация не может получить статус партии: «Министерство юстиции основывает свой отказ на том основании, что мы региональная организация. Хотя устав «Вирка» позволяет быть членом партии вне зависимости от места проживания и от этнической принадлежности».

Интересно, что у местных общественно-политических организаций изменилось отношение к требованиям о предоставлении автономии региону Самцхе-Джавахети. Если раньше это было едва ли не первостепенным требованием, то сегодня многие предпочитают другой путь.

«Для Грузии самый предпочтительный путь – это федеративное устройство по примеру Германии, – говорит Рсткян. – То есть, не предоставление автономии, а развитие регионов и защита прав национальных меньшинств».

Можно отметить, что требование предоставить автономию региону исходят главным образом от армянской партии «Дашнакцутюн». Член Бюро «Дашнакцутюн» Грант Маркарян прямо заявил в конце июня 2008 года, что партия поддерживает борьбу армян Самцхе-Джавахети за автономию в составе Грузии. «Наши доброжелательность и такт в этом вопросе наталкивается на стену молчания Тбилиси и международного сообщества. Именно поэтому пришло время начать борьбу за самоопределение с новой силой», – заявил Маркарян.

Однако, в Самцхе-Джавахети многие армяне сами отзываются о «Дашнакцутюн» как о националистическом движении. Некоторые говорят и о том, что со стороны членам этой партии не видно ситуации в Самцхе-Джавахети, так что их заявления мало соотносятся с реальностью.

Грузины в свою очередь, когда речь заходит о демократии, напоминают о двух моментах: первый – отсутствие в самой Армении каких-либо школ для нацменьшинств. Второй – выборы в Армении в апреле 2008 года, когда на улицах Еревана были расстреляны несколько человек, поддерживавших оппозицию.

Проблема языка

В Ахалкалакском районе насчитывается 69 деревень, из них – 3 грузинские, 3 смешанные (грузино-армянские). Три грузинские школы расположены в Ахалкалаки. Остальные школы – армянские. Кстати, все школы финансируются правительством Грузии. Национальная система образования предполагает следующий порядок: каждому ученику выдается ваучер на 1 учебный год. Семья сама решает, в какую школу пойдет ребенок. При этом, не имеет большого значения, далеко или близко находится школа. Преподавательский состав теперь сам заинтересован в большом количестве учеников, поскольку от этого зависят доходы школы и зарплата учителей. Основанием для закрытия школы может стать только ее нерентабельность. Так что в сельской местности армянским школам ничто не угрожает.

В самом Ахалкалаки родители предпочитают отдавать детей в русскую школу, поскольку в ней довольно высокий уровень образования.

Молодежь предпочитает получать высшее образование в России или в Армении, где для них не существует языкового барьера.

Центральные власти Грузии пытаются привлечь местную молодежь в тбилисские вузы, создавая им привиллегированные условия при сдаче экзаменов и во время обучения. Однако языковой барьер остается очень большим препятствием, так что в прошлом году по государственной программе в Тбилиси отправились только 3 человека из Ахалкалаки.

«Проблема в том, что мы не говорим на улице по-грузински, – говорит журналист Артур Паспандян. – Посмотрите на Ахалцихе. Там тоже большинство населения – армяне. Но они говорят на грузинском, потому что население более перемешано. А у нас – сколько ни учи грузинский в школе, он все равно останется вторым языком».

Языковая проблема привела к тому, что большинство мест в местных органах власти занимают этнические грузины, поскольку все делопроизводство ведется именно на грузинском языке. Вторая проблема – отток населения. По мнению местных жителей, именно это больше всего и отражается как на экономике, так и на общественно-политической обстановке.

Экономика

Однако, политика-политикой, а жизнь идет своим чередом. Оказалось, что для большинства жителей региона жизнь значительно ухудшилась после вывода российской базы.

По различным сведениям, военнослужащие базы тратили в Ахалкалаки порядка 200 тысяч долларов в месяц. Кроме того, военные закупали продукты для своей базы. Как утверждают представители местных оппозиционных партий, в год Ахалкалаки получал с базы 20 млн. долларов.

Заметно, что в Ахалкалаки тратилось немало денег, поскольку в городе много магазинов и кафе. Особенно поражает одна из улиц, где в оба ряда стоят несколько универмагов, которые невозможно отличить друг от друга. Продавцы сетуют на то, что уменьшился товарооборот.

«Раньше я за один день продавал столько, сколько сейчас продаю за неделю, а то и за месяц, – говорит продавец одного продовольственного магазин по имени Артур. – А теперь торговли нет. Город у нас маленький, один магазин похож на другой, так что выглядываем на улицу и смотрим: в какой магазин пойдет человек».

«После ухода базы стало трудно, – говорит продавщица по имени Эмма. – Нужно еще детей вырасить, на ноги поставить…»

Муж Эммы сейчас посмогает ей по магазину. Но скучает по своей прежней работе: «Я работал на военной базе, был водителем грузовой машины. У меня была зарплата, открыли этот магазин. Жена работала здесь, я – там. А теперь вот только помогаю».

Проблема трудоустройства в Ахалкалаки стоит очень остро. После того, как свернулась база, было уволено около 200 человек из местного персонала. Для маленького города это большое количество. Этот шаг не был неожиданным, люди готовились и пытались требовать у властей социальной защиты. Тогда в Ахалкалаки приезжал Михаил Саакашвили и обещал, что у местных крестьян картошку будет закупать правительство для грузинской армии. Однако местные крестьяне не получили возможность централизованного сбыта сельхозпродуктов.

Обещали и работу. В частности, ожидалось что будет создано порядка 1000 рабочих мест, когда начнется строительство железной дороги Баку-Тбилиси-Карс.

«Строительная кампания привела своих рабочих, которые работали на трубопроводе Баку-Джейхан, – говорит один из сотрудников строительной компании, который пожелал остаться неизвестным. – Эти рабочие прошли подготовку, они умеют работать на спецтехнике, так что новые кадры оказались не нужны. Местное население используют только как дешевых чернорабочих. Зарплата у них не превышает 15-20 лари в день. За такие деньги работать соглашаются немногие».

Гамгебели района Наири Ирицян говорит, что сам не ожидал такого оборота событий.

«Мы, члены администрации района, сами присутствовали на встрече руководства коампании с местным населением, – говорит он. – И действительно, тогда менеджеры компании пообещали людям работу и предложили заранее подавать заявления. Речь шла о 1200 рабочих. Люди подали заявления, однако, оказалось все не так, как мы предполагали. А население приходит к нам, в Гамгеоба, и требует от нас, чтобы мы выполнили обещания. Приходится объяснять, что это не мы давали обещание, а коммерческая фирма. Но от этого не легче. До сих пор у нас лежат около 900 заявлений об устройстве на работу».

По словам редактора газеты «Акунк» Мелса Торосяна, одной из причин того, что экономика в районе не развивается – отсутствие согласия в обществе: «Мы по–разному смотрим не только на пути развития экономики, но и на цели. То, что одним кажется благом, другим кажется вредным. Так что пока не будет консенсуса, говорить об экономическом развитии не приходится».

Наири Ирицян соглашается с тем, что экономика, бизнес в районе пока не развиваются. Однако он приводит и положительные тенденции в жизни района: «Правительство смотрит на регион довольно-таки внимательно. В прошлом году бюджет города составлял порядка 1,5 млн. лари (около 1 млн. USD). А уже в этом году наш бюджет вырос до 5,5 млн лари. Так что базис для развития региона увеличился».

Как говорит гамгебели, деньги из Тбилиси поступают в виде целевых траншей на проведение тех или иных работ. Например, в этом году было переведено 155 тысяч лари (более 100 тыс. USD) на восстановление городского водопровода. Еще 400 тысяч – на восстановление водопровода в сельской местности.

«Водопровод в Ахалкалаки – это проблема №1, – говорит Ирицян. – Район живет, главным образом, на выращивании картофеля. А оросительная система, оставшаяся после распада Советского Союза, уже пришла в негодность. Так что приходится восстанавливать и оросительную систему, и подачу питьевой воды».

Кроме ремонта водопровода, правительство ведет и реконструкцию дорог.

«Посмотрите на наши улицы, – говорит Ирицян. – Раньше по ним невозможно было ходить А теперь в центре города уже отремонтированы 2 улицы, еще на одной продолжаются крупные работы».

Правительство Грузии уделяет большее значение восстановлению путей сообщения между Ахалкалаки и остальными регионами. Ремонт трассы до транспортного узла государственного значения Хашури был завершен еще в прошлом году. Если раньше путь из Тбилиси до Ахалкалаки занимал более 10 часов, то теперь – порядка 5-7 часов, в зависимости от транспорта. Ежедневно по утрам, начиная с 9 часов, из Ахалкалаки в Тбилиси отходят автобусы и маршрутки. Увеличилось и движение частного грузового транспорта, что немаловажно для крестьян, которые сбывают свою продукцию в Тбилиси. Более того, до начала вооруженного конфликта в Южной Осетии в августе 2008 года, ахалкалакская картошка встречалась еще и на рынках в Абхазии.

Частное предпринимательство в Ахалкалаки развивается неспешными темпами. Естественно, что большинство населения занимается сельским хозяйством. Помимо этого, есть и крупные предприятия: лесоперерабатывающее предприятие, завод по производству мучных изделий, открылся завод по производству молочных продуктов. Однако эти предприятия требуют инвестиций, чтобы наладить бесперебойное производство. В настоящее время работает только лесоперерабатывающее предприятие, а остальные 2 завода простаивают из-за невозможности взять долгосрочные кредиты.

Как говорит гамгебели Наири Ирицян, в районе начала работу система мелких кредитов «Константа».

«Не буду скрывать: процентные ставки достаточны высоки, – говорит Ирицян. – Но люди все равно берут кредиты. Мы не можем повлиять на то, чтобы улучшить условия займа – все-таки власть должна оставаться в стороне от бизнеса».

Сами предприниматели считают, что правительство могло бы выполнить свои обещания, которые дало в марте 2005 года: наладить прием сельхозпродукции или ввести на базу грузинских военных. Тем не менее, по их же словам, самый сложный период уже закончился.

«Понемногу жизнь налаживается, – говорит преприниматель Самвел. – Меня убедили друзья не продавать пока мой магазин, обещают, что со временем заработает больше гостиниц. Так что я посмотрю – если появятся тенденции к улучшению, то останусь здесь».

«Самое главное – мы перестали быть тупиком, – говорит журналист Артур Паспандян – Провели дороги, наладилось сообщение, так что понемногу жизнь налаживается».

Помимо государственных траншей, в регион поступает финансирование по линии американской программы Millennium Challenge («Вызов тысячелетия»).

«В нашем районе по этой программе будет проведена автотрасса – 18 км в сторону Турции, – рассказывает Ирицян. – Стоимость проекта – 33 млн. долларов. В этом году менеджеры проекта пока занимаются тем, что проводят осмотр местности и собирают всю необходимую документацию. Ожидается, что сами работы начнутся в следующем году».

Отношение к транснациональным проектам

К транснациональным проектам у местного населения отношение неоднозначное. Люди не видят большой пользы от газопровода и нефтепровода, по их мнению – они только способствуют коррозии почвы.

На вопрос о том, принесет ли автотрасса до Турции какие-либо выгоды региону, Ирицян отвечает скептически: «Не знаю. Мы ожидали, что и строительство железнодорожного полотна Баку-Карс принесет пользу местному населению, но пока на самом деле, ничего нет. Сможем ли мы сами пользоваться этой дорогой – тоже вопрос».

По мнению Ирицяна, для Самцхе-Джавахети нет большой пользы и от двух других транснациональных проектов – нефтепровода Баку-Джейхан и газопровода Баку-Эрзерум.

«Они влияют только на размеры дотаций и траншей из центра. Но для населения они большой пользы не приносят», – говорит Ирицян.

А вот к железной дороге Баку-Карс отношение вообще отрицательное.

«Мы хотели, чтобы железная дорога прошла бы не через Самцхе-Джавахети, а через Армению, – говорит Ирицян. – Да, конечно, Грузия это наша Родина, но и Армения – тоже наша родина, там тоже живут наши братья. Мы не хотели, чтобы она оставалась в блокаде. Но если решили так – то так тому и быть».

Такого же мнения придерживается лидер «Вирка», и редактор «Акунка». Многие считают, что у них две родины – Грузия и Армения.

«Если для Грузии Баку-Карс не имеет большого значения, то можно было бы пожертвовать этой дорогой в пользу своего соседа», – говорит Давид Рсткян.

Интересно то, что армяне в Самцхе-Джавахети в основном являются потомками тех, кто спасся от расправы со стороны турецких властей в 1915 году. Поэтому страх перед Турцией в них засел довольно глубоко. Перед выводом российской военной базы из Ахалкалаки местное население всерьез опасалось того, что здесь рано или поздно окажется база, укомплектованная турецкими военными.

«Турки и сегодня относятся очень недемократично по отношению к своим национальным меньшинствам, – говорит Давид Рсткян – посмотрите, какое отношение к 20-миллионому народу курдов. Только в нынешнем турецком парламенте незначительную часть мест взяли представители курдской партии. Но насколько они действительно представляют курдский народ – это еще вопрос».

Относительно трубопровода Баку-Джейхан и недавнего взрыва на турецком участке нефтепровода Рсткян говорит не очень охотно: «Ну, уже проложили трубопровод. Сколько бы кто ни говорил – уже работает. А что делают курды – это уже внутреннее дело Турции».

Сами жители Самцхе-Джавахети уже не так ревностно относятся к нефтепроводу. Да и вообще, как говорят местные аналитики, после ареста лидеров «Единого Джавахка» в регионе не осталось политических сил, способных на более или менее активные действия.

Беслан Кмузов, специально для newcaucasus.com

ПОДЕЛИТЬСЯ